Изба-гадальня

Лет пять назад рядом с домом откры­лась кули­на­рия-сто­ло­вая, из про­стых. Все зна­ют такие кули­на­рии-сто­ло­вые: обшир­ный холо­диль­ный при­ла­вок запол­нен кура­ми про­ван­саль, пирож­ки с кар­то­фе­лем выло­же­ны хоро­шень­кой гор­кой, рядом что-нибудь из тво­ро­га и пиц­ца мест­но­го про­из­вод­ства. Кет­чуп в мини-упа­ков­ках, соль, перец. Одно­ра­зо­вая посу­да, а вот вил­ки есть не все­гда. Шат­кие сто­ли­ки из пласт­мас­сы, крес­ли­ца, мож­но разо­греть свое рагу в мик­ро­вол­нов­ке и съесть, ору­дуя палоч­кой от эски­мо. Тиши­на, покой, вид на Вол­гу – есть там такой вид. Одна­ко дан­ная кон­крет­ная кули­на­рия таи­ла в себе неко­то­рую загадку.

Во-пер­вых, в кули­на­рии вари­ли насто­я­щий кофе и пода­ва­ли в малень­ких белых чаш­ках с пра­виль­ны­ми тол­сты­ми стен­ка­ми. Эти чаш­ки абсо­лют­но не соче­та­лись с про­стец­ким рисом на гар­нир, сто­и­мо­стью два­дцать два руб­ля за сто грамм.

Во-вто­рых, кофе в белых чаш­ках пили исклю­чи­тель­но жен­щи­ны. При­чем не про­сто так, а под руко­вод­ством одной из буфет­чиц, воз­мож­но – стар­шей. Она появ­ля­лась неиз­мен­но в белом, и даже обувь всю име­ла тако­го непрак­тич­но­го цве­та. Стар­шая буфет­чи­ца коман­до­ва­ла: «допи­ли одним глот­ком!», и жен­щи­ны дави­лись, допи­ва­ли. Ути­ра­ли обо­жжён­ные губы бумаж­ны­ми сал­фет­ка­ми. Далее жен­щи­ны пере­во­ра­чи­ва­ли свои чаш­ки на блюд­ца, и с осто­рож­но­стью пере­да­ва­ли их стар­шей буфет­чи­це. Та важ­но уно­си­ла чаш­ки в под­соб­ное поме­ще­ние, по одной, буд­то бы пере­прав­ля­ла на про­стор­ном кораб­ле. Воз­мож­но, авианосце.

Загад­ка, таким обра­зом, раз­ре­ши­лась доволь­но про­сто – стар­шая буфет­чи­ца гада­ла на кофей­ной гуще, а жен­щи­ны с белы­ми чаш­ка­ми явля­лись ее кли­ент­ка­ми. Пред­вку­шая свою оче­редь, они оста­ва­лись на местах, бес­по­кой­но пере­би­ра­ли рука­ми на коле­нях. Неко­то­рые не выно­си­ли мук ожи­да­ния, и начи­на­ли сами трак­то­вать кофей­ный рва­ный орна­мент на стен­ках чашек и кра­ях блюдца.

Бод­рая жен­щи­на в кеп­ке козырь­ком назад и вело­си­пед­ных шор­тах опе­ка­ла свою подру­гу, взвин­чен­ную брю­нет­ку, похо­жую на мышь из совет­ско­го мульт­филь­ма про Дюй­мо­воч­ку. Брю­нет­ка нерв­но тыка­ла носом в чаш­ку, и, пре­ры­ва­ясь на тяже­лые вздо­хи, гово­ри­ла: «Я отчет­ли­во вижу здесь бук­ву «М»! и циф­ру 5! это под­твер­жда­ет мою вер­сию насчет Марии!»

Жен­щи­на в кеп­ке сочув­ствен­но слу­ша­ла. Кива­ла в нуж­ных местах повест­во­ва­ния. «Не зря эта Мария посто­ян­но оши­ва­ет­ся на его стра­ни­це в одно­класс­ни­ках, мне при­хо­дит­ся ее отту­да вычи­щать! Да, да, там есть функ­ция: убрать гостя! И вот смот­ри – ну это же типич­ная бук­ва «М»!»

Брю­нет­ка зады­ша­ла еще тяже­лее. Каж­дый ее вдох-выдох сотря­сал пыш­ную грудь и рвал тес­ный сара­фан с узо­ром «турец­кий огурец».

Жен­щи­на в кеп­ке, желая отвлечь подру­гу, ней­траль­но спро­си­ла: «Ну а циф­ра пять-то причем?»

И заулы­ба­лась. Оче­вид­но, ей каза­лось, что опас­но­го отве­та на этот вопрос не суще­ству­ет. Пото­му что веро­лом­ной Марии никак не мог­ло быть пять лет, напри­мер. Или она не мог­ла полу­чать пять тысяч руб­лей, пото­му что таких окла­дов уже нет (или есть). Но брю­нет­ка име­ла дру­гое мне­ние. С видом чело­ве­ка, нашед­ше­го реша­ю­щий аргу­мент в слож­ном спо­ре, она оче­ред­ной раз выдох­ну­ла и ска­за­ла: «Это зна­чит, что они встре­ча­ют­ся уже пять месяцев!»

Помол­ча­ла и доба­ви­ла: «А то и пятнадцать».

Я раз­уз­на­ла про стар­шую буфет­чи­цу: ее зва­ли Мари­на, она была напо­ло­ви­ну гру­зин­ка и луч­шая в горо­де кофей­ни­ца. Ее теле­фон пере­да­ва­ли друг дру­гу как доро­гой пода­рок или хоро­шую взят­ку. Ее пред­ска­за­ния все­гда сбы­ва­лись. Мари­на виде­ла в кофей­ных кляк­сах име­на, даты, паро­ли и явки. Она мог­ла узнать все: когда вер­нут долг, вклю­чат горя­чую воду, забе­ре­ме­не­ет невест­ка и сум­му остат­ка дол­га по кре­ди­ту у непу­те­во­го сына.

Уро­вень дра­мы в кули­на­рии-сто­ло­вой повы­шал­ся изо дня в день. Дамы, полу­ча­ю­щие из уст стар­шей буфет­чи­цы пред­ска­за­ния судеб, вели себя по-раз­но­му. Хоро­ше­го роста девуш­ка во всем оран­же­вом, как буд­дий­ский монах, со все­го раз­ма­ху уда­ри­ла боль­шим кула­ком по сто­лу, да так, что чья-то пла­сти­ко­вая тарел­ка с огрыз­ком пече­ноч­но­го руле­та под­ско­чи­ла и пере­вер­ну­лась. Теперь мож­но было гадать на пече­ноч­ном руле­те. Он не слиш­ком при­ят­но раз­ма­зал­ся, при­об­ре­тя фор­му то ли чере­па­хи, то ли полу­ме­ся­ца, поди пойми.

«К чер­ту топо­ло­гию!» – непо­нят­но выкрик­ну­ла девуш­ка. Топо­ло­гия – это такой раз­дел мате­ма­ти­ки, понят­ный паре-трой­ке людей на све­те. Поче­му топо­ло­гия так рас­стро­и­ла девуш­ку, все дума­ла я. Не под­да­ва­лась изу­че­нию, но нахаль­но про­яв­ля­лась фено­ме­на­ми непре­рыв­но­сти в кофей­ных чашках?

Как-то заста­ла сце­ну, кото­рая силь­но рас­тро­га­ла меня. Ком­па­ния из трех жен­щин заня­ла сто­лик. Гадаль­ный кофе пода­ли толь­ко одной из них, оде­той по-дело­во­му: узкая юбка, кор­рект­ный пиджак, высо­кий каб­лук клас­си­че­ских «лодо­чек». Жен­щи­на мог­ла быть госу­дарс­вен­ной чинов­ни­цей, а мог­ла быть руко­во­ди­те­лем мало­го пред­при­я­тия. Она не торо­пи­лась упо­треб­лять кофе, а мето­дич­но доста­ва­ла из сум­ки носо­вые плат­ки, фла­кон­чик кор­ва­ло­ла, мини­а­тюр­ную фляж­ку в кожа­ном чех­ле, буты­лоч­ку с мине­раль­ной водой, шоко­лад­ную кон­фе­ту, туго наби­тую кос­ме­тич­ку, бумаж­ный пакет и вдруг – шаль. Огром­ную шаль, кра­си­во­го тем­но-зеле­но­го цве­та, с кистя­ми и про­чим. Если про­ис­хож­де­ние кор­ва­ло­ла, шоко­ла­да и носо­вых плат­ков объ­яс­нить было про­сто, то зеле­ная шаль никак не похо­ди­ла на пред­мет, могу­щий помочь в слу­чае полу­че­ния дур­ных, напри­мер, вестей от кофей­ной гущи. Жен­щи­на сло­жи­ла шаль вчет­ве­ро, и еще раз вчет­ве­ро, и при­стро­и­ла на коле­нях при­я­тель­ни­цы спра­ва. Все осталь­ные пред­ме­ты ско­рой пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи при­дви­ну­ла к при­я­тель­ни­це сле­ва. Та взболт­ну­ла фляж­ку, уточ­няя сте­пень ее напол­нен­но­сти. Дей­ствия при­я­тель­ниц выгля­де­ли сла­жен­ны­ми. Буд­то бы они не раз и не два ока­зы­ва­лись в подоб­ной ситуации.

Но вот кофе был выпит, чаш­ка с обыч­ны­ми поче­стя­ми пере­прав­ле­на в под­соб­ное поме­ще­ние, и жен­щи­на в дело­вом костю­ме при­гла­ше­на для кон­суль­та­ции. В ее отсут­ствие подру­ги мол­ча­ли. Пра­вая толь­ко ска­за­ла: «Пола­гаю, это послед­ний адрес?» Левая пожа­ла пле­ча­ми. Тут вер­ну­лась и кофей­ная кли­ент­ка, жен­щи­на в дело­вом костю­ме. Без фана­тиз­ма села на стул и ска­за­ла чет­ко: «Давай­те».

И тогда она при­я­тель­ни­ца мгно­вен­но зали­ла ей в рот конья­ку из фляж­ки, а вто­рая рас­ку­по­ри­ла кон­фе­ту и тоже суну­ла в рот, а потом еще конья­ку. Сле­дом подру­ги вста­ли и быст­ро-быст­ро замо­та­ли дело­вой костюм в шаль, ту самую, тем­но-зеле­ную. Пря­мо по рукам, в хоро­шень­кий кокон, и отту­да несчаст­ны­ми гла­за­ми мор­га­ла жен­щи­на, а к лицу ей еще под­нес­ли бумаж­ный пакет, что­бы она дыша­ла в пакет.

Так люди борют­ся с пани­че­ски­ми ата­ка­ми: нуж­но сни­зить уро­вень содер­жа­ние кис­ло­ро­да в кро­ви. Гово­рят, так­же помо­га­ет туго заку­тать­ся-закру­тить­ся в какие-то одеж­ды, или даже про­сто туже пере­по­я­сать­ся, или при­дви­нуть себя сту­лом к сто­лу. Нахо­дясь в искус­ствен­но создан­ном огра­ни­чен­ном про­стран­стве, чело­век, пере­жи­ва­ю­щий пани­че­скую ата­ку, начи­на­ет себя сно­ва ощу­щать: вот мои руки, вот мои ноги, на них давит ткань или край сто­ла, а вот и я цели­ком, всем привет.

Конеч­но, груст­но, что луч­шая кофей­ни­ца не ска­за­ла дело­вой даме ниче­го уте­ши­тель­но­го, но хоро­шо, что есть рядом люди, гото­вые завер­нуть тебя в шаль и сто­ять рядом с бумаж­ным паке­том наперевес.

Сто­ит ли гово­рить, что сто­ло­вую-кули­на­рию я посе­ща­ла с удво­ен­ным энту­зи­аз­мом, и в раци­оне семьи еже­днев­но появ­ля­лись пирож­ки вся­ких начи­нок, сыр­ни­ки и чебу­ре­ки. И не было пре­де­ла мое­му рас­строй­ству и даже горю, когда в один из дней вес­ны кули­на­рия-сто­ло­вая бес­след­но исчез­ла, оста­вив после себя неболь­шую гор­ку орга­ни­че­ско­го мусо­ра. Через малое вре­мя в поме­ще­ние въе­ха­ла какая-то бук­ме­кер­ская кон­то­ра, а сей­час откры­ва­ют алко­голь­ный мага­зин «Бри­столь», это такая сеть. В Ниж­нем Нов­го­ро­де тоже есть, а зна­чит, вооб­ще в Рос­сии, но это не утешает.