История одного заблуждения

Про­ис­хо­ди­ло в стар­ших клас­сах, Боль­шую любовь зва­ли маль­чик Олег. Счи­та­лось, что он похож на ита­льян­ско­го кино­ге­роя из попу­ляр­но­го сери­а­ла «Спрут».

Маль­чик Олег был ори­ги­на­лен. Назы­вал меня Тата, а так­же Ляля. Во-пер­вых, это важ­но для повест­во­ва­ния; а во-вто­рых, обо­жаю эти вари­ан­ты име­ни. Сей­час Лялей меня, понят­но, не зовет никто, да оно и к лучшему.

А вот чего маль­чик Олег меня полю­бил, не знаю. В стар­ших клас­сах я не бли­ста­ла ни кра­со­той, ни интел­лек­том (мно­гие сдер­жан­но про­ком­мен­ти­ру­ют: ниче­го и не изме­ни­лось), плюс бес­по­щад­но наче­сы­ва­ла куд­ри, обрам­ляя лицо под гла­мур­но­го нео-пан­ка. Но вот как-то так слу­чи­лось, полю­бил и полю­бил, может, у него еще не раз­вил­ся к шест­на­дца­ти годам долж­ный вкус.

И мы вся­че­ски дру­жи­ли, назна­ча­ли сви­да­нья, тас­ка­лись по скве­рам, подъ­ез­дам и кино­те­ат­рам города.

На сви­да­нья с Оле­гом я соби­ра­лась тща­тель­но, обя­за­тель­но при­гла­шая для под­держ­ки и раз­вле­че­ния подру­гу дет­ства. Она с готов­но­стью хва­ли­ла изыс­кан­ный маки­яж (граф­фи­ти на веках, мас­ки­ро­воч­ный слой тональ­но­го кре­ма «балет», нату­раль­ный тон), потом сопро­вож­да­ла на место встречи.

Маль­чик Олег опаз­ды­вал. Я — нико­гда. Ино­гда мы с подру­гой доб­рых пол­ча­са пры­га­ли на гро­мозд­кой шине в роли клум­бы, а его все не при­хо­ди­ло. Потом оно выри­со­вы­ва­лось с горя­щим взо­ром и новей­шим оправ­да­ни­ем, необык­но­вен­но смеш­ным каж­дый раз. Вспо­ми­на­ет­ся смерть хомя­ка, взо­рвав­ший­ся кран и книж­ная пол­ка, рух­нув­шая на брата-младенца.

В один из пре­крас­ных июней маль­чик Олег опоз­дал на соб­ствен­ные име­ни­ны. Это был непро­стой день в моей деви­чьей и про­чей судь­бе: я долж­на была быть пред­став­ле­на Оле­го­вой маме, Оле­го­во­му папе, а бра­та-мла­ден­ца виде­ла сто раз и до этого.

Наряд, при­дир­чи­во выбран­ный мною для тако­го ответ­ствен­но­го меро­при­я­тия, был пре­кра­сен. Я сши­ла его сама по доступ­ной выкрой­ке из жур­на­ла «Бур­да-моден» — узкая юбка в ОГРОМНЫХ фио­ле­то­вых цве­тах и тако­го же рисун­ка коф­та с аме­ри­кан­ской прой­мой. На шее бол­та­лась пласт­мас­со­вая гигант­ская цепь. Ноги я вби­ла в поло­са­тые туфли без каблука.

Вме­сте с подар­ком в назна­чен­ный час сто­я­ла под две­рью. Вол­но­ва­лась. Даже немно­го ути­хо­ми­ри­ла граф­фи­ти на гла­зах кон­чи­ком паль­ца. Для пуще­го бла­го­нра­вия. Досчи­та­ла до деся­ти. Позво­ни­ла. Мгно­вен­но откры­ла Оле­го­ва мама, невы­со­кая милая жен­щи­на. На ней было пест­рое пла­тье в фор­ме рав­но­бед­рен­ной тра­пе­ции. Она очень мне обра­до­ва­лась и поприветствовала:

- Леноч­ка, милая, проходи!

И про­кри­ча­ла вглубь квар­ти­ры тор­же­ствен­ным груд­ным голосом:

- Юра, Юра! Это девоч­ка Оле­га при­шла, Леноч­ка! Леноч­ка, про­сти, пожа­луй­ста, наше­го бед­но­го сына, он еще не вер­нул­ся от при­я­те­ля. Но ско­ро будет… обещал…

Из тем­но­ты кори­до­ра вышел, выти­рая руки об кокет­ли­вый фар­ту­чек с обо­роч­кой, Оле­гов папа. Вытер руки, потро­гал себя за усы и сказал:

- Гость в дом, радость в дом, прав­да, Леночка?

В общем, роди­те­ли назы­ва­ли меня Леноч­кой все вре­мя до непо­сред­ствен­но Оле­го­ва появ­ле­ния, а при­шел он часа через пол­то­ра-два. Намек­нуть, что они не совсем пра­вы, было бы неэтич­но. Ко все­му про­че­му, я, дикая рев­ни­ви­ца, живо вооб­ра­зи­ла себе аль­тер­на­тив­ную подруж­ку Оле­га, Леноч­ку. Опас­ную сопер­ни­цу. Сочи­ни­ла высо­кую строй­ную девуш­ку с пря­мы­ми длин­ны­ми воло­са­ми и мин­да­ле­вид­ны­ми гла­за­ми. Такая девуш­ка име­ет насто­я­щие джин­сы, япон­ские крос­сов­ки, тай­но курит и вир­ту­оз­но руга­ет­ся. Она кра­си­вее меня, стар­ше и ужас­но нра­вит­ся Оле­гу. Он целу­ет ей ладонь и гово­рит: «Я люб­лю тебя, я уми­раю». Куда до такой кукол­ки мне — в само­дель­ных аме­ри­кан­ских прой­мах, обла­ке куд­рей и поло­са­тых туфлях?

Всех вооб­ра­жа­е­мых сопер­ниц я до сих пор рисую таки­ми: тем­ные воло­сы, рас­ко­сые гла­за, явно уло­ви­мые ази­ат­ские чер­ты. Пола­гаю, про­сто зави­дую яркой внеш­но­сти восточ­ных кра­са­виц, их пыл­ко­му нра­ву и бро­вям иде­аль­ной от при­ро­ды формы.

В общем, празд­ник был без­на­деж­но испор­чен. Я изо всех сил сдер­жи­ва­лась, что­бы не заре­веть и не убе­жать с кри­ка­ми: «Оста­вай­ся со сво­ей Леноч­кой! Целуй ее пот­ные ладони!

- Леноч­ка, что ты такая груст­нень­кая? А вот и Оле­жек при­шел, узнаю его двой­ной звонок!

Дей­стви­тель­но, при­шел маль­чик Олег. Навер­ное, мень­ше все­го он ожи­дал уви­деть груст­нень­кую меня в кру­гу сво­ей семьи, кото­рая твер­дит мне это самое «Леноч­ка!» и похло­пы­ва­ет по голо­му пле­чу в четы­ре руки.

- А чего это вы Ната­шу Леной назы­ва­е­те? — поин­те­ре­со­вал­ся он.

Семья Оле­га пере­гля­ну­лась и неуве­рен­но сказала:

- Ой. И прав­да. Чего это мы.

Семье сде­ла­лось нелов­ко. Она не хоте­ла меня уни­зить. Про­сто Олег гово­рил посто­ян­но: Ляля, Ляля. Вот семья и реши­ла, что я — Еле­на. А я — Ната­ша, вот в чем ока­за­лось дело.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.