Когда сольют Волгу?

Вели­кая река течет рядом с нами, и мы ее даже не заме­ча­ем. Хотя Вол­га и сей­час очень мно­го зна­чит для губер­нии. Отно­ше­ние к Вол­ге как чему-то неиз­мен­но­му роман­тич­но, но необос­но­ван­но. У реки очень мно­го про­блем. И это наши про­бле­мы. Вол­га меле­ет, вода ста­но­вит­ся хуже. Если не обра­щать на это вни­ма­ния сего­дня, зав­тра может слу­чить­ся катастрофа.

О про­бле­мах Вол­ги мы пого­во­ри­ли с док­то­ром тех­ни­че­ских наук Вла­ди­ми­ром Ана­то­лье­ви­чем Селез­нё­вым – зав. лабо­ра­то­ри­ей мони­то­рин­га вод­ных объ­ек­тов Инсти­ту­та эко­ло­гии Волж­ско­го бас­сей­на РАН. — Суще­ству­ет такая точ­ка зре­ния: рав­нин­ные водо­хра­ни­ли­ща – это вооб­ще исто­рия ско­рее идео­ло­ги­че­ско­го, про­па­ган­дист­ско­го свой­ства. Счи­та­лось, что это чуть ли не бес­плат­ная элек­тро­энер­гия, и вдруг выяс­ня­ет­ся, что ущерб от них пере­кры­ва­ет эко­но­ми­че­ские выгоды.

Вла­ди­мир Селез­нёв: ‑Вооб­ще, во всём мире не при­вет­ству­ет­ся созда­ние водо­хра­ни­лищ на рав­нин­ных реках. Это огром­ные тер­ри­то­рии затоп­ле­ния, под­топ­ле­ния. Это толь­ко наша стра­на, име­ю­щая такие земель­ные богат­ства, может себе поз­во­лить так без­дар­но исполь­зо­вать свои тер­ри­то­рии. Вто­рое. Кас­кад волж­ских водо­хра­ни­лищ осо­бой энер­ге­ти­че­ской зна­чи­мо­сти не име­ет. Он в основ­ном рабо­та­ет для срез­ки пико­вых нагру­зок. Но когда всё это зате­ва­лось – я имею в виду план ГОЭЛРО и т.д., – тогда это было необ­хо­ди­мо, без это­го совер­шен­но невоз­мож­но было бы раз­ви­вать народ­ное хозяй­ство. Ну, а сей­час мы уже тол­ком ниче­го изме­нить не можем. Да, водо­хра­ни­ли­ща на Вол­ге сей­час начи­на­ют при­но­сить боль­ше вре­да, чем пользы. 

Есть люди, пред­ла­га­ю­щие спу­стить водо­хра­ни­ли­ща. Обсуж­дать эту идею, я счи­таю, бессмысленно. 

Созда­ние водо­хра­ни­лищ на Вол­ге при­ве­ло к изме­не­нию эко­ло­ги­че­ско­го ста­ту­са водо­ё­ма. Замед­ли­лось дви­же­ние воды. Вол­га ста­ла похо­жа боль­ше на озе­ро, чем на реку. Нача­лась пере­строй­ка всей эко­си­сте­мы. И нега­тив­ное послед­ствие – рез­кое уве­ли­че­ние био­мас­сы сине-зелё­ных водо­рос­лей, или цианобак­те­рий (т.н. цве­те­ние воды). А послед­ствия самые небла­го­при­ят­ные. Это при­во­дит к рез­ко­му ухуд­ше­нию каче­ства воды. Вол­га явля­ет­ся источ­ни­ком водо­снаб­же­ния более чем 50% насе­ле­ния Рос­сии. Воз­ни­ка­ют серьёз­ные про­бле­мы в свя­зи со снаб­же­ни­ем насе­ле­ния питье­вой водой, я уж не гово­рю про про­мыш­лен­ность, сель­ское хозяй­ство и т.д. Тре­бу­ют­ся огром­ные сред­ства, что­бы эту воду при­во­дить в соот­вет­ствие с тре­бо­ва­ни­я­ми каче­ства. В нашей стране раз­ви­тие систе­мы водо­под­го­тов­ки все­гда было на не очень высо­ком уровне, все­гда финан­си­ро­ва­лось по оста­точ­но­му прин­ци­пу. Сей­час каче­ство воды ста­но­вит­ся всё хуже и хуже, тре­бу­ет­ся всё боль­ше денег вкла­ды­вать в доочист­ку воды. Эти аспек­ты при созда­нии ГЭС никто и не просчитывал. 

В Евро­пе, США, Кана­де в своё вре­мя очень мно­го зани­ма­лись оцен­кой нега­тив­но­го вли­я­ния цве­те­ния воды на ее каче­ство. В этом направ­ле­нии про­ве­де­но мно­го иссле­до­ва­ний, кото­рые со всей объ­ек­тив­но­стью дока­за­ли: в про­цес­се цве­те­ния воды выде­ля­ет­ся огром­ное коли­че­ство ток­си­нов. На сего­дняш­ний день у нас в стране иссле­до­ва­ний в этом направ­ле­нии про­во­дит­ся очень мало. А если гово­рить о систе­ме водо­под­го­тов­ки, то мы к этой про­бле­ме даже ещё не подо­шли. И вот 2010 год пока­зал, что если всё будет раз­ви­вать­ся в этом направ­ле­нии – я имею в виду гло­баль­ное потеп­ле­ние кли­ма­та, – про­бле­ма цве­те­ния водо­хра­ни­лищ и ухуд­ше­ния каче­ства воды будет всё боль­ше уве­ли­чи­вать­ся. А зна­чит, потре­бу­ют­ся огром­ные допол­ни­тель­ные средства.

- Какую роль в загряз­не­нии Вол­ги игра­ют сбро­сы быто­вых сточ­ных вод, сель­ско­хо­зяй­ствен­ных отходов? 

Когда в инсти­ту­те в 90‑е годы нача­ли деталь­но иссле­до­вать каче­ство воды в Вол­ге, мы име­ли дело с совер­шен­но дру­ги­ми про­бле­ма­ми. Боя­лись излиш­не­го загряз­не­ния неф­те­про­дук­та­ми, фено­лом. Тяжё­лы­ми метал­ла­ми. Резуль­та­ты наших послед­них иссле­до­ва­ний выдви­га­ют на пер­вый план совсем иные про­бле­мы – орга­ни­че­ские загряз­не­ния Вол­ги. В боль­шей сте­пе­ни это свя­за­но с цве­те­ни­ем воды в лет­ний период.

Управ­лять эти­ми про­цес­са­ми мы, к сожа­ле­нию, не можем. Мы зна­ем, что сей­час на Вол­ге доста­точ­но насе­лён­ных пунк­тов, в т.ч. и горо­дов, кото­рые сбра­сы­ва­ют неочи­щен­ные ком­му­наль­ные сточ­ные воды, серьёз­но уве­ли­чи­ва­ю­щие про­цесс эвтро­фи­ро­ва­ния (цве­те­ния) водо­ё­мов. Денег на рекон­струк­цию очист­ных соору­же­ний сей­час прак­ти­че­ски не выде­ля­ет­ся. Или выде­ля­ет­ся крайне недо­ста­точ­но. В Вол­гу посту­па­ет огром­ное коли­че­ство фос­фа­тов. А наши иссле­до­ва­ния пока­зы­ва­ют, что фос­фа­ты ока­зы­ва­ют реша­ю­щее воз­дей­ствие на уве­ли­че­ние про­цес­са эвтрофирования.

- Ведёт ли пони­же­ние уров­ня воды к рез­ко­му уве­ли­че­нию кон­цен­тра­ции токсинов? 

- После 2010 года про­шла мас­са кон­фе­рен­ций, на кото­рых обсуж­дал­ся вопрос ухуд­ше­ния каче­ства воды в мало­вод­ные годы. Мы обсу­ди­ли, что полу­чит­ся, если про­цес­сы, свя­зан­ные с гло­баль­ным потеп­ле­ни­ем, будут уси­ли­вать­ся и насту­пят жар­кие и мало­вод­ные годы. Наши иссле­до­ва­ния пока­зы­ва­ют, что летом 2010 года про­изо­шло рез­кое ухуд­ше­ние каче­ства воды в резуль­та­те того, что цве­те­ние уве­ли­чи­лось прак­ти­че­ски в 3 раза. Это рез­кое ухуд­ше­ние каче­ства мы наблю­да­ем не толь­ко в застой­ных зонах водо­хра­ни­ли­ща, но и в тех местах, где рань­ше все­гда была хоро­шая вода. Напри­мер, ниже пло­ти­ны ГЭС. Там все­гда очень хоро­шее пере­ме­ши­ва­ние, очень мно­го кислорода. 

В этом году в авгу­сте мы пер­вый раз наблю­да­ли умень­ше­ние кис­ло­ро­да ниже нормы. 

- Ска­жи­те, какие у нас в этом смыс­ле пер­спек­ти­вы и мож­но ли что-то про­гно­зи­ро­вать? В 2012 году и далее у нас Вол­га будет про­дол­жать мелеть и каче­ство воды ухудшаться?

- Про­гно­зы всё-таки обыч­но дела­ют­ся ситу­а­ци­он­ные. Очень труд­но пред­ви­деть, что будет с каче­ством воды в кон­крет­ном году. Пото­му что мы ещё пло­хо уме­ем делать про­гноз на дли­тель­ный про­ме­жу­ток вре­ме­ни. Но хочу ска­зать, что, если будет наблю­дать­ся тен­ден­ция на сни­же­ниe вод­но­сти, это обя­за­тель­но при­ве­дёт к ухуд­ше­нию каче­ства воды.

- А такая тен­ден­ция есть? 

- В тече­ние послед­них ста лет вод­ность Вол­ги посте­пен­но пада­ет, но на фоне это­го обще­го паде­ния могут быть какие-то коле­ба­ния. Если будет про­дол­жать­ся потеп­ле­ние кли­ма­та, то это будет рабо­тать на нега­тив­ные тен­ден­ции по ухуд­ше­нию каче­ства воды. Под­зем­ных вод­ных ресур­сов в стране уже сей­час не хва­тит, что­бы решить про­бле­му водо­снаб­же­ния. На Вол­ге источ­ни­ком водо­снаб­же­ния без­аль­тер­на­тив­но оста­ёт­ся сама Вол­га. Нам нечем заме­нить её воду в таком объёме.

- Сей­час идёт какая-то целе­на­прав­лен­ная рабо­та по выра­бот­ке реше­ний по это­му вопро­су? Про­яв­ля­ют ли вла­сти какую-то инициативу? 

- Есть «Вод­ная стра­те­гия раз­ви­тия вод­но­го хозяй­ства РФ до 2020 года». Авто­ры доку­мен­та пока­за­ли пони­ма­ние того, что антро­по­ген­ная нагруз­ка на водо­ё­мы достиг­ла кри­ти­че­ских зна­че­ний. И что нуж­но эту нагруз­ку сокра­щать. При­во­дят­ся кон­крет­ные циф­ры. Сей­час уже про­шёл пер­вый этап выпол­не­ния этой стра­те­гии. И мы пока не силь­но при­бли­зи­лись к её целям. А оста­лось все­го 8 лет.

- В Самар­ской обла­сти что-то реализовывается? 

- У нас сбра­сы­ва­ют­ся в Вол­гу, пря­мо в зону отды­ха, неочи­щен­ные воды Север­но­го про­мыш­лен­но­го узла. Они назы­ва­ют­ся пром­лив­не­вые сто­ки. У нас сбра­сы­ва­ют­ся неочи­щен­ные лив­не­вые сточ­ные воды Авто­за­вод­ско­го, Ком­со­моль­ско­го рай­о­нов. Хотя есть очист­ные соору­же­ния. Кото­рые не функционируют. 

И всё это неда­ле­ко от питье­во­го водо­за­бо­ра! Совре­мен­ное рос­сий­ское зако­но­да­тель­ство (Вод­ный кодекс) это запре­ща­ет, одна­ко оно игно­ри­ру­ет­ся. Из Цен­траль­но­го рай­о­на Тольят­ти лив­не­вые сто­ки сбра­сы­ва­ют­ся в баны­кин­ский лес либо в озе­ро неда­ле­ко от Дет­ской мно­го­про­филь­ной боль­ни­цы. Уже мно­го лет Тольят­ти бьёт­ся над тем, что­бы стро­ить свои очист­ные соору­же­ния. Одна из глав­ных про­блем в сле­ду­ю­щем: снаб­же­ние водой Авто­за­вод­ско­го рай­о­на осу­ществ­ля­ет­ся про­мыш­лен­ным пред­при­я­ти­ем (ВАЗом).

А долж­ны этим зани­мать­ся водо­ка­на­лы – спе­ци­а­ли­зи­ро­ван­ные предприятия.

- Что мож­но сде­лать в Сама­ре и Тольят­ти воле­вым реше­ни­ем город­ской и област­ной вла­сти для реше­ния этих вопро­сов? Нала­дить диа­лог с про­мыш­лен­ны­ми пред­при­я­ти­я­ми, нару­ша­ю­щи­ми Вод­ный кодекс, про­фи­нан­си­ро­вать стро­и­тель­ство очист­ных сооружений?

- Про­цесс ухуд­ше­ния каче­ства воды идёт уже дав­но. Долж­на быть серьёз­ная про­грам­ма мно­го­лет­них мероприятий.

- Нуж­на ли про­грам­ма по вод­ным ресур­сам на реги­о­наль­ном уровне?

- Она про­сто необ­хо­ди­ма. Пото­му что каж­дый субъ­ект феде­ра­ции вно­сит свою леп­ту в загряз­не­ние Вол­ги, в том чис­ле и мы. В этой про­грам­ме очень важ­но рас­ста­вить при­о­ри­те­ты. У Самар­ской обла­сти долж­на быть своя про­грам­ма по выпол­не­нию сво­ей части феде­раль­ной стра­те­гии. И у муни­ци­па­ли­те­тов (самар­ско­го, тольят­тин­ско­го) – тоже. Если мы даже сни­зим загряз­не­ние хотя бы на 20–30% (не в 2–3 раза, как в про­грам­ме, что нере­аль­но) за 5 лет, это будет серьёз­ный резуль­тат. Что мож­но сде­лать сей­час? Гото­вы ли цеха водо­под­го­тов­ки при­ни­мать воду при таком серьёз­ном орга­ни­че­ском загряз­не­нии? Не толь­ко цех ВАЗа, но и цеха в дру­гих горо­дах не гото­вы. Надо этой про­бле­мой зани­мать­ся. У нас в этом направ­ле­нии ниче­го не делается.

- Как обсто­ит дело в Сама­ре? Наблю­да­ет­ся ли там ухуд­ше­ние каче­ства воды? 

- Конеч­но. Раз­ни­ца в том, что в Тольят­ти водо­за­бор рас­по­ло­жен в одном из плё­сов, где вода име­ет очень сла­бый водо­об­мен, а водо­за­бор Сама­ры, в том чис­ле послед­ний, постро­ен­ный в Сту­дё­ном овра­ге, рас­по­ло­жен в рус­ло­вой части водо­хра­ни­ли­ща, где вода луч­ше­го каче­ства. Поэто­му про­цес­сы орга­ни­че­ско­го загряз­не­ния мень­ше ска­зы­ва­ют­ся. Здесь вопрос сто­ит не настоль­ко остро.

- Вы гово­ри­ли о необ­хо­ди­мо­сти мест­ной про­грам­мы. Были ли попыт­ки собрать за одним сто­лом про­мыш­лен­ни­ков, спе­ци­а­ли­стов-эко­ло­гов и пред­ста­ви­те­лей вла­сти для обсуж­де­ния ситу­а­ции и поис­ка решений? 

- Я о таком не слы­шал. Эти вопро­сы обсуж­да­ют­ся пока толь­ко на спе­ци­аль­ных науч­ных конференциях.

Нуж­ны кон­крет­ные шаги адми­ни­стра­ции горо­да. Что в сло­жив­шей­ся ситу­а­ции дела­ет­ся по питье­во­му водо­снаб­же­нию? Я не гово­рю, что вино­ват кон­крет­ный чинов­ник. Здесь есть такой аспект: обще­ствен­ность у нас не до кон­ца пони­ма­ет серьёз­ность этих проблем.

- Пожар, кото­рый про­изо­шёл в тольят­тин­ском лесу поза­про­шлым летом, в каче­стве одно­го из послед­ствий имел, в том чис­ле, ухуд­ше­ние ситу­а­ции с водо­за­бо­ром. Дела­лись доста­точ­но пес­си­ми­сти­че­ские про­гно­зы. Нача­ли ли они сбы­вать­ся? Можем ли мы ощу­щать послед­ствия уже сейчас?

- К сожа­ле­нию, у нас, в тольят­тин­ских СМИ, недо­ста­точ­ное вни­ма­ние уде­ля­ет­ся это­му вопро­су. Наш лес – уни­каль­ней­шая вещь. Кро­ме того, он явля­ет­ся очень мощ­ной защи­той питье­вых водо­за­бо­ров, рас­по­ло­жен­ных в лес­ной зоне, кото­рые осу­ществ­ля­ют водо­снаб­же­ние жите­лей Цен­траль­но­го и Ком­со­моль­ско­го районов.

- Мож­но ли ска­зать, что после пожа­ров и выру­бок водо­за­бор – пол­но­стью или частич­но – остал­ся без этой защиты?

- Одно­знач­но мож­но ска­зать, что защи­щён­ность водо­нос­ных сло­ёв рез­ко сни­зи­лась. Но меня пуга­ет ещё и дру­гое. Будут пред­при­ни­мать­ся неод­но­крат­ные попыт­ки постро­ить что-либо на тер­ри­то­рии, где лес выго­рел. Вме­сто того что­бы вос­ста­но­вить лес в таком объ­ё­ме, чтоб он сно­ва стал бли­жай­шие годы сдер­жи­вать загряз­не­ние и исто­ще­ние вод­ных запа­сов, стра­те­ги­че­ских запа­сов, на кото­рые тольят­тин­цы могут рас­счи­ты­вать ещё на про­тя­же­нии 50–70 лет. Делай­те выбор – либо вы буде­те ещё 50–70 лет пить хоро­шую, каче­ствен­ную под­зем­ную воду, либо в бли­жай­шее вре­мя буде­те вынуж­де­ны, как вынуж­де­ны были в своё вре­мя жите­ли Отрад­но­го, перей­ти на поверх­ност­ные источ­ни­ки – воду из Волги. 

Речь тут может идти и о стро­и­тель­стве доро­ги через лес, и о кот­те­джах. Под этим лесом нахо­дят­ся стра­те­ги­че­ские запа­сы питье­вой воды для горо­да Тольят­ти. И мы посто­ян­но пыта­ем­ся их испор­тить, совер­шен­но не отда­вая себе в том отчёта.

- И в Тольят­ти, и в Сама­ре суще­ству­ет такая про­бле­ма – доволь­но плот­но застро­ен берег. Насколь­ко я пони­маю, посколь­ку боль­шин­ство постро­ек неза­кон­ные (само­строй), никто тол­ком не пред­став­ля­ет себе точ­ных мас­шта­бов проблемы. 

- Жите­ли наших горо­дов не могут подой­ти к Вол­ге – это пря­мое нару­ше­ние Вод­но­го кодекса. 

Сей­час Вол­га силь­но обме­ле­ла, и полу­ча­ет­ся, как буд­то бы эта про­бле­ма частич­но реше­на – так как осво­бо­ди­лась при­бреж­ная поло­са, по кото­рой мож­но пройти. 

Нере­шён­ной оста­лась вто­рая часть про­бле­мы. Мы име­ем пра­во под­хо­дить к этой при­бреж­ной поло­се в любом месте — и со сто­ро­ны воды, и со сто­ро­ны бере­га. У нас это невозможно. 

Посмот­ри­те, что тво­ри­лось этим летом на Копы­ло­во. Это един­ствен­ное место, где весь пери­од от июля до авгу­ста мож­но купать­ся в чистой воде. Пото­му что там цве­те­ние не такое актив­ное. Но посмот­ри­те, где там люди купа­ют­ся? В рай­оне сбро­са сточ­ных вод горо­да Тольят­ти. Пото­му что толь­ко там они могут подой­ти к воде. А там даже пре­ду­пре­жда­ю­щих зна­ков нет. 

Никто из вла­стей горо­да Тольят­ти (вклю­чая нынеш­не­го мэра) не выска­зы­вал­ся пуб­лич­но по это­му вопросу.

-Извест­но, что за послед­ние несколь­ко деся­ти­ле­тий были осу­ществ­ле­ны про­грам­мы по очист­ке круп­ней­ших евро­пей­ских рек – Рей­на, Эль­бы, Сены, Тем­зы. Мож­но ли будет исполь­зо­вать этот меж­ду­на­род­ный опыт для Вол­ги, в част­но­сти для Куй­бы­шев­ско­го водохранилища? 

- Опыт, накоп­лен­ный в этой обла­сти евро­пей­ски­ми стра­на­ми, США, Кана­дой, для нас пред­став­ля­ет инте­рес, этим опы­том мож­но вос­поль­зо­вать­ся, но дело в том, что у нас очень пло­хо выпол­ня­ют­ся зако­ны, поста­нов­ле­ния пра­ви­тель­ства, нор­ма­тив­ные акты. Если в своё вре­мя Вели­кие озё­ра тоже, как и Вол­га сей­час, «цве­ли», то аме­ри­кан­цы эту про­бле­му реша­ли систе­ма­ти­че­ски на про­тя­же­нии 15 лет, и они её реши­ли. Каза­лось бы, бери этот опыт за осно­ву, пере­но­си его нам. Не получается.

- Не поз­во­ля­ет мест­ная спе­ци­фи­ка? Нет средств? В чём причина? 

- Мы с вами гово­ри­ли толь­ко о несколь­ких нару­ше­ни­ях Вод­но­го кодек­са в Тольят­ти и обла­сти, а ведь их на самом деле намно­го боль­ше – целая мас­са. И никто не несёт ника­кой ответ­ствен­но­сти. Когда боро­лись с цве­те­ни­ем на Вели­ких озё­рах, обще­ствен­ность вклю­чи­лась на таком уровне, что нам даже и пред­ста­вить невоз­мож­но. Когда людям объ­яви­ли, что озё­ра про­па­да­ют, а винов­ни­ки – про­из­во­ди­те­ли хими­че­ских и мою­щих средств, там раз­вер­ну­лась мощ­ная обще­ствен­ная кам­па­ния. Эти виды порош­ков и мою­щих средств пере­ста­ли поку­пать. Акцию под­дер­жа­ло насе­ле­ние огром­ных тер­ри­то­рий. А как у нас это мож­но было бы решить? Возь­ми­те любой оте­че­ствен­ный поро­шок. Вы там не най­дё­те даже хими­че­ско­го соста­ва! Ну, сде­ла­ем мы с вами в этих усло­ви­ях оче­ред­ную про­грам­му. В неё вло­жат­ся день­ги, и она будет лежать.

- Дела­ют­ся ли какие-то попыт­ки со сто­ро­ны вла­сти – город­ской, област­ной — под­сту­пить­ся к реше­нию всех выше­пе­ре­чис­лен­ных про­блем, хотя бы изу­чить их?

- В при­ро­до­охран­ной дея­тель­но­сти очень важ­но рас­став­лять при­о­ри­те­ты. Они долж­ны были быть рас­став­ле­ны в про­грам­мах на уровне горо­да, обла­сти. Водо­снаб­же­ние Цен­траль­но­го и Ком­со­моль­ско­го рай­о­нов явля­ет­ся при­о­ри­тет­ней­шей зада­чей. Нуж­но, что­бы в этом направ­ле­нии про­во­ди­лись иссле­до­ва­ния, что­бы раз­ра­ба­ты­ва­лись про­грам­мы – крат­ко­сроч­ные, дол­го­сроч­ные. Для того, что­бы решать эти проблемы. 

Мне кате­го­ри­че­ски не нра­вят­ся выска­зы­ва­ния город­ских чинов­ни­ков, отве­ча­ю­щих за при­ро­до­охран­ную дея­тель­ность. Они при­вык­ли утвер­ждать, что Куй­бы­шев­ское водо­хра­ни­ли­ще – это феде­раль­ная соб­ствен­ность, поэто­му город не может тра­тить муни­ци­паль­ные день­ги на иссле­до­ва­ния, на про­ект­ные рабо­ты в этой обла­сти, направ­лен­ные на охра­ну. Одна­ко в Вод­ном кодек­се очень чёт­ко гово­рит­ся: те, кто осу­ществ­ля­ет водо­за­бор и сбро­сы, обя­за­ны вкла­ды­вать день­ги в охра­ну вод­ных объ­ек­тов, по край­ней мере, на сво­ей территории.

- Ска­жи­те, может быть нала­жен кон­струк­тив­ный диа­лог меж­ду про­мыш­лен­ни­ка­ми, круп­ны­ми сель­ско­хо­зяй­ствен­ны­ми объ­ек­та­ми – с одной сто­ро­ны, эко­ло­га­ми и вла­стью – с дру­гой, для реше­ния этих вопросов?

- Вы пред­ла­га­е­те нала­дить кон­такт меж­ду водо­поль­зо­ва­те­ля­ми и орга­ни­за­ци­я­ми, кото­рые долж­ны их кон­тро­ли­ро­вать. Одна­ко тут есть одно отсут­ству­ю­щее зве­но – актив­ная обще­ствен­ность, и пока оно не появит­ся, ниче­го не полу­чит­ся. Пока адми­ни­стра­ция не почув­ству­ет, что эти про­бле­мы очень вол­ну­ют наших граж­дан, они ниче­го делать не станут.

- То есть, все выше­пе­ре­чис­лен­ные эко­ло­ги­че­ские про­бле­мы нач­нут вол­но­вать власть толь­ко тогда, когда будет угро­за пре­вра­ще­ния их в политические? 

- Конеч­но!