В деревню, к тетке, в глушь, в Варшаву!

Седь­мая все­рос­сий­ская выстав­ка «Меж­ду­на­род­ное обра­зо­ва­ние 2014» про­шла в Сама­ре. Если вы не посе­ти­ли этой выстав­ки, то не зна­е­те, чему моло­дые самар­цы хотят учить­ся за гра­ни­цей, и отче­го послед­нее вре­мя для это­го выби­ра­ют­ся Поль­ша, Чехия и дру­гие роди­ны сла­вян. Но не сто­ит рас­стра­и­вать­ся! Редак­ция Новой газе­ты в Повол­жье выстав­ку посе­ти­ла и все расскажет.

Пожи­лая оса­ни­стая дама испу­ган­но засло­ня­ет­ся вее­ром из реклам­ных листо­вок, мину­той ранее заим­ство­ван­ных ею на стен­де одно­го Швей­цар­ско­го университета:

- Мне ниче­го не надо! Не рас­ска­зы­вай­те мне ниче­го! Я нику­да не еду! Я не хочу в Евро­пу! Я все­го лишь соби­раю материалы!

Потря­са­ет вновь листов­ка­ми. Выде­ля­ет­ся яркая газе­та меж­ду­на­род­но­го сту­ден­че­ско­го туро­пе­ра­то­ра: пре­вос­ход­ная бума­га, каче­ствен­ная печать. На пер­вой поло­се худо­ща­вый юно­ша раз­ва­лил­ся на диване с обив­кой в честь фла­га Вели­ко­бри­та­нии, и очень рад. Меж тем дама, убе­див­шись, что никто к евро­ин­те­гра­ции ее не скло­ня­ет, с облег­че­ни­ем рас­ска­зы­ва­ет, что рабо­та­ет пре­по­да­ва­те­лем в уни­вер­си­те­те Ная­но­вой, гото­вит­ся к лек­ции. В поне­дель­ник высту­пит перед сту­ден­та­ми. Нет, она совер­шен­но не счи­та­ет, что обра­зо­ва­ние за рубе­жом луч­ше оте­че­ствен­но­го, но дети зада­ют вопро­сы, и она обя­за­на давать пол­но­цен­ные отве­ты. Инфор­ма­ция долж­на быть свободной.

- Если мы можем, это не зна­чит, что мы долж­ны, — гово­рит дама и отхо­дит к пред­ста­ви­те­лю канад­ско­го уни­вер­си­те­та, заку­тав­ше­го­ся в наряд­ный флаг с кле­но­вым листом.

Семья из мод­ной мамы в щипа­ных нор­ках, спор­тив­но­го папы и ску­ча­ю­щей доче­ри (в ушах розо­вые науш­ни­ки, паль­цы не отли­па­ют от айфо­на) надол­го оста­ют­ся перед стен­дом поль­ско­го уни­вер­си­те­та. Ску­ча­ю­щая дочь, поми­мо напол­не­ния кон­тен­том акка­ун­та в твит­те­ре, изу­ча­ет в шко­ле поль­ский язык (вот как? в Сама­ре есть и такие шко­лы? гей-сла­вян­ские, а никто и не знал), и роди­те­ли хотят при­стро­ить её про­дол­жать обра­зо­ва­ние в Поль­ше. Их пре­льща­ет род­ствен­ность куль­тур, общие пред­ки в виде восточ­ных сла­вян, и так далее. Финан­со­вая сто­ро­на тоже выгля­дит привлекательно.

- За обу­че­ние там при­дет­ся пла­тить мень­ше, чем в Сама­ре, если ребе­нок учит­ся на ком­мер­че­ской осно­ве в меди­цин­ском уни­вер­си­те­те или эко­но­ми­че­ской ака­де­мии, — гово­рит папа.

- Уехать! Уехать! – тихим эхом отзы­ва­ет­ся мама. 

На стен­де поль­ско­го уни­вер­си­те­та хозяй­ни­ча­ет при­ят­ный моло­дой чело­век, оде­тый даже с евро­пей­ским лос­ком. Ботин­ки начи­ще­ны пре­вос­ход­но, пиджак соче­та­ет­ся с джин­са­ми, есть даже шей­ный пла­ток. Это быст­ро объ­яс­ня­ет­ся: моло­дой чело­век уже восемь лет живет в Варшаве.

- Вар­ша­ва – это все-таки евро­пей­ская сто­ли­ца, как ни кру­ти, — уве­рен­но гово­рит он.

Перед ним соби­ра­ет­ся неболь­шая тол­па. При­сут­ству­ю­щих в мень­шей сте­пе­ни инте­ре­су­ют обра­зо­ва­тель­ные про­грам­мы – ну какая, и вправ­ду, раз­ни­ца, что там пре­по­да­ют на факуль­те­те биз­не­са или инфор­ма­ци­он­ных тех­но­ло­гий, но крайне инте­ре­су­ют быто­вые аспек­ты суще­ство­ва­ния сту­ден­тов и отно­ше­ние поля­ков к рус­ским. Не таят ли враж­деб­но­сти, не вспо­ми­на­ют ли недоб­рым сло­вом свое соци­а­ли­сти­че­ское про­шлое, навя­зан­ное стар­шим братом?

- Да нет ника­кой враж­деб­но­сти, — отве­ча­ет моло­дой чело­век удив­лен­но, — о чем вооб­ще речь. Это дела стар­ше­го поко­ле­ния, а моло­дые поля­ки, напро­тив, тянут­ся к Рос­сии, ко все­му рус­ско­му… Отно­сят­ся к Рос­сии как к вели­кой импе­рии… Вот я, если хоти­те, даже вынуж­ден слег­ка скры­вать, что укра­и­нец, — моло­дой чело­век скло­ня­ет повин­но голо­ву, — я назы­ваю себя рус­ским, и меня очень ува­жа­ют. А Укра­и­ну недо­люб­ли­ва­ют, и я был очень удив­лен, когда в рос­сий­ской прес­се про­чи­тал выска­зы­ва­ние како­го-то поли­ти­ка, буд­то бы запад­ная часть Укра­и­ны долж­на при­со­еди­нить­ся к Поль­ше, а восточ­ная – к Рос­сии. Поль­ше даром не нуж­на Укра­и­на, вот что я вам ска­жу. Рос­сию они бы, может, к себе и присоединили…

Моло­дой чело­век в шей­ном плат­ке сме­ет­ся соб­ствен­ной гео­по­ли­ти­че­ской шут­ке. Продолжает:

- Поль­ский язык выучить для сла­вя­ни­на – лег­че лег­ко­го. Я за три меся­ца осво­ил базис, а потом нача­ла общать­ся, и очень лег­ко. Сей­час могу ска­зать, что поль­ским вла­дею в совер­шен­стве, читаю по-поль­ски, смот­рю тв-кана­лы. Это я к тому, что обу­че­ние на англий­ском язы­ке сто­ит от 2500 до 3500 тысяч евро в год, обу­че­ние на поль­ском — от 1200 до 1800. Две боль­шие раз­ни­цы! – закан­чи­ва­ет моло­дой чело­век, кос­вен­но под­твер­ждая свое укра­ин­ское, и, воз­мож­но одес­ское, происхождение.

Зву­чат вопро­сы. Высок ли уро­вень жиз­ни в Поль­ше? Име­ет ли уни­вер­си­тет кам­пус? Нор­маль­ные ли усло­вия в обще­жи­тии? И глав­ное – насколь­ко Поль­ша все-таки Евро­па? Девуш­ка от швей­цар­ско­го уни­вер­си­те­та завист­ли­во погля­ды­ва­ет на раз­нуз­дан­ное весе­лье за поль­ским сто­лом. Ее швей­цар­ским уни­вер­си­те­том заин­те­ре­со­вал­ся лишь один чело­век – бри­тый парень в сол­дат­ских баш­ма­ках, сту­дент послед­не­го кур­са Поволж­ско­го госу­дар­ствен­но­го кол­ле­джа (быв­ший КИП­Ты). Он хочет рабо­тать в сфе­ре гости­нич­ных услуг, луч­ше все­го управ­лять каким-нибудь оте­лем. Не обя­за­тель­но в Европе.

- Сей­час в Сама­ре будет выстро­е­но мно­го новых оте­лей, — спра­вед­ли­во заме­ча­ет он, — к чем­пи­о­на­ту мира по фут­бо­лу. Дол­жен же ими все­ми кто-нибудь управ­лять! А тут я, с евро­пей­ским дипло­мом подмышкой.

В зале появ­ля­ет­ся подру­га пар­ня, очень кра­си­вая девоч­ка, похо­жая на всех совре­мен­ных фото­мо­де­лей сра­зу. Она хре­сто­ма­тий­но гры­зет чупа-чупс, изо рта тор­чит беле­сая пла­сти­ко­вая палоч­ка. Кажет­ся, что она сей­час затан­цу­ет и запо­ет «Lollipop, lollipop! Oh, lolli lolli lolli!», но девоч­ка не поет, а дове­ри­тель­но комментирует:

- Да лад­но, какая там загра­ни­ца. Его отец свою дочь в Лон­дон отпра­вил, вот он и рас­ка­тал губы. А я сра­зу ска­за­ла: ниче­го тебе не обло­мит­ся, твой папа­ша и али­мен­ты-то сра­зу пере­стал при­сы­лать, по дости­же­нии восем­на­дца­ти лет. Но ниче­го, я все уже при­ду­ма­ла: мы будем рабо­тать в гости­ни­це «Надеж­да». Зна­е­те такую? Ну, не зна­е­те, и лад­но. Это очень хоро­шая гости­ни­ца, жал­ко – малень­кая. И дале­ко. Но и в малень­кой мож­но раз­но­го при­ду­мать! Я – уже. Все обыч­ные про­сты­ни заме­ни­ла про­сты­ня­ми на резин­ке, очень удобно…

Соис­ка­те­лей инфор­ма­ции при­бы­ва­ет. Пожи­лой муж­чи­на сни­ма­ет шапку-ушанку.

- Уви­дел реклам­ное объ­яв­ле­ние, — гово­рит, — и зашел. Внук у меня закан­чи­ва­ет ВУЗ. Хочу, что­бы еще где-нибудь поучил­ся. Мы про Чехию дума­ем. Изу­ча­ем. Срав­ни­ва­ем. Всем нам эта Чехия нра­вит­ся! И неда­ле­ко. И кли­мат ров­ный. И брат­ский народ все-таки.

Муж­чи­на замолкает.

- Хотя сей­час не раз­бе­решь, кто брат­ский, — осто­рож­но про­дол­жа­ет. – Но все-таки Чехия мне боль­ше сим­па­тич­на в каче­стве при­ни­ма­ю­щей сто­ро­ны, чем Кана­да. Что мы, гуси, в Кана­ду лететь.

Пред­ста­ви­тель канад­ско­го уни­вер­си­те­та оби­жен­но шеве­лит­ся в наряд­ном флаге.

Выстав­ка была орга­ни­зо­ва­на ком­па­ни­ей Star travel и состо­я­лась 8 фев­ра­ля в поме­ще­нии Самар­ско­го област­но­го кра­е­вед­че­ско­го музея им. Алабина.