Пятьдесят оттенков православия

Выстав­ка «Бла­го­сло­вен­ная Сама­ра» откры­лась 2 сен­тяб­ря в «Экс­по-Вол­ге». Редак­ция «Новой в Повол­жье» не мог­ла остать­ся рав­но­душ­ной к афи­шам, забла­го­вре­мен­но рас­кле­ен­ным в горо­де. Афи­ши сооб­ща­ли о при­бы­тии неру­ко­твор­ной ико­ны Свя­ти­те­ля Нико­лая и про­чих чуде­сах, что любой граж­да­нин может полу­чить в сво­бод­ном досту­пе, и укрепиться.

У пави­льо­на твер­ско­го хра­ма «Неупи­ва­е­мая чаша» две жен­щи­ны в плат­ках. Рас­смат­ри­ва­ют ико­ны в широ­ком ассор­ти­мен­те. «Бери любую, — гово­рит пер­вая вооду­шев­лен­но, — их мит­ро­по­лит Сер­гий все вче­ра освя­тил». «При чем тут ваш мит­ро­по­лит, — оби­жен­но отве­ча­ет чело­век из пави­льо­на «Неупи­ва­е­мой чаши», — поди, у нас свой мит­ро­по­лит есть, Твер­ской и Кашин­ский. Высокопреосвященнейший!»

На вто­ром эта­же дежу­рит батюш­ка. На раз­го­во­ры скор, щед­ро бла­го­слов­ля­ет посе­ти­тель­ниц. «Ну, не знаю, — сомне­ва­ет­ся одна, отой­дя в сто­ро­ну, — не знаю. Вот у нас в посел­ке свя­той отец, так он как посмот­рит, сра­зу робе­ешь и ста­но­вишь­ся луч­ше. Марин­ку толь­ко испу­гал­ся как-то. Она себе сду­ру язык про­ко­ло­ла, назы­ва­ет­ся — пир­синг, и к испо­ве­ди при­шла. Свя­той отец сра­зу вспо­ло­шил­ся! Что с тобой, дочь моя, спра­ши­ва­ет. И пря­мо вид­но, что заде­ло его».

Мол­дав­ское вино в удоб­ных полу­то­ра­лит­ро­вых бутыл­ках: конеч­но же, кагор, но есть и крас­ное сухое. Кагор мож­но попро­бо­вать из пла­сти­ко­во­го ста­кан­чи­ка вели­чи­ной с мышь, и целеб­ный баль­зам мож­но попро­бо­вать. К сло­ву ска­зать, посе­ти­те­ли не зло­упо­треб­ля­ют, края видят. Милая жен­щи­на с пыла­ю­щи­ми щека­ми пре­ве­се­ло гово­рит в теле­фон: «Ой, Вовка, я такая пья­ная! Такая пья­ная! Тебе понравится!»

Мед пре­под­но­сит­ся потре­би­те­лю по всем пра­ви­лам мар­ке­тин­га: выявить потреб­ность, удо­вле­тво­рить ее, и сооб­щить об этом поку­па­те­лю в удоб­ной для него фор­ме. На откры­тых чанах с раз­ны­ми сор­та­ми меда брос­кие транс­па­ран­ты: чистые брон­хи, здо­ро­вые суста­вы, жен­ское здо­ро­вье, муж­ское и здо­ро­вый ЖКТ. При­чем жен­ское здо­ро­вье на тро­га­тель­но розо­вом фоне. Муж­ское – на голу­бом. Здо­ро­вый ЖКТ – поче­му-то на желтом.

Мона­стыр­ская мыло­вар­ня: коро­боч­ки, баноч­ки, паке­тич­ки с баль­за­ма­ми, кре­ма­ми и чем угод­но. Оформ­ле­но пре­дель­но поскон­но – каж­дая баноч­ка свер­ху укры­та как бы меш­ко­ви­ной. Мыло, раз­ное. С цвет­ка­ми ромаш­ки и пче­ли­ным молоч­ком, ихтио­ло­вое с дег­тем – помо­га­ет от пры­щей. С лечеб­ной гря­зью – инте­рес­ный, пара­док­саль­ный вари­ант. Тор­гу­ет трав­ни­ца под скром­ной косын­кой. Кон­суль­ти­ру­ет девуш­ку в узкой юбке-каран­да­ше цве­та ста­ли: «Это и для мужа ваше­го отлич­но подой­дет. Буде­те рас­ти­рать ему спи­ну, пле­чи, что­бы уста­лость ухо­ди­ла, бод­рость при­хо­ди­ла…» «Нет у меня ника­ко­го мужа», — хму­рит­ся девуш­ка. «А и хоро­шо, а и пра­виль­но», — согла­ша­ет­ся травница.

Кирил­ло-Мефо­ди­ев­ский собор, это наш, мест­ный; муж­ской мона­стырь Архан­ге­ла Миха­и­ла – Сык­тыв­кар­ская и Вор­ку­тин­ская епар­хия. Куте­ин­ский мона­стырь – Бела­русь. Храм Мат­ро­ны Мос­ков­ской. При­ни­ма­ют­ся запис­ки с прось­бой и поже­ла­ни­я­ми к мощам Мат­ро­ны Мос­ков­ской, а так­же мож­но зака­зать моле­бен, это недо­ро­го. Или соро­ко­уст. Или обед­ню с выни­ма­ни­ем части­чек в алта­ре – что бы это ни означало.

Пави­льон «Новое вре­мя» неожи­дан­но пред­ла­га­ет май­ку-кор­рек­тор фигу­ры с тер­мо­эф­фек­том, супер­проч­ные кол­гот­ки с филь­де­пер­со­вой нитью, лебя­жьи кол­гот­ки, а так­же бес­шов­ные лоси­ны, на 50 про­цен­тов из бам­бу­ка. Лебя­жь­ми кол­гот­ка­ми инте­ре­су­ют­ся, ока­зы­ва­ет­ся, они для рус­ской зимы – самое то. 

Ико­на «Всех скор­бя­щих радость», к ней при­кла­ды­ва­ет­ся пожи­лая жен­щи­на, опи­ра­ясь на трость. Рядом ожи­да­ет пожи­лая жен­щи­на еще. Изу­ча­ет пока сбор архи­манд­ри­та Геор­гия из 16 трав, рядом напи­са­но про такой сбор. Мож­но при­об­ре­сти, под­дер­жи­вать силы. Мож­но отпра­вить све­чу с запис­кой на св. гору Афон, в мона­стырь Дохияр. 

Вдруг ука­за­тель «Выстав­ка кар­тин Рудоль­фа Бара­но­ва». Ника­ких кар­тин Рудоль­фа Бара­но­ва по ука­за­те­лю нет, зато есть коче­вая пасе­ка с Даль­не­го Восто­ка. Каш­та­но­вый мед – чистая кровь. Каш­та­но­вый мед тем­но-корич­не­вый, густой, когда осто­рож­но кла­дешь его ложеч­кой в рот, он обжи­га­ет жаром дес­ны, не хуже виски.

Кол­ба­са «Лось с конья­ком» — 350 руб­лей за пал­ку. «Кабан с конья­ком» — тоже 350, и стра­ус. Кол­ба­су мож­но попро­бо­вать, про­да­вец настро­гал мел­ки­ми кусоч­ка­ми и выста­вил на под­но­се. У под­но­са пасут­ся ред­кие на выстав­ке муж­чи­ны, со сме­хом инте­ре­су­ют­ся рецеп­ту­рой кол­бас­но­го фар­ша. Уточ­ня­ют про­цент содер­жа­ния коньяка. 

Палат­ка с сит­це­вы­ми пла­тья­ми очень попу­ляр­на. Весе­лень­кие рас­цве­точ­ки и рас­цве­точ­ки сдер­жан­ные, все очень пат­ри­ар­халь­но. Мож­но при­ме­рить, рас­смот­реть в зер­ка­ле новый облик, дик­ту­ю­щий пра­ви­ла пове­де­ния: с поло­ви­ны шесто­го утра на ногах, све­жая как цве­ток, яич­ни­ца на ско­во­род­ке, бли­ны в печи, вода в клю­чах, кофе в тур­ке, все сквор­чит. Дети умы­ты, повто­ря­ют падежи. 

Оче­редь к иконе Свя­ти­те­ля Нико­лая Мир­ли­кий­ско­го чудо­твор­ца зме­ит­ся пет­ля­ми с ули­цы. Для неру­ко­твор­ной ико­ны отве­де­но отдель­ной поме­ще­ние, дежу­рит охран­ник. Раз­ве­ше­ны инфор­ма­ци­он­ные лист­ки: нака­нуне двух­со­то­го юби­лея Пет­ро-Пав­лов­ско­го хра­ма горо­да Тали­ца, на стек­лах, встав­лен­ных в кио­ты девя­ти икон, само­про­яви­лись их изоб­ра­же­ния, сре­ди них и лик Нико­лая чудо­твор­ца. Изна­чаль­но ико­на была пере­да­на в Свя­то-Николь­ский храм в Тав­де, но в 2014 году ее пере­да­ли в Храм бла­жен­ной Мат­ро­ны Мос­ков­ской в деревне Кре­сто­воз­дви­жен­ское. Отсю­да она и при­е­ха­ла в Самару. 

Жела­ю­щих при­ло­жить­ся к обра­зу мно­го. «Дочь раз­во­дит­ся, — рас­ска­зы­ва­ет бра­вая дама со слож­ной парик­ма­хер­ской уклад­кой, — я про­сто пар­шой вся пошла, чешусь от ужа­са. Никак не закон­чит­ся, все делят и делят, пилят и пилят. Внук один день там, один – здесь. В сади­ке гово­рит: моя мам­ка кур­ва. Вот это нор­маль­но, вы ска­жи­те, что­бы ребе­нок не знал сло­ва свек­ла, зато знал сло­во курва?»

Оче­редь согла­ша­ет­ся, что это совер­шен­но ненор­маль­но и про­дви­га­ет­ся доста­точ­но быст­ро. Нехит­рое дело — опу­стить­ся на коле­ни и поце­ло­вать ико­ну. Пусть даже она нерукотворная.

Пави­льон Киев­ской епар­хии мно­го­зна­чи­тель­но пусту­ет: неза­ня­тый стул, чистое вед­ро для бумаг, нико­го внутри.

Выстав­ка рабо­та­ет до 8 сен­тяб­ря. Вход бесплатный.