В хосписе совсем не страшно

Ста­ци­о­нар «Самар­ско­го хос­пи­са» малень­кий, все­го на четы­ре пала­ты. И тут не страш­но, прав­да. Кос­ми­че­ско­го вида капель­ни­цы, ходун­ки, крес­ла-катал­ки, запас пам­пер­сов и пеле­нок, вдруг горь­ко пла­чу­щая паци­ент­ка в кори­до­ре (испу­га­лась аллер­гии, доб­рая мед­сест­ра ей так хоро­шо ска­за­ла: ну и что ты сей­час пла­чешь, котик, поду­ма­ешь, беда) – это насто­я­щая жизнь, про­сто дру­гая. Но самая что ни на есть насто­я­щая. Клум­ба перед вхо­дом, солн­це в окна, кофе на сто­ле, вино­град двух сор­тов и короб­ка кон­фет. Самар­ский хос­пис ищет двух вра­чей на рабо­ту: тера­певт, врач общей практики.

- Воз­мож­но, онко­лог, — добав­ля­ет глав­ный врач хос­пи­са Оль­га Васи­льев­на Осет­ро­ва, — хотя в дан­ное вре­мя нам онко­лог как тако­вой не нужен.

И добав­ля­ет:

- У нас самая луч­шая рабо­та в мире.

Сей­час в хос­пи­се рабо­та­ет все­го один врач, поми­мо Оль­ги Васи­льев­ны, в ста­ци­о­на­ре и один – в выезд­ной служ­бе. Это очень тяже­ло, боль­шая нагруз­ка. Док­то­ру выезд­ной служ­бы нуж­но совер­шать до деся­ти выез­дов в день. А ведь это не про­сто визит веж­ли­во­сти. Док­тор вхо­дит в семью, где живет горе. Воз­мож­но, царит хаос, пото­му что мы же не уме­ем жить с горем, мы пани­ку­ем. Воз­мож­но, паци­ент кри­чит от боли, воз­мож­но, род­ные от бес­си­лия и ужа­са пла­чут по углам. Дети в испу­ге раз­бе­жа­лись. Два ста­рых чело­ве­ка лежат напро­тив и ничем не могут друг дру­гу помочь. И появ­ля­ет­ся врач хосписа.

И струк­ту­ри­ру­ет горе. И состав­ля­ет план лече­ния боли, мани­пу­ля­ций — жиз­ни. И берет теп­лой рукой дро­жа­щие руки, и сле­зы уже пере­ста­ют лить­ся, пото­му что мы чего пла­ка­ли-то? Дума­ли, что совсем одни.

- Самое пер­вое посе­ще­ние может длить­ся более трех часов. – гово­рит Оль­га Васи­льев­на. – Пото­му что паци­ент и его род­ные долж­ны рас­ска­зать все. Всю свою жизнь. Весь свой страх. Всю свою боль. А вы зна­е­те, как нас встре­ча­ют? Как нас ждут? Как ангелов.

Даже обыч­ный обход зани­ма­ет у док­то­ра хос­пи­са мно­го вре­ме­ни. Пото­му что док­тор разговаривает.

- Ино­гда толь­ко через пол­ча­са чув­ству­ешь, что чело­век начал отве­чать по-насто­я­ще­му, — гово­рит Оль­га Васи­льев­на. – Не про­сто «да» или «нет», а с вовле­че­ни­ем души. И толь­ко тогда воз­мож­на насто­я­щая помощь.

И разу­ме­ет­ся, паци­ент дол­жен быть обез­бо­лен. Оль­га Васи­льев­на зна­ет, что не быва­ет верх­ней гра­ни­цы мор­фи­на, а нуж­но исполь­зо­вать имен­но столь­ко, что­бы снять боль кон­крет­но­го чело­ве­ка. Так дела­ют во всем мире.

- Толь­ко вче­ра ушла моя паци­ент­ка, — гово­рит Оль­га Васи­льев­на, — два­дцать восемь лет. И при­ез­жал ее муж, вро­де бы как отдать лекар­ства, а я знаю, что он хотел пого­во­рить, при­е­хал за этим. И он мучи­тель­но вот что ска­зал: как бы я хотел, что­бы у нас все про­ис­хо­ди­ло по-ино­му! Что­бы она умер­ла мгно­вен­но, и даже не почув­ство­ва­ла бы стра­ха, и даже ниче­го бы не поня­ла! Что­бы не так! А я ему отве­ти­ла, что не при­ме­ряй­те на себя чужую руба­ху. У вас было вре­мя, вы при­ка­са­лись к ней, живой, вы ее гла­ди­ли, купа­ли, пере­во­ра­чи­ва­ли, вы ее радо­ва­ли. Она ушла без боли. Каж­до­му свое.

Док­тор хос­пи­са ведет такие раз­го­во­ры часто. Такие слож­ные. О страш­ных, самых страш­ных в мире вещах. Гово­рит мате­ри мерт­вой малень­кой девоч­ки, что теперь ее колы­бель­кой будет гро­бик, и, может быть, маме при­дут­ся эти сло­ва, лягут на душу. Колы­бель­ка. Док­тор хос­пи­са под­хва­ты­ва­ет отча­яв­ших­ся, дарит надеж­ду, и его дей­стви­тель­но счи­та­ют ангелом.

- Самая хоро­шая рабо­та, — с уве­рен­но­стью повто­ря­ет Оль­га Васи­льев­на, — самая бла­го­дар­ная. Ино­гда люди боят­ся, кол­ле­ги боят­ся идти в хос­пис, а ведь про­сто надо попро­бо­вать. Это пере­во­ра­чи­ва­ет жизнь, это меня­ет все, но столь­ко теп­ла, столь­ко объ­я­тий, столь­ко при­зна­ния, столь­ко люб­ви, как в хос­пи­се, вы нигде не най­де­те. И у нас совсем не страш­но. Прав­да же?

В хос­пи­се совсем не страш­но. Это самое длин­ное объ­яв­ле­ние о при­е­ме на рабо­ту, навер­ное. Но пусть най­дут­ся два вра­ча, один для ста­ци­о­на­ра, дру­гой – для выезд­ной служ­бы! Для самой луч­шей рабо­ты в мире.

Писать и зво­нить мож­но Осет­ро­вой Оль­ге Васи­льевне olga-osetrova1@rambler.ru, теле­фон 8–927-205–36-48.