В ходатайстве отказать

Судеб­ный сек­ре­тарь откры­ва­ет пер­вый зал, и по стан­дарт­ным для поме­ще­ний тако­го рода лав­кам из поли­ро­ван­ной фане­ры рас­са­жи­ва­ют­ся под­су­ди­мый и его род­ствен­ни­ки: папа, жена. Еще адво­кат, еще кол­ле­ги. Под­су­ди­мый – поли­цей­ский, и это тот самый слу­чай, когда от попав­ше­го в пере­плет това­ри­ща свои не отка­за­лись, и офи­ци­аль­но тоже.

Потер­пев­ше­го пока нет. В кори­до­рах Желез­но­до­рож­но­го суда снеж­но-песоч­ная чвань и доволь­но про­хлад­но. Посе­ти­те­ли сидят в верх­ней одеж­де, неко­то­рые не сни­ма­ют пер­ча­ток. В руках мель­ка­ют копии заяв­ле­ний, пас­пор­та и бутыл­ки с мине­раль­ной водой. Судеб­ный сек­ре­тарь появ­ля­ет­ся сно­ва, запы­ха­лась, при­жи­ма­ет к гру­ди бума­ги и неожи­дан­но про­сит всех поки­нуть поме­ще­ние. Поме­ще­ние пона­до­бит­ся для видео­кон­фе­рен­ции, зву­ко­за­пи­си и чего-то еще. А вы прой­ди­те в ком­на­ту 201. Ну, что же. Абсурд с пере­ме­ще­ни­я­ми по зда­нию суда созву­чен абсур­ду рас­смат­ри­ва­е­мо­го дела.

Появ­ля­ет­ся потер­пев­ший. Это очень неве­зу­чий моло­дой чело­век, в тече­ние несколь­ких счи­та­ных лет он после­до­ва­тель­но лишил­ся трех доро­гих авто­мо­би­лей: Toyota Land Cruiser, AudiQ7, BMWX5. Доро­гие авто­мо­би­ли с осо­бым циниз­мом уго­ня­ли неиз­вест­ные. В двух слу­ча­ях стра­хо­вые ком­па­нии успеш­но выпла­чи­ва­ли потер­пев­ше­му соот­вет­ству­ю­щие круп­ные сум­мы, а послед­ний раз мно­гое пошло не так. Напри­мер, сотруд­ни­ки уго­лов­но­го розыс­ка по рас­кры­тию краж авто­транс­пор­та, рас­спра­ши­ва­ю­щие потер­пев­ше­го о об обсто­я­тель­ствах похи­ще­ния его авто­мо­би­ля (BMW X5), были удив­ле­ны повто­ря­ю­щи­ми­ся инци­ден­та­ми с про­па­жей цен­но­го дви­жи­мо­го иму­ще­ства, вслед­ствие чего напом­ни­ли собе­сед­ни­ку о ст. 159 УК РФ (мошен­ни­че­ство). Рас­стро­ен­ный не сло­жив­шим­ся раз­го­во­ром, потер­пев­ший немед­лен­но поки­нул поме­ще­ние. Дело было 28 авгу­ста 2013 года, и 28 авгу­ста 2013 года потер­пев­ший обра­тил­ся в боль­ни­цы горо­да (в две), жалу­ясь на побои, а 30 авгу­ста долж­ным обра­зом осви­де­тель­ство­вал сса­ди­ны на лице в бюро судеб­но-меди­цин­ской экспертизы

Парой меся­цев поз­же в Ленин­ском меж­рай­он­ном след­ствен­ном коми­те­те было воз­буж­де­но уго­лов­ное дело по ст.286 ч.3 п. «а» (пре­вы­ше­ние долж­ност­ных пол­но­мо­чий с при­ме­не­ни­ем наси­лия) в отно­ше­нии одно­го из про­во­дя­щих опрос сотруд­ни­ков уго­лов­но­го розыс­ка — Пав­ла Кас­пе­ро­ви­ча. По сло­вам потер­пев­ше­го Про­ни­на, под­су­ди­мый Кас­пе­ро­вич в ходе бесе­ды несколь­ко раз уда­рил его по лицу и лево­му уху, после чего потер­пев­ший Про­нин поки­нул зда­ние управ­ле­ния поли­ции, где все и про­ис­хо­ди­ло, и, вос­поль­зо­вав­шись транс­порт­ны­ми услу­га­ми сво­е­го при­я­те­ля, поехал в горе куда гла­за глядят.

Гла­за у потер­пев­ше­го Про­ни­на гля­де­ли в сто­ро­ну город­ско­го кафе «Юлия», совер­шен­но слу­чай­но рас­по­ло­жен­но­го на участ­ке зем­ли, при­над­ле­жа­щем его род­ной мате­ри. Исте­кая кро­вью, потер­пев­ший добрел до внут­рен­но­стей заве­де­ния обще­пи­та, где был встре­чен при­вет­ли­вой девуш­кой, совер­шен­но ему незна­ко­мой, но ока­зав­шей первую довра­чеб­ную помощь.

После обра­ще­ния потер­пев­ше­го Про­ни­на в боль­ни­цу с жало­ба­ми на побои, на дому его посе­тил участ­ко­вый поли­цей­ский, где и соста­вил про­то­кол, уди­ви­тель­ным обра­зом про­пав­ший из мате­ри­а­лов дела. По опе­ра­тив­ной инфор­ма­ции, участ­ко­во­му инспек­то­ру потер­пев­ший Про­нин сооб­щил, что сса­ди­ны на лице полу­чил при паде­нии. Про­то­кол исчез, да.

Незна­ко­мая девуш­ка из кафе и при­я­тель насчет транс­пор­та были при­вле­че­ны потер­пев­шим Про­ни­ным сви­де­те­ля­ми по делу. И тут, в зале суда, чуть не под гер­бом Рос­сий­ской Феде­ра­ции, чуть не её, Феде­ра­ции, име­нем, закру­чи­ва­ет­ся сюжет, кото­рый бы с рука­ми и нога­ми отхва­ти­ла бра­зиль­ская кино­ком­па­ния по про­из­вод­ству кино­се­ри­а­лов. Пото­му что неиз­вест­ная девуш­ка, чут­ко про­тя­нув­шая окро­вав­лен­но­му потер­пев­ше­му Про­ни­ну бин­ты в нуж­ный момент, ока­за­лась его дво­ю­род­ной сестрой.

Ну и что, ска­зал потер­пев­ший Про­нин, ничуть не обра­до­вав­шись встре­че, поду­ма­ешь, сест­ра. Да я не видел ее нико­гда. У нас в семье ее вооб­ще никто не знал, она из Укра­и­ны при­е­ха­ла, что­бы офор­мить граж­дан­ство и уехать в Ита­лию. Чужая она нашей семье, с болью гово­рил потер­пев­ший Пронин.

Когда пред­ста­ви­тель под­су­ди­мо­го про­де­мон­стри­ро­вал суду фото­гра­фию, где най­ден­ная сест­ра и мать потер­пев­ше­го Про­ни­на радост­но улы­ба­лись в объ­ек­тив каме­ры, госу­дар­ствен­ный обви­ни­тель пред­по­ло­жил, что этот сни­мок сфаль­си­фи­ци­ро­ван. Это зву­ча­ло осо­бен­но убе­ди­тель­но, учи­ты­вая, что фото­гра­фия явля­лась частью скрин­шо­та стра­ни­цы озна­чен­ной сест­ры в соци­аль­ной сети.

Но этим забав­ные мело­чи в деле не закан­чи­ва­ют­ся. Пока­за­ния сотруд­ни­ков, быв­ших сви­де­те­ля­ми инци­ден­та с Про­ни­ным, след­ствие не учло. Ну, поду­ма­ло след­ствие, мало ли что они гово­рят, буд­то бы Про­ни­на никто не изби­вал в каби­не­те. Они же опе­ра, коре­ша, сго­во­ри­лись и выго­ра­жи­ва­ют. Они вооб­ще вон задер­жан­ным ноги отгры­за­ют при случае.

А чудес­но най­ден­ная сест­ра потер­пев­ше­го Про­ни­на и его при­я­тель на лич­ном транс­пор­те никак не мог­ли сго­во­рить­ся, и их пока­за­ни­ям и след­ствие, а затем и суд (феде­раль­ный судья Дудо­ва) пре­крас­но верит. Сест­ра, к сло­ву, за два истек­ших года бла­го­по­луч­но убы­ла в Ита­лию, отку­да и шлет семье и сле­до­ва­те­лям горя­чие приветы.

Пока­за­ни­ям сест­ры-фан­то­ма, зна­чит, суд дове­ря­ет, а пока­за­ни­ям экс­пер­та, кото­рый заявил, что цара­пи­на, офи­ци­аль­но зафик­си­ро­ван­ная на щеке потер­пев­ше­го Про­ни­на 30 авгу­ста 2013 года, не мог­ла быть нане­се­на после 28 авгу­ста это­го же года, не дове­ря­ет поче­му-то, рав­но как не дове­ря­ет пока­за­ни­ям вра­ча-лорин­го­ло­га, совер­шив­ше­го пер­вич­ный осмотр потер­пев­ше­го Про­ни­на. Врач заявил суду, что сса­дин и иных повре­жде­ний на лице Про­нин 28 авгу­ста не имел, а боль в ухе вызы­вал обыч­ный отит, к кото­ро­му оти­ту потер­пев­ший пато­ло­ги­че­ски склонен.

Судья Дудо­ва захо­дит, несет четы­ре тома уго­лов­но­го дела. Дела, кото­рое три­жды закры­ва­ли (один раз по лич­но­му ука­за­нию гла­вы самар­ско­го­след­ствен­но­го коми­те­та В.В. Само­дай­ки­на) за отсут­стви­ем соста­ва пре­ступ­ле­ния, и два­жды воз­об­нов­ля­ли производство.

Суд не удо­вле­тво­рил ни одно­го из более чем деся­ти хода­тайств, пред­став­лен­ных защи­той под­су­ди­мо­го; в том чис­ле об отво­де госу­дар­ствен­но­го обви­ни­те­ля, выде­ле­нии отдель­ным про­из­вод­ством дачу лож­ных пока­за­ний сви­де­те­лей потер­пев­ше­го и само­го Про­ни­на, поис­ке исчез­нув­ше­го про­то­ко­ла от участ­ко­во­го и закры­тии дела за отсут­стви­ем собы­тия преступления.

Встать, суд идет. Несет четы­ре тома уго­лов­но­го дела за номе­ром таким-то, это объ­е­ми­стые пап­ки, пере­пол­нен­ные про­то­ко­ла­ми допро­сов, заклю­че­ни­я­ми экс­пер­тов, и еще про­то­ко­ла­ми досмот­ров. Малень­кая ком­на­та номер 201 заби­та под завяз­ку, потер­пев­ший Про­нин оправ­ля­ет чер­ный сви­тер с гор­лыш­ком и пере­го­ва­ри­ва­ет­ся со сво­им адво­ка­том. Под­су­ди­мый Кас­пе­ро­вич смот­рит стро­го перед собой. Ни с кем не раз­го­ва­ри­ва­ет. Вот уже пол­то­ра меся­ца, как он отстра­нен от служ­бы. Дер­жа­ли до послед­не­го, но пока дело рас­смат­ри­ва­ет­ся судом, долж­ност­ных обя­зан­но­стей он выпол­нять не может. Горя­чие ново­сти в духе «поли­цей­ские рас­чле­нил и съел хоро­вод дошколь­ни­ков» дав­но, вро­де бы, пере­ста­ли греть пуб­ли­ку. Или не перестали.

Адво­кат под­су­ди­мо­го вбе­га­ет с моро­за, выбе­гал поку­рить, потом сно­ва пока­зы­вал при­ста­ву доку­мен­ты. Судья зай­мет свое место и в кото­рый раз выслу­ша­ет от потер­пев­ше­го Про­ни­на рас­сказ о том, как он сра­зу не обра­тил­ся в бюро судеб­но-меди­цин­ской экс­пер­ти­зы, а подо­ждал для вер­но­сти пару-трой­ку дней. Или исто­рию вол­шеб­но обре­тен­ной сест­ры. Или плач по угнан­ным трем доро­го­сто­я­щим вне­до­рож­ни­кам, даль­но­вид­но застра­хо­ван­ным. Судья несколь­ко раз уда­лит­ся в сове­ща­тель­ную ком­на­ту, где сно­ва откло­нит все хода­тай­ства защи­ты и назна­чит новое судеб­ное засе­да­ние на новый день.

Вот толь­ко прой­дет оно, судя по всем, по-ста­ро­му. Почему?

Иллю­стра­ция из жур­на­ла «Жизнь и суд», 1916 г.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.