Звон разбитого сердца

Дав­но хоте­ла рас­ска­зать одну инте­рес­ную исто­рию, но сдер­жи­ва­ла себя, решив при­уро­чить её ко дню св. Вален­ти­на, роман­ти­че­ско­го празд­ни­ка всех влюб­лен­ных, про­дав­цов бумаж­ных сер­дец и изго­то­ви­те­лей плю­ше­вых животных.

Пси­хо­лог Дарья меч­та­ла вый­ти замуж за ино­стран­ца. Она уста­но­ви­ла в соци­аль­ной сети сле­ду­ю­щий ста­тус: «Уехать!», и пла­но­мер­но дви­га­лась по выбран­но­му пути: раз­ме­сти­ла лич­ную анке­ту на осо­бен­ном сай­те зна­комств, пол­ном ино­стран­цев. Осо­бен­ность сай­та заклю­ча­лась в том, что невест из Рос­сии он не при­вет­ство­вал, и Дарье при­шлось под­ку­пить при­я­те­ля-про­грам­ми­ста, что­бы он выпра­вил ей немест­ный и нерос­сий­ский IP. Фаль­ши­вый вир­ту­аль­ный пас­порт сто­ил Дарье двух куриц, запе­чен­ных с аджи­кой и плот­но увер­ну­тых в фоль­гу – имен­но такой пла­ты затре­бо­вал про­грам­мист, он трид­цать семь дней не пил вод­ки, не курил сига­рет, но мно­го ел бел­ко­вой пищи и при­ни­мал поли­ви­та­ми­ны. Дарья ни на мину­ту не пожа­ле­ла о сво­ем кули­нар­ном вкла­де в лич­ную жизнь — и кур она при­об­ре­ла не зря, и аджи­кой выма­за­лась с ног до голо­вы тоже не зря. Кста­ти, по сове­ту сво­ей луч­шей подру­ги, швеи Ека­те­ри­ны, Дарья сде­ла­ла себе пита­тель­ную мас­ку из кури­но­го филе, бога­то­го про­те­и­на­ми шел­ка. Мас­ка бла­го­твор­но воз­дей­ство­ва­ла на ее кра­со­ту и моло­дость, все-таки Ека­те­ри­на была про­фес­си­о­нал. Такая, усо­вер­шен­ство­ван­ная про­те­и­на­ми, Дарья появи­лась на сай­те, где пас­лись граж­дане круп­ных евро­пей­ских госу­дарств, и некруп­ных тоже, — в прин­ци­пе, Дарье хва­ти­ло бы и некруп­но­го. К при­ме­ру, кня­же­ство Мона­ко или Лих­тен­штейн, там очень непло­хо, и мож­но с раз­ма­хом пре­да­вать­ся изыс­кан­ным порокам.

С тече­ни­ем вре­ме­ни у Дарьи воз­ник­ло три основ­ных жени­ха – гол­лан­дец, фран­цуз и англи­ча­нин. Гол­лан­дец увле­кал­ся сель­ским хозяй­ством, тра­ди­ци­он­но выра­щи­вая сви­ней, фран­цуз чем-то зани­мал­ся на госу­дар­ствен­ной служ­бе, англи­ча­нин пре­по­да­вал физи­че­скую куль­ту­ру в шко­ле для музы­каль­но ода­рен­ных маль­чи­ков. Каза­лось бы, спра­ши­ва­ла Дарья англи­ча­ни­на через гугль-пере­вод­чик, — каза­лось бы, зачем музы­каль­но ода­рен­ным маль­чи­кам физи­че­ская куль­ту­ра? Англи­ча­нин лас­ко­во отве­чал, что физи­че­ская куль­ту­ра еще нико­му не поме­ша­ла, и пись­мен­но одоб­рял Дарьи­ну под­жа­рую фигу­ру. Дарья под­жа­ри­ва­ла фигу­ру в фото­шо­пе, хит­рым спе­ци­аль­ным инстру­мен­том, и немно­го сму­ти­лась неза­слу­жен­ной похва­лы. Одно­вре­мен­но фран­цуз сквер­но пел ей пес­ни из репер­ту­а­ра Мирей Матье, а гол­лан­дец высы­лал раз­но­цвет­ные диа­грам­мы о повы­ше­нии эффек­тив­но­сти исполь­зо­ва­ния обо­рот­ных средств.

Надо ска­зать, что гол­лан­дец сра­зу пока­зал­ся Дарье наи­бо­лее сим­па­тич­ным: он был при­вле­ка­тель­но лыс, широк в пле­чах и наря­ден сво­ей фер­мер­ской уни­фор­мой. Одна­ко вско­ре после диа­грамм он выслал ей отдель­ным пись­мом фото­гра­фию дород­ной блон­дин­ки, коре­на­сто раз­ме­тав­шей­ся на сто­ге сена, скром­но при­пи­сав: «то моя жена Мар­та, мы сно­ва вме­сте, все­гда твой». Дарья, оглу­шен­ная гол­ланд­ским пре­да­тель­ством, ярост­но впи­яви­лась в англи­ча­ни­на, пото­му что фран­цуз успел вну­шить ей сво­им голо­сом отвра­ще­ние ко все­му фран­цуз­ско­му. Дамы и гос­по­да, нико­гда не слу­шай­те сквер­но испол­ня­ю­щих французов!

Англи­ча­нин был настро­ен серьез­но. Он при­гла­сил Дарью встре­тить­ся в Тур­ции, на одном из пре­крас­ных курор­тов этой цве­ту­щей стра­ны. Встре­ча была корот­ка, но под­ска­за­ла влюб­лен­ным, что они созда­ны друг для дру­га. По край­ней мере, англи­ча­ни­ну точ­но под­ска­за­ла: меся­цем поз­же он выслал Дарье офи­ци­аль­ное пред­ло­же­ние руки, и стал напря­жен­но ожи­дать ее визи­та. В ожи­да­нии визи­та он пере­крыл кры­шу дома, исполь­зуя совре­мен­ные кро­вель­ные мате­ри­а­лы и раб­ский труд музы­каль­но ода­рен­ных маль­чи­ков, что совер­шен­но не типич­но для англи­чан, но учи­ты­вая вли­я­ние рус­ской неве­сты, вполне объяснимо.

Дарья неспеш­но соби­ра­лась в Англию, на кры­шу ей было напле­вать. Лон­дон, тамош­ний мост, часы на башне и про­чие места оби­та­ния ново­го Шер­ло­ка – все это, без­услов­но, пре­крас­но, одна­ко англи­ча­нин вос­тор­га ей не вну­шал. «Навер­ное, он ста­ро­ват для меня, — дели­лась тре­вож­ны­ми мыс­ля­ми Дарья со сво­ей луч­шей подру­гой, шве­ей Ека­те­ри­ной, — что ни гово­ри, пят­на­дцать лет раз­ни­цы – это серьез­но, осо­бен­но, когда тебе за трид­цать». Дарье было за сорок, но она не люби­ла акцен­ти­ро­вать на этом вни­ма­ние. Ека­те­ри­на пыта­лась сво­дить на пере­но­си­це, нафар­ши­ро­ван­ной боток­сом, ров­ные бро­ви и руга­ла Дарью пси­хо­ван­ной. «Дура ты, Даш­ка, при­чем пси­хи­че­ская!», — так и гово­ри­ла, сно­ро­ви­сто соби­рая в доро­гу боль­шой кейс на коле­си­ках, с выдвиж­ной синей руч­кой. При­дер­жи­ва­ясь за синюю руч­ку кей­са, Дарья сту­пи­ла на англий­скую зем­лю. Жених улы­бал­ся ей вос­хи­щен­но, над голо­вой его реял рос­сий­ский флаг, у ног тяв­ка­ла соба­ка коро­лев­ской поро­ги кор­ги. «Какая пре­лесть!», — обра­до­ва­лась соба­ке Дарья. При све­те сдер­жан­но­го бри­тан­ско­го солн­ца англи­ча­нин пока­зал­ся ей еще более ста­рым. Она с жало­стью погла­ди­ла его по ред­ким воло­сам цве­та пеп­ла и почу­я­ла неладное.

В англи­чан­ском доме пер­вым делом Дарья про­шла к фор­те­пи­а­но, где сыг­ра­ла танец малень­ких лебе­дей, цыга­ноч­ку с выхо­дом, а потом — соба­чий вальс. Англи­ча­нин почти­тель­но про­слу­шал. Забы­тый в углу музы­каль­но ода­рен­ный маль­чик хихик­нул, за что сра­зу же полу­чил пин­ка от англи­ча­ни­на. Дарья понра­ви­лась всей его семье – и тро­им взрос­лым сыно­вьям, и доче­ри-под­рост­ку, и ста­рень­кой маме в седых пер­ла­мут­ро­вых кудрях. Семья мно­го раз­го­ва­ри­ва­ла с Дарьей по-англий­ски, Дарья в отсут­ствие гугль-пере­вод­чи­ка отве­ча­ла одной из двух широ­ко извест­ных ей иди­ом. Шут­кой-сме­хом, а на июнь назна­чи­ли свадьбу.

Бра­ко­со­че­та­ние под­дан­ных двух раз­лич­ных госу­дарств – дело непро­стое, изряд­но затрат­ное. Англи­ча­нин изряд­но потра­тил­ся, но при­был в Дарьин род­ной город с необ­хо­ди­мы­ми доку­мен­та­ми, раз­ре­ше­ни­я­ми и про­чим. Дарья не встре­ти­ла его в аэро­пор­ту – была заня­та, рыда­ла. Дарья рыда­ла на гру­ди швеи Ека­те­ри­ны, повто­ряя о сво­ем неже­ла­нии видеть чер­то­ва англи­ча­ни­на. Из аэро­пор­та он добрал­ся как-то сам, про­из­ве­дя на мест­ных так­си­стов силь­ное поло­жи­тель­ное впе­чат­ле­ние. Дарья, в вытя­ну­той фут­бол­ке и боси­ком, раз­дра­жен­но откры­ла ему дверь. «А может быть, — ска­за­ла она с вызо­вом, — я роди­ну люб­лю!». Англи­ча­нин не очень хоро­шо вла­дел рус­ским язы­ком, и улыб­нул­ся иска­тель­но в ответ. Он радо­вал­ся сви­да­нию с неве­стой, насто­я­щей кра­са­ви­цей и пат­ри­о­том. Сва­дьба про­шла вяло. На сле­ду­ю­щий день Дарья ушла в тури­сти­че­ский поход по реке Урал вме­сте со сво­им кол­ле­гой по пси­хо­ло­ги­че­ской рабо­те. Англи­ча­ни­на в аэро­порт опять никто не отвез, одна­ко он был даже этим даже дово­лен – всю доро­гу в марш­рут­ном авто­бу­се рас­смат­ри­вал фото­гра­фии моло­дой жены и меч­тал о буду­щей семей­ной жиз­ни под отре­мон­ти­ро­ван­ной кровлей.

Раз­вод под­дан­ных двух раз­лич­ных госу­дарств ока­зал­ся делом доста­точ­но про­стым, отнюдь не затрат­ным. Раз­вод лов­ко про­вер­ну­ла сама Дарья, нату­раль­но не отхо­дя от кас­сы. «Ты пони­ма­ешь, — жар­ко при­зна­ва­лась она сво­ей подру­ге, гор­нич­ной Кате­рине, — пони­ма­ешь, тут гол­лан­дец объ­явил­ся! Пом­нишь, такой класс­ный, с кра­си­вой лысой голо­вой? Так он сно­ва разъ­е­хал­ся со сво­ей чухон­ской коро­вой­и­ван­ной, и сво­бо­ден для посещений!».

Гол­лан­дец при­зыв­но сема­фо­рил обна­жен­ной заго­ре­лой макуш­кой пря­мо из серд­ца сво­е­го при­уса­деб­но­го хозяй­ства – мас­штаб­но­го сви­нар­ни­ка, Дарья посы­ла­ла ему в ответ тыся­чу воз­душ­ных поце­лу­ев. Она сно­ва пако­ва­ла кейс на коле­си­ках, при­ме­ри­вая каж­дое пла­тье и каж­дый лако­вый поя­сок, а где-то, тысяч за пять кило­мет­ров, быв­ший её англи­ча­нин вздер­ги­вал музы­каль­но ода­рен­ных маль­чи­ков на бру­сья, тяже­ло взды­хая о сво­ей судь­бе, и никто не мог ему помочь, раз­ве что укра­ин­ка Ксе­ния, обла­да­тель­ни­ца каш­та­но­вых кос. Для Ксе­нии поезд­ка в Тур­цию пред­став­ля­лась слиш­ком доро­го­сто­я­щей, поэто­му реши­ли сра­зу встре­чать­ся в Кие­ве – в Кие­ве хоро­шо, чуден Днепр и тихие погоды.

Такая вот исто­рия меж­ду­на­род­но­го зна­че­ния, а поче­му я ее при­бе­ре­га­ла ко дню св. Вален­ти­на – а пото­му, что она о люб­ви, конеч­но, во всем ее раз­но­об­ра­зии видов. И еще о том, что бумаж­ное серд­це так лег­ко изо­рвать на кус­ки, кури­ное – нани­зать на шпаж­ку для шаш­лыч­ка типа «яки­то­ри», а из чело­ве­че­ско­го неко­то­рые герои фран­цуз­ско­го эпо­са стря­па­ли пиро­ги. Дамы и гос­по­да, бере­ги­те окру­жа­ю­щие серд­ца, не раз­би­вай­те почем зря! Вот св. Вален­тин оче­ред­ной раз напо­ми­на­ет об этом, все­гда об одном и том же.