Театр как терапия

«Не дай нам Бог сой­ти с ума» — повто­ря­ем мы уже кото­рый век вслед за солн­цем рус­ской поэ­зии, но все рав­но два про­цен­та наших сограж­дан так или ина­че ока­жут­ся паци­ен­та­ми пси­хи­ат­ри­че­ской кли­ни­ки. «Но это как посмот­реть , — ком­мен­ти­ру­ет глав­ный врач самар­ской област­ной пси­хи­ат­ри­че­ской боль­ни­цы Миха­ил Шей­фер. В кон­це кон­цов, нару­ше­ния сна или навы­ков сче­та у детей тоже сме­ло мож­но отне­сти к пси­хи­ат­ри­че­ским диа­гно­зам, дру­гое дело, что в нашей стране никто это­го делать не спе­шит». Но мы сей­час гово­рим не о стра­да­ю­щих бес­сон­ни­цей или вста­ю­щих в тупик перед при­ме­ром «два плюс два», мы о тех, кому помощь спе­ци­а­ли­стов жиз­нен­но необ­хо­ди­ма. Как ока­за­лось, для них в отде­ле­нии реа­би­ли­та­ции област­ной пси­хи­ат­ри­че­ской боль­ни­цы создан, кро­ме все­го про­че­го, насто­я­щий театр, кото­рый ста­вит насто­я­щие спек­так­ли и даже при­гла­ша­ет на свои пред­став­ле­ния насто­я­щих зрителей.

В отре­мон­ти­ро­ван­ном бук­валь­но несколь­ко меся­цев назад, поме­ще­нии ДК «Заря» сто­ит извест­ный актер Олег Белов и дела­ет вид, что совер­шен­но не вол­ну­ет­ся перед нача­лом оче­ред­но­го тако­го пред­став­ле­ния. Олег Белов обла­чен в эле­гант­ный чер­ный костюм, опи­ра­ет­ся на замыс­ло­ва­тую трость со слож­ной резь­бой, и гово­рит, что театр «Счаст­ли­вый слу­чай», кото­рым он сей­час руко­во­дит – это не толь­ко реа­би­ли­та­ция, но еще попыт­ка доне­сти до тех, кто счи­та­ет себя пси­хи­че­ски здо­ро­вым, про­стую исти­ну – люди стра­да­ю­щие неду­га­ми достой­ны ува­же­ния и пони­ма­ния. А еще он гово­рит, что сотруд­ни­че­ство с пси­хи­ат­ри­че­ской боль­ни­цей ста­ло для него лич­но дей­стви­тель­но счаст­ли­вым слу­ча­ем. После тяже­лей­ше­го инсуль­та, кото­рый пере­нес актер, ста­ло понят­но, что в его твор­че­ской био­гра­фии насту­пил застой. И когда жене Оле­га, Галине, пред­ло­жи­ли пора­бо­тать в столь необыч­ном теат­ре, то она согла­си­лась сразу.

Идти впер­вые в зна­ме­ни­тую боль­ни­цу супру­гам Бело­вым в пер­вый раз было страш­но, но это быст­ро про­шло. «Пони­ма­е­те, для меня эти люди – это про­сто те, кто столк­нул­ся с боль­шой душев­ной болью, и не смог с ней спра­вит­ся», — гово­рит актер и худо­же­ствен­ный руко­во­ди­тель теат­ра «Счаст­ли­вый слу­чай» Олег Белов. Сна­ча­ла было не понят­но, что и как нуж­но делать, но сей­час в репер­ту­а­ре теат­ра уже четы­ре спек­так­ля. В том чис­ле и «Мед­ведь» Чехо­ва. Совер­ше­ны две поезд­ки в Моск­ву, где зри­те­ли бла­го­склон­но при­ня­ли самар­ских арти­стов. И еще, уточ­ня­ет Олег Белов, это конеч­но не толь­ко его заслу­га. Жена его Гали­на не про­сто ока­за­лась рядом, но и взя­ла на себя льви­ную долю забот о рек­ви­зи­те, деко­ра­ци­ях, гра­фи­ках и про­чих жиз­нен­но важ­ных вещах. Улыб­чи­вая строй­ная Гали­на Бело­ва этих ком­пли­мен­тов, впро­чем, не слы­шит — она мечет­ся меж­ду десят­ком малень­ких дел где-то за кули­са­ми. Там нано­сит­ся теат­раль­ный грим, еще раз про­ве­ря­ют­ся костю­мы, и повто­ря­ет­ся текст ролей.

Давать будут спек­такль «При­клю­че­ния сол­да­та Ива­на Чон­ки­на», и Вой­но­вич тако­му пово­ро­ту собы­тий непре­мен­но бы пора­до­вал­ся. Олег Белов и Миха­ил Шей­фер сно­ва гово­рят о том, что театр это не толь­ко важ­ная фор­ма реа­би­ли­та­ции. Это попыт­ка постро­ить мостик меж­ду теми, кто ока­зал­ся в сте­нах боль­ни­цы и миром.

Мы гото­вы при­нять людей на инва­лид­ных коляс­ках или стра­да­ю­щих про­бле­ма­ми со слу­хом, но часто при­знать, что люди с пси­хи­ат­ри­че­ски­ми диа­гно­за­ми могут пол­но­прав­но жить рядом – пока про­бле­ма. «В кон­це — кон­цов, мало ли что у них на уме, да и вооб­ще…», — опас­ли­во раз­мыш­ля­ет обы­ва­тель. И вот с эти­ми дума­ми уса­жи­ва­ет­ся в крес­ло на послед­нем ряду, мель­ком бро­са­ет взгляд на теле­фон, пред­по­ла­гая тер­пе­ли­во пере­жить оче­ред­ное само­де­я­тель­ное пред­став­ле­ние. И даже зара­нее заго­тав­ли­ва­ет какие-то веж­ли­вые ком­пли­мен­ты, кото­рые про­из­не­сет в слу­чае чего. И немно­го хму­рит­ся в нача­ле – это что там у вас за Чон­кин, отче­го вдруг такой кра­са­вец? (С Чон­ки­ным бук­валь­но перед пред­став­ле­ни­ем вышла наклад­ка – испол­няв­ший роль артист выпи­сал­ся из боль­ни­цы, и при­шлось сроч­но вво­дить в спек­такль мест­но­го пси­хо­ло­га. Это, уже чет­вер­тый испол­ни­тель глав­ных ролей, поки­нув­ший труп­пу вер­нув­шись в обыч­ную жизнь. И «Счаст­ли­вый слу­чай» — это, кажет­ся, един­ствен­ный театр в мире, где раду­ют­ся и лику­ют, когда акте­ры выбы­ва­ют из игры. По при­чине выпис­ки из боль­нич­ных стен).

Так вот, сесть и снис­хо­ди­тель­но быть гото­вым к про­смот­ру оче­ред­но­го люби­тель­ско­го спек­так­ля, но уже через несколь­ко минут Чон­кин пере­ста­нет быть кра­сав­цем, и ста­но­вит­ся собой – дере­вен­ским пар­нем, креп­ко потре­пан­ным про­ру­хой-судь­бой. И Нюр­ка на сцене имен­но такая, какой ее пред­став­ля­ешь, читая кни­гу. И, нако­нец, обо всем этом забыть и про­сто смот­реть класс­ный спек­такль, в кото­ром игра­ют класс­ные акте­ры. Афро­ди­та, каза­лось бы, ну что там, эпи­зо­ди­че­ский пер­со­наж, но от нее невоз­мож­но ото­рвать глаз, когда она бро­са­ет в зал: «Да Фрось­ка я! Фрось­ка». В обыч­ной жиз­ни Афро­ди­ту-Фро­сю зовут Окса­ной, она быв­ший биб­лио­те­карь. Любит театр с дет­ства и счаст­ли­ва на сцене.

И потом, когда зазву­чат про­щаль­ные апло­дис­мен­ты, арти­сты вый­дут на сце­ну для финаль­но­го покло­на, и каж­до­му акте­ру вру­чат хруп­кие веточ­ки осен­них астр, поду­мать о том, что на сле­ду­ю­щее пред­став­ле­ние непре­мен­но нуж­но будет купить розы. Пре­мье­ра, кста­ти, гото­вит­ся к Ново­му году, обе­ща­ют доб­рый спек­такль со ста­ры­ми дет­ски­ми сти­ха­ми. И три­жды прав артист Белов, гово­ря, что эти люди, года­ми сра­жа­ю­щи­е­ся со сво­и­ми неду­га­ми, но ред­ко празд­ну­ю­щие побе­ду, дума­ют и чув­ству­ют так же, как мы. Толь­ко гораз­до ост­рее. И вспом­нить о том, что заре­кать­ся в этой жиз­ни нель­зя не толь­ко от тюрь­мы и сумы. И да, сре­ди людей стра­да­ю­щих пси­хи­че­ски­ми забо­ле­ва­ни­я­ми – есть те, кто нико­гда не вый­дет на сце­ну, не выучит текст и про­сто не смо­жет про­рвать­ся в этот мир из соб­ствен­ной внут­рен­ней скор­лу­пы. Но они непре­мен­но и обя­за­тель­но оста­ют­ся людь­ми и лич­но­стя­ми, что бы не бол­та­ли иди­от­ские школь­ные учебники.