Как любой город, стоящий на реке, Самара летом развлекается водными переправами на ту сторону, а зимой – пешими, лыжными и при помощи транспорта. Иногда это опасно, иногда – вопрос жизни и смерти, но неизменно зрелищно на фоне льда, воды, леса и гор.
Река Волга не делит Самару на две части, но на том берегу, в поселениях Рождествено, Подгоры, Выползово, Новинки и так далее, живут люди, рожают детей, водят их в школу, а сами ездят на службу в город, потому что не всем хватит рабочих мест в деревенских магазинах и редких школах. С началом навигации туда-сюда ежечасно курсируют пассажирские плавсредства, муниципальных недостаточно, но есть такси-моторки, такое такси обойдется на десять рублей дороже, не страшно. С окончанием навигации по льду снуют юркие судна на воздушных подушках – грохоча огромным винтом на корме, они лихо разворачиваются, чуть не доезжая до здания речного вокзала, тормозят и выпускают пассажиров. В салоне помещаются тринадцать человек, билеты можно приобрести тут же, в смешной кассе-времянке, похожей на гибрид скворечника и собачьей будки. В окошечко кассы выглядывает девушка с выражением на лице «кассир справок не дает», но все-таки объясняет гражданам, что «подушки» курсируют каждые пятнадцать минут только в светлое время суток, до пяти вечера, а потом отдыхают до утра.
«Распоясылись, — женщина в старомодном драповом пальто хмурит густые брови, — зять каждый вечер по двести пятьдесят рублей тратит, стартует со Дна». Дно, или Ульяновский спуск соседствует с Жигулевским пивзаводом, именно отсюда отправляются «подушки» частных извозчиков. Знаменитая пивная тоже рядом. Называется «На Дне».
«А в новогоднюю ночь! – женщина задыхается от гнева, — в новогоднюю ночь и самые праздники по восемьсот рублей за переправу брали, озверели совсем».
Ее поддерживает семейная пара фермеров: возвращаются с губернского рынка, распродав молоко, сметану и домашний творог. Пустая тара под слоями марли несильно оттягивает руки. «Из Самары еще ничего, — говорит мужчина, — а с Рождествено иной раз и не уедешь – в воскресенье такие очереди вечером стоят, что развернулись и домой вернулись. Мы так не зарабатываем, чтоб на такси».
«Так вот посмотришь, посмотришь на это безобразие, — кивает женщина в пальто, — плюнешь, да и пойдешь пешком. Двести пятьдесят рублей! Да я столько на мясо в неделю не трачу».
Переходить Волгу по льду – особый зимний вид спорта у горожан. Не для всех это жизненная необходимость, но редкий самарец не проводил воскресного дня с чаем в термосе или коньяком во фляге посреди замерзшего леса, отпахав перед этим пару километров по льду, или даже больше.
Однако в середине января в Самаре оттепель, около ноля, автомобили разбрызгивают грязную жижу на зазевавшихся пешеходов. Лед на реке не встал, и управление МЧС по Самарской области информирует и информирует о том, что ледовая обстановка на реке Волга сложная: битый лед и шуга. Выход на лед крайне опасен! – еще предупреждает управление МЧС, и напоминает основные правила безопасности: «пользоваться проложенными тропами, убедиться в прочности льда с помощью пешни, если лед непрочен, прекратить движение и возвращаться по своим следам, делая шаги без отрыва ног от поверхности».
Лед на Волге серовато-зеленый, неровный, весь в торосах, близ берега промоины и торчат кусты и коряги. Ноги проваливаются по щиколотку в мокрый снег, и переходить по такому полю реку кажется немыслимым, но переходят. Переходят, хоть каждый буквально расскажет историю с обрушением льда под ногами или колесами автомобиля – кассир на речном вокзале, оказывается, сама пострадала в детстве, травма скорее психологическая, так как под лед провалились тетка кассира и малолетний двоюродный брат, который потом погиб, спустя много лет и от пьянки, но это все равно. Кассир еще дальше просовывает голову в свое окно и умоляет не ступать на лед, это так страшно.
«Ничего, — усмехается женщина в старомодном пальто, — зато бесплатно».
