THE MEDIUM IS THE MESSAGE

Послед­ний год про­шел под зна­ком соци­аль­ных медиа. Для иссле­до­ва­те­лей дав­но было оче­вид­но, что гово­рить о пас­сив­ном медиа­по­треб­ле­нии некор­рект­но, но на уровне обы­ден­но­го созна­ния такой сте­рео­тип ока­зал­ся очень живу­чим, он актив­но вос­про­из­во­дит­ся обще­ствен­ны­ми дея­те­ля­ми. В насто­я­щее вре­мя соци­аль­ные медиа име­ют зна­ко­вый харак­тер: для мно­гих оче­вид­но, что основ­ная актив­ность в онлайне теперь лежит в рус­ле соци­аль­ных медиа.

В нашем горо­де рас­ту­щий инте­рес к медий­ной про­бле­ма­ти­ке вылил­ся в созда­ние медиа-цен­тра на базе Меж­ду­на­род­но­го цен­тра раз­ви­тия куль­ту­ры в Самар­ской обла­сти, а так­же в запус­ке новой маги­стра­ту­ры по соци­аль­ной ана­ли­ти­ке новых медиа и Интер­не­та в Самар­ском госу­дар­ствен­ном уни­вер­си­те­те. Набор сту­ден­тов будет осу­ществ­лять­ся уже в этом году. О том, что меня­ет в нашей жиз­ни появ­ле­ние соци­аль­ных медиа, «Новой в Повол­жье» рас­ска­за­ла Ната­лья Соко­ло­ва, доцент, кура­тор маги­стер­ской про­грам­мы «Соци­аль­ная ана­ли­ти­ка новых медиа и Интер­не­та» на социо­ло­ги­че­ском факуль­те­те Самар­ско­го госу­дар­ствен­но­го уни­вер­си­те­та, рус­ский редак­тор меж­ду­на­род­но­го е‑журнала Digital Icons.

- Как соци­аль­ные медиа меня­ют совре­мен­ное медий­ное пространство?

- Меня­ют в зна­чи­тель­ной сте­пе­ни. Бла­го­да­ря это­му меха­низ­му — соци­аль­ным сетям — изме­нил­ся сам прин­цип ком­му­ни­ка­ции: как гово­рят спе­ци­а­ли­сты в обла­сти ком­му­ни­ка­ти­ви­сти­ки, модель одно­на­прав­лен­ной ком­му­ни­ка­ции по прин­ци­пу «от одно­го ко мно­гим», в целом харак­те­ри­зу­ю­щая «ста­рые» медиа, сме­ни­лась моде­ля­ми до «от мно­гих к одно­му» и «от мно­гих ко мно­гим». Это очень демо­кра­тич­ная ситу­а­ция, кото­рая поз­во­ля­ет рядо­вым поль­зо­ва­те­лям заявить о себе, «самим стать медиа», по удач­но­му выра­же­нию Дэна Гилмора.

Толь­ко что завер­ши­лось цен­траль­ное весен­нее меро­при­я­тие Руне­та — трёх­днев­ная кон­фе­рен­ция «РИФ+КИБ 2011». Про­зву­ча­ли такие любо­пыт­ные дан­ные о вре­мя­про­вож­де­нии рос­си­ян в Интер­не­те: 26 минут при­хо­дит­ся на раз­лич­ные пор­та­лы, 15 минут поль­зо­ва­те­ли тра­тят на зна­ком­ства, ещё 9 минут зани­ма­ет про­смотр видео. Рабо­чим вопро­сам уде­ля­ет­ся все­го 7 минут, а обра­зо­ва­нию и того мень­ше — 5 минут от обще­го сете­во­го вре­ме­ни. В соци­аль­ных сетях рос­си­я­нин про­во­дит 51 мину­ту сво­е­го интер­нет-вре­ме­ни. И, что важ­но, пре­бы­ва­ние в интер­нет-сетях — это доста­точ­но актив­ное рас­хо­до­ва­ние вре­ме­ни, посколь­ку здесь поль­зо­ва­тель созда­ет свой кон­тент (днев­ни­ки, ста­тьи, видео- и фото­аль­бо­мы, сбор­ни­ки ссы­лок и др.), лег­ко обме­ни­ва­ет­ся создан­ным бла­го­да­ря воз­мож­но­сти отчуж­де­ния кон­тен­та в циф­ро­вой фор­ме, остав­ля­ет «ком­мен­ты» и т.д. То есть он и сам «про­из­во­дит» кон­тент, и сам его рас­про­стра­ня­ет, зани­ма­ет­ся его дис­три­бу­ци­ей, что рань­ше было доступ­но толь­ко профессионалам.

- Полу­ча­ет­ся, дей­стви­тель­но мож­но гово­рить о «ком­му­ни­ка­тив­ной революции»?

- Конеч­но, пере­ме­ны в этой обла­сти очень зна­чи­тель­ны. Но я с осто­рож­но­стью гово­ри­ла бы о «рево­лю­ции». Ряд тео­ре­ти­ков выска­зы­ва­ют мысль о том, что появ­ле­ние новых медиа и Интер­не­та, в осо­бен­но­сти соци­аль­ных сетей, ради­каль­но меня­ет сло­жив­шу­ю­ся систе­му масс-медиа, посколь­ку отныне поль­зо­ва­те­ли осу­ществ­ля­ют кон­троль над медиа­по­то­ка­ми. Это, конеч­но, не так. Ситу­а­ция здесь более слож­ная. Мы дей­стви­тель­но можем гово­рить о зна­чи­тель­ных изме­не­ни­ях в систе­ме масс-медиа, об очень серьез­ных пере­ме­нах. Возь­мем, напри­мер, инте­гра­цию про­фес­си­о­наль­ной жур­на­ли­сти­ки и соци­аль­ных сетей. Сего­дня жур­на­ли­сты ока­за­лись в инте­рес­ной, но крайне слож­ной про­фес­си­о­наль­ной ситуации.

С одной сто­ро­ны, так назы­ва­е­мая «граж­дан­ская жур­на­ли­сти­ка» — это огром­ное под­спо­рье для про­фес­си­о­на­лов, с дру­гой сто­ро­ны, их моно­по­лия на инфор­ма­цию закон­чи­лась, и боюсь, что навсе­гда: ско­рее все­го, при­дет­ся искать какие-то фор­мы сосуществования.

При­хо­дит­ся учи­ты­вать, что актив­ность поль­зо­ва­те­лей в соци­аль­ных сетях моне­ти­зи­ру­ет­ся биз­не­сом, кото­рый исполь­зу­ет соци­аль­ные сети для «вирус­ной» рекла­мы, актив­ность поль­зо­ва­те­лей часто спе­ци­аль­но кон­стру­и­ру­ет­ся. Я бы очень осто­рож­но гово­ри­ла о поли­ти­че­ской демо­кра­ти­за­ции в свя­зи с соци­аль­ны­ми сетя­ми. Рос­сий­ские поли­ти­ки в целом пыта­ют­ся при­ме­нить новые тех­но­ло­гии для реа­ли­за­ции ста­рых элек­то­раль­ных схем; они пока не гото­вы в диа­ло­гу (а может, не заин­те­ре­со­ва­ны в нем?). Поэто­му когда мы гово­рим об актив­но­сти поль­зо­ва­те­лей в соци­аль­ных сетях, важ­но вести речь не об актив­но­сти самой по себе, а о содер­жа­нии этой активности.

Тем не менее, труд­но отри­цать, что соци­аль­ные сети явля­ют­ся пло­щад­кой для само­вы­ра­же­ния, кре­а­тив­но­сти, при­вле­ка­ют людей воз­мож­но­стью най­ти еди­но­мыш­лен­ни­ков и всту­пить с ними в ком­му­ни­ка­цию. Поль­зо­ва­тель гово­рит — вся моя душа в этом ста­ту­се про любовь, поста­вив ста­тус на свою стра­нич­ку. Я поэто­му пред­по­чи­таю зани­мать сре­дин­ную пози­цию меж­ду край­ни­ми точ­ка­ми зре­ния – свое­об­раз­ным «циф­ро­вым опти­миз­мом» и «циф­ро­вым пес­си­миз­мом». Как иссле­до­ва­тель, я убеж­де­на, что нам сего­дня важ­но понять – объ­ек­тив­но, насколь­ко это воз­мож­но, — понять, что же, соб­ствен­но, в этой сфе­ре происходит.

- Есть ли какие-то тен­ден­ции, харак­тер­ные изме­не­ния в раз­ви­тии соци­аль­ных сетях?

- По отно­ше­нию к рос­сий­ско­му сег­мен­ту Интер­не­та они оче­вид­ны. Преж­де все­го, ста­ло боль­ше спе­ци­а­ли­зи­ро­ван­ных сетей. «Одно­класс­ни­ки» и «Вкон­так­те» кажут­ся сего­дня уже несколь­ко арха­ич­ны­ми и не вполне удоб­ны­ми для поль­зо­ва­те­лей. Появи­лись рели­ги­оз­ные соци­аль­ные сети, соци­аль­ные сети для про­фес­си­о­на­лов — суще­ству­ют сети «для чинов­ни­ков», для поли­ти­ков, появи­лась закры­тая соци­аль­ная сеть для пер­вых лиц веду­щих ком­па­ний Рос­сии, свое­об­раз­ный «Клуб дирек­то­ров», ори­ен­ти­ро­ва­ный исклю­чи­тель­но на нуж­ды круп­ных биз­не­сме­нов. Доволь­но новая тен­ден­ция в Руне­те – воз­ник­но­ве­ние потре­би­тель­ских сетей для сов­мест­ных заку­пок това­ров и кол­лек­тив­ных ски­док на услу­ги, «анти­кри­зис­ные» соци­аль­ные сети. Вооб­ще есть доволь­но мно­го экзо­ти­че­ских сетей.

Очень важ­ное изме­не­ние послед­них несколь­ких меся­цев – это изме­не­ние «гео­гра­фии» в поль­зу реги­о­нов и уве­ли­че­ние сред­не­го воз­рас­та пользователя.

Еще одна очень важ­ная тен­ден­ция – это то, что соци­аль­ные сети инте­гри­ру­ют­ся с ины­ми медиа­фор­ма­та­ми. Очень замет­ное явле­ние в Руне­те — инте­гра­ция соци­аль­ных сетей и ком­пью­тер­ных онлай­но­вых игр, соци­аль­ных сетей и мобиль­ной теле­фо­нии и т.д. Я вооб­ще убеж­де­на, что сего­дня необ­хо­ди­мо учи­ты­вать тен­ден­цию «ком­пли­мен­тар­но­сти», или допол­ни­тель­но­сти масс-медиа, муль­ти­ме­дий­но­сти, гово­ря о каком-то кон­крет­ном типе масс-медиа или медиа­фор­ма­те. Инфор­ма­ция рас­про­стра­ня­ет­ся (а ком­му­ни­ка­ция осу­ществ­ля­ет­ся) через мно­же­ство медий­ных кана­лов, обра­зуя то, что тео­ре­ти­ки назы­ва­ют «транс­ме­диа».

- В соци­аль­ных сетях заня­ты дале­ко не все поль­зо­ва­те­ли Интер­не­та. Тем более мы не можем гово­рить о том, что каж­дый рос­си­я­нин име­ет выход в Интер­нет. Мож­но ли тогда гово­рить о том, что «бум» соци­аль­ных сетей име­ет какие-то зна­чи­тель­ные соци­аль­ные последствия?

- Пола­гаю, что да. Рас­про­стра­не­ние новых медиа и Интер­не­та вооб­ще име­ет серьез­ные соци­аль­но-куль­тур­ные изме­не­ния. Мы ни в коем слу­чае не можем гово­рить, что про­ис­хо­дя­щее в Интер­не­те име­ет локаль­ный смысл. Сего­дня настоль­ко интен­сив­но идет сра­щи­ва­ние Интер­не­та и поли­ти­ки, Интер­не­та и эко­но­ми­ки, Интер­не­та и куль­ту­ры, что гово­рить, как это было при­ня­то у тео­ре­ти­ков «кибер­про­стран­ства» о раз­де­ле­нии «онлай­но­вой» и «оффлай­но­вой» реаль­но­стей мож­но гово­рить лишь услов­но. Посмот­ри­те, как меня­ет наши пред­став­ле­ния о поли­ти­че­ских про­цес­сах серия рево­лю­ций на Ближ­нем Восто­ке, кото­рые быст­ро окре­сти­ли «циф­ро­вы­ми», или дело «Вики­ликс», кото­рое уж точ­но не поз­во­ля­ет нам исполь­зо­вать тра­ди­ци­он­ную схе­му отно­ше­ний «власть-под­чи­нен­ные». Мно­гие тра­ди­ци­он­ные инсти­ту­ты силь­но дефор­ми­ру­ют­ся, напри­мер, инсти­тут автор­ства, инсти­тут экс­пер­тов, раз­мы­ва­ют­ся гра­ни­цы меж­ду про­фес­си­о­на­лом и люби­те­лем и проч. А глав­ное — суще­ствен­но меня­ет­ся тра­ди­ци­он­ная соци­аль­но-куль­тур­ная иерар­хия, и пока не вполне ясно, к каким послед­стви­ям это при­ве­дет. Про­шлой вес­ной, при­мер­но в это же вре­мя, Рунет очень нега­тив­но сре­а­ги­ро­вал на (доволь­но агрес­сив­ное) про­дви­же­ние филь­ма Ники­ты Михал­ко­ва «Утом­лен­ные солнцем‑2. Пред­сто­я­ние». Очень пока­за­тель­на реак­ция чело­ве­ка, кото­рый при­вык быть зако­но­да­те­лем вку­са, арбит­ром, экс­пер­том: рас­те­рян­ность и жела­ние «запре­тить», «нака­зать», «закрыть» и проч. Про­шел год, у Ники­ты Михал­ко­ва блог в ЖЖ — nikitabesogon, — что, несо­мнен­но, про­дик­то­ва­но жела­ни­ем сохра­нить свои пози­ции, сохра­нить свое вли­я­ние в пуб­лич­ном про­стран­стве, но «гнать бесов» в Интер­не­те не полу­ча­ет­ся, так как нет пони­ма­ния того, как эта сфе­ра устроена.

Вооб­ще же, для серьез­но­го ана­ли­за эта область пред­став­ля­ет извест­ные труд­но­сти. Для тео­ре­ти­че­ско­го осмыс­ле­ния все­гда нуж­на неко­то­рая вре­мен­ная дистан­ция, но мы име­ем дело с необык­но­вен­но дина­мич­ной, быст­ро меня­ю­щей­ся сферой.

- Какие обра­зо­ва­тель­ные зада­чи ста­вит эта новая ситуация?

- Основ­ная про­бле­ма – отсут­ствие спе­ци­а­ли­стов, под­го­тов­лен­ных для ана­ли­за имен­но этой новой сфе­ры. Мно­гие тра­ди­ци­он­но сло­жив­ши­е­ся спе­ци­аль­но­сти тре­бу­ют осо­бой спе­ци­а­ли­за­ции – напри­мер, юри­сты вынуж­де­ны сего­дня спе­ци­аль­но гово­рить об инфор­ма­ци­он­ном автор­ском пра­ве, интел­лек­ту­аль­ной соб­ствен­но­сти в сфе­ре Интер­не­та, управ­лен­цы – о тех­но­ло­ги­ях «элек­трон­но­го пра­ви­тель­ства», музей­ные работ­ни­ки – о циф­ро­вых интер­ак­тив­ных музе­ях, соци­аль­ные работ­ни­ки – о рабо­те с людь­ми с огра­ни­чен­ны­ми воз­мож­но­стя­ми через соци­аль­ные сети и т.д. Но глав­ное, на рын­ке тру­да воз­ник­ла потреб­ность в совер­шен­но новых про­фес­си­ях. Посмот­ри­те объ­яв­ле­ния о вакан­си­ях, кото­ры­ми пест­рит Рунет: интер­нет-ана­ли­тик, спе­ци­а­лист по интер­нет-ком­му­ни­ка­ци­ям, ана­ли­тик-мар­ке­то­лог для онлай­но­вой сфе­ры, мене­джер по ком­му­ни­ка­ци­ям в циф­ро­вых медиа, веб-ана­ли­тик, кон­тент-мене­джер, PR-спе­ци­а­лист для онлай­но­вой сфе­ры, спе­ци­а­лист по рабо­те в соци­аль­ных медиа. Я встре­ча­ла даже такую вакан­сию, как «спе­ци­а­лист по циф­ро­во­му обра­зу жиз­ни». Даже усто­яв­ше­го­ся назва­ния для этих про­фес­сий пока не суще­ству­ет, а уж тем более нет спе­ци­аль­ных факуль­те­тов или отде­ле­ний, кото­рые наце­ле­ны на под­го­тов­ку таких спе­ци­а­ли­стов. На рын­ке тру­да выиг­ры­ва­ют мобиль­ные, дина­мич­ные моло­дые люди, соче­та­ю­щие хоро­шие ана­ли­ти­че­ские навы­ки и прак­ти­че­ское уме­ние рабо­тать в сфе­ре интернет-коммуникаций.

Совре­мен­ное рос­сий­ское обра­зо­ва­ние доста­точ­но ака­де­мич­но. При суще­ству­ю­щих в насто­я­щее вре­мя жест­ких дис­ци­пли­нар­ных гра­ни­цах доволь­но труд­но выстро­ить меж­дис­ци­пли­нар­ную под­го­тов­ку. Фор­мат маги­стра­ту­ры, кото­рый сего­дня появ­ля­ет­ся во мно­гих рос­сий­ских уни­вер­си­те­тах по раз­ным направ­ле­ни­ям, дает боль­шую сво­бо­ду. Раз­ра­ба­ты­вая новую маги­стер­скую про­грам­му по соци­аль­ной ана­ли­ти­ке новых медиа и Интер­не­та, мы ори­ен­ти­ро­ва­лись на то, что­бы она поз­во­ли­ла соеди­нить спе­ци­аль­ную социо­ло­ги­че­скую под­го­тов­ку (ори­ен­ти­ро­ван­ную на изу­че­ние мето­дов иссле­до­ва­ния циф­ро­вых медиа и Интер­не­та, социо­ло­ги­че­ские иссле­до­ва­ния в онлай­но­вой сфе­ре) с обу­че­ни­ем про­ект­ной дея­тель­но­сти. Социо­ло­ги могут у нас при­об­ре­сти более узкую ква­ли­фи­ка­цию, а выпуск­ни­ки дру­гих факуль­те­тов – стать уни­каль­ны­ми спе­ци­а­ли­ста­ми на рын­ке тру­да, допол­нив пер­вое обра­зо­ва­ние. На Запа­де обра­зо­ва­тель­ные про­грам­мы – не толь­ко маги­страт­ские, но и бака­лавр­ские – по дан­но­му направ­ле­нию суще­ству­ют уже дав­но, в Рос­сии же их еди­ни­цы. В уни­вер­си­те­те мы запус­ка­ем маги­стра­ту­ру в этом году – это очень ответ­ствен­ное, но необык­но­вен­но инте­рес­ное дело! А глав­ное, я уве­ре­на, что у нас инте­рес­ное буду­щее – ведь новые медиа пото­му и назы­ва­ют новы­ми, что невоз­мож­но пред­ска­зать, какой новый гад­жет, тех­но­ло­гию или фор­мат мы полу­чим зав­тра. Все­гда будет чем заняться!