Совесть как ресурс

Надо писать о важ­ном. О том, что реаль­но вол­ну­ет людей. 

А что сего­дня их реаль­но волнует?

Вот у нас в подъ­ез­де – я знаю, в нашем подъ­ез­де людей вол­ну­ет, куда делись 206 тысяч руб­лей, сня­тые со счё­та пред­се­да­те­лем това­ри­ще­ства соб­ствен­ни­ков жилья. 

А шире?…

Выхо­жу на ули­цу, с пыт­ли­вым ужа­сом вгля­ды­ва­юсь в лица жите­лей Север­но­го окру­га сто­ли­цы. Какие-то непро­ни­ца­е­мые… Мно­го рас­ко­сых, смуг­лых. Не то ски­фы, не то ази­а­ты – поди дога­дай­ся, что их волнует. 

Пят­на кре­о­зо­та. Радио­ак­тив­ный щебень. Сплю­щен­ные бан­ки из-под «Ярпи­ва». Наблёвано. 

Абсо­лют­но уве­рен, что боги, создав­шие этот зыб­кий и неуют­ный мир, были безум­ны и дав­но умерли. 

То ли дело в нашем твёр­дом насто­я­щем мире идей! 

Всё понят­но и всё пре­крас­но: и демо­ти­ва­то­ры, и под­пи­си под ними, и юзер­пи­ки. Айне колон­нен мар­ши­рен, цвайне… Всех вол­ну­ет понят­но, что: Ксе­ния Соб­чак и Чул­пан Хама­то­ва. Эле­гант­ный обмен мне­ни­я­ми. У меня тоже есть. Но воздержусь. 

Насто­я­ще­му мыс­ли­те­лю инте­рес­но не то, что дума­ет о себе Ксе­ния Ана­то­льев­на, и не то, что дума­ем о ней мы, а то, что мож­но поду­мать, наблю­дая за дума­ю­щи­ми о том, что она о себе дума­ет. Вот где зарыт глав­ный смысл. 

Поче­му исто­рия о том, как Ксе­ния Ана­то­льев­на чуть было не поссо­ри­лась с Чул­пан Наи­лев­ной, ока­за­лась столь пита­тель­на для наших умов? Пото­му что дарит нам воз­мож­ность побыть совест­ли­вее кого-нибудь из её участ­ниц. В иде­а­ле – совест­ли­вее обеих. 

Быть совест­ли­вее – это сей­час тренд такой. Очень нуж­ный, очень важ­ный, чрез­вы­чай­но мод­ный – и при этом поче­му-то совер­шен­но неотре­флек­си­ро­ван­ный. Все дела­ют это, но мало кто отда­ёт себе отчёт в том, что имен­но он дела­ет. А ведь в све­те это­го трен­да совер­шен­но иным видит­ся смысл про­ис­хо­дя­щих в стране событий. 

Смот­ри­те: неко­то­рое вре­мя назад мы были совест­ли­вее Пра­ви­тель­ства. Потом ста­ли совест­ли­вее Церк­ви. Мы узна­ли этот солё­ный вкус и теперь бро­са­ем­ся с рыча­ньем на всё, что пода­ёт при­зна­ки жизни. 

Вокруг того, что не пода­ёт, ходим боком, урча и нерв­но подра­ги­вая, как хищ­ни­ки вокруг све­же­за­ре­зан­ной туши. Кто пер­вым набро­сит­ся? Кто набро­сит­ся на того, кто пер­вым набросится? 

По-науч­но­му гово­ря, осу­ществ­ля­ем кон­ку­рен­цию за дефи­цит­ный ресурс. 

Кон­ку­рен­ция все­гда воз­рас­та­ет за то, чего на всех не хва­та­ет. За корм, за самок, за места для гнез­до­вий, за водо­пой. А тут в роли дефи­цит­но­го ресур­са – совесть. Имен­но её не хва­та­ет. Шту­ки, отве­ча­ю­щей на вопрос «Как надо жить». 

Пом­нит­ся, в совет­ские вре­ме­на с «надо» ника­кой напря­жён­ки не было. «Надо» было в избыт­ке, на любой вкус. А потом оно вдруг исчез­ло. Совсем. Мы это­го даже и не заме­ти­ли, толь­ко поудив­ля­лись, поче­му это вдруг ста­ло совер­шен­но невоз­мож­но смот­реть теле­ви­зор, а потом – то ли удив­лять­ся пере­ста­ли, то ли смот­реть… При­вык­ли. Нам и совет­ско­го запа­са «надо» для жиз­ни хватило. 

Одна­ко вырос­ло поко­ле­ние, нико­гда не про­бо­вав­шее это­го вита­ми­на, и ока­за­лось, что совсем без «надо» людям нель­зя. Что его хочет­ся. Что совесть – это уди­ви­тель­но вкус­но, игри­сто и ост­ро. Слу­чай­но ли моло­дые с таким жаром бро­си­лись на борь­бу с Систе­мой, под кото­рую были спе­ци­аль­но выра­ще­ны на муль­ти­ках про дядюш­ку Скруд­жа и робо­тов-транс­фор­ме­ров, кото­рая от них ниче­го, кро­ме без­участ­но­сти, не требовала? 

Я дол­го удив­лял­ся, пытал их: «Ну вот не избе­рут вам Пути­на. Тебе-то это зачем? Тебе-то с это­го что?» Они мне отве­ча­ли что-то дико непраг­ма­тич­ное, что-то невоз­мож­но пре­крас­но­душ­ное, про буду­щее детей и жизнь в этой стране. Это СОВЕРШЕННО не впи­сы­ва­лось в при­ня­тые все­ми нами пра­ви­ла жиз­ни, поэто­му я не верил. Не верил оче­вид­но­му – их дей­стви­тель­но имен­но это вол­ну­ет. Теперь уже. 

Может, это такой закон сохра­не­ния духов­ной энер­гии. Если дол­го обхо­дить­ся вооб­ще без сове­сти, неиз­бе­жен бур­ный её при­лив. Тогда «по сове­сти» нач­нёшь даже в туа­лет ходить, а не то что на какие-нибудь там выборы. 

У рас­те­ний, кото­рым не хва­та­ет све­та, листва тянет­ся туда, где кажет­ся, что его доста­точ­но. В резуль­та­те искрив­ля­ет­ся кро­на. У нас весь эти­че­ский «нор­ма­тив­ный дис­курс» сво­дил­ся к двум-трём вопро­сам: отно­ше­ние к гомо­сек­су­а­ли­стам, отно­ше­ние к тру­до­вым мигран­там, — в общем, пре­сло­ву­тая толе­рант­ность: «Совесть у тебя есть? Ну вот и толе­рань­ся, тер­пи». И вдруг ока­за­лось, что про совесть мож­но орать. Что ею мож­но раз­ма­хи­вать, мож­но мерить­ся, у кого больше… 

Обще­ство отрас­ти­ло в направ­ле­нии несу­ще­ству­ю­ще­го, отме­нён­но­го инсти­ту­та нрав­ствен­но­сти гигант­скую «сво­бод­ную валент­ность». Непо­нят­но, радо­вать­ся ли это­му, ведь закрыть её по-преж­не­му нечем, так что неиз­вест­но, что из этой неста­биль­ной струк­ту­ры полу­чит­ся. При­со­се­дит­ся к сво­бод­ной валент­но­сти что-нибудь не то – и бах, взрыв. 

Или будет она в эту пусто­ту тянуть­ся, пока не обрас­тёт муску­ла­ми и не мате­ри­а­ли­зу­ет­ся в какой-нибудь досе­ле неве­до­мый соци­аль­ный орган. 

Так уже было пом­нит­ся. Мрач­ные рука­стые рыбы пол­зут на бере­го­вую жижу, смыш­лё­но тара­щат­ся на окрест­ные папо­рот­ни­ки и хво­щи, при­ме­ри­ва­ют­ся, как лов­чей обжить этот мир, счи­та­ют его своим… 

Что ж, гово­рят, эво­лю­ция – это когда что ни дела­ет­ся, всё к лучшему. 

Не ска­зать что узнаю, не ска­зать, что без­ого­во­роч­но при­ни­маю, но зво­ном щита на вся­кий слу­чай при­вет­ствую. Труд­но жить в Север­ном окру­ге сто­ли­цы, где за два­дцать лет была постро­е­на все­го одна поли­кли­ни­ка. Пусть без поли­кли­ник, так хотя бы с сове­стью будем? По край­ней мере, попробуем.

Может быть, и наши 206 тысяч руб­лей тогда найдутся.

Напе­ча­та­но с раз­ре­ше­ни­ем. Ори­ги­нал: http://russ.ru/Mirovaya-povestka/Sovest-kak-resurs