НАЗАД В БУДУЩЕЕ: Саранск. Новая глава

В одном из интер­нет-сер­ви­сов на кар­те я отме­чаю горо­да, в кото­рых мне посчаст­ли­ви­лось побы­вать. Не горо­да, где я был про­ез­дом, а толь­ко насе­лён­ные пунк­ты, в кото­рых уда­лось осмот­реть­ся и погу­лять по ним пеш­ком хотя бы несколь­ко часов. Те, о кото­рых теперь есть что рас­ска­зать. Так полу­чи­лось, что сотым горо­дом, нане­сён­ным на кар­ту, ста­ла сто­ли­ца Мор­до­вии Саранск. Это очень стран­ное место, кото­рое труд­но срав­нить с чем-либо из того, что преж­де при­хо­ди­лось видеть. 

Наи­бо­лее близ­кая ана­ло­гия по внеш­не­му виду и духу – бело­рус­ский Брест. Толь­ко без кре­по­сти. Но с огром­ным коли­че­ством стро­ек. На гла­зах удив­лён­ных жите­лей Саранск полу­ча­ет новый, необыч­ный облик. Соб­ствен­ное лицо, кото­ро­го преж­де этот город не имел… А жите­лю Сама­ры в све­те послед­них поли­ти­че­ских пер­тур­ба­ций хочет­ся вгля­деть­ся в это лицо осо­бен­но внимательно.

Воз­ле глав­ной пло­ща­ди Саран­ска – Совет­ской – нахо­дит­ся кафе «Ули­ца». У бар­ной стой­ки здесь висят ико­ны с изоб­ра­же­ни­ем Бого­ро­ди­цы, Хри­ста и Нико­лая Чудо­твор­ца. Непо­да­лё­ку от них в зале на бан­не­ре кра­су­ет­ся пере­фраз сти­хо­тво­ре­ния Арсе­ния Тар­ков­ско­го «Порой по ули­це бре­дёшь…» Из него убра­ли фир­мен­ную грусть, при­су­щую про­из­ве­де­ни­ям поэта. И теперь чет­ве­ро­сти­шье зву­чит опти­ми­стич­но и заман­чи­во: «Когда по ули­це бре­ду // Порой неве­до­мо отку­да… // Меня охва­ты­ва­ет вдруг // Пле­ни­тель­ная жаж­да чуда».

«Ули­ца» — одно из немно­гих мест в сто­ли­це Мор­до­вии, где мож­но попро­бо­вать блю­да наци­о­наль­ной кух­ни. Зака­зы­ва­ем здесь похлёб­ку по-эрзян­ски и похлёб­ку по-мок­шан­ски. Блю­да, в назва­нии кото­рых зало­же­ны этно­ни­мы двух наро­дов, объ­еди­нён­ных общим тер­ми­ном «морд­ва» – эрзи и мок­ши. По сво­е­му соста­ву похлёб­ки отли­ча­ют­ся толь­ко нали­чи­ем в эрзян­ском вари­ан­те сли­вок. Это про­стая вкус­ная и сыт­ная кре­стьян­ская еда, состо­я­щая из кусоч­ков обжа­рен­ной сви­ни­ны, кар­то­фе­ля, лука и нава­ри­сто­го бульо­на. С похлёб­ка­ми при­но­сят кро­шеч­ные, раз­ме­ром с сото­вый теле­фон, белые бато­ны и ржа­ные кара­ваи. Саранск и Сама­ра соот­но­сят­ся по раз­ме­рам при­бли­зи­тель­но как эта почти юве­лир­ная выпеч­ка с бато­на­ми и ржа­ны­ми кара­ва­я­ми про­из­вод­ства одно­го из самар­ских хле­бо­за­во­дов. Батон­чи­ка­ми из «Ули­цы» точ­но не пода­вишь­ся. Сто­ят блю­да наци­о­наль­ной кух­ни по мест­ным мер­кам недё­ше­во – 137 руб­лей за пор­цию. Да и по обли­ку посе­ти­те­лей вид­но, что соби­ра­ют­ся здесь пре­иму­ще­ствен­но чинов­ни­ки из окрест­ных учреждений.

По дан­ным Мор­до­ви­яста­та сред­няя зар­пла­та в Мор­до­вии в мар­те 2012 года не дотя­ги­ва­ла до 14 тысяч руб­лей. Впро­чем, мест­ные жите­ли гово­рят, что не ред­кость, когда зара­бот­ная пла­та сотруд­ни­ка рав­ня­ет­ся мини­маль­но­му раз­ме­ру опла­ту тру­да. На дан­ный момент это 4611 руб­лей без выче­та нало­гов. Цены на про­дук­ты повсе­днев­но­го спро­са и наи­бо­лее вос­тре­бо­ван­ные услу­ги в Саран­ске соот­вет­ствен­ные. Кир­пи­чик серо­го хле­ба сто­ит 16 руб­лей, про­езд в ком­мер­че­ском «пази­ке» — 11. На ули­цах горо­дах замет­на очень зна­чи­тель­ная доля про­дук­ции оте­че­ствен­но­го авто­про­ма, силь­но бро­са­ю­ща­я­ся в гла­за даже после Сама­ры, не гово­ря уже о Москве. Неко­то­рые «жигу­ли» на ули­цах горо­да — насто­я­щие рари­те­ты. Но попа­да­ют­ся и чёр­ные маши­ны с мигал­ка­ми и мос­ков­ски­ми номе­ра­ми. Слу­ча­ют­ся даже проб­ки. Всё-таки Саранск – сто­ли­ца. Хотя и рес­пуб­ли­ки с насе­ле­ни­ем менее мил­ли­о­на чело­век. В Саран­ске же жите­лей и вовсе все­го око­ло 300 тысяч чело­век. При­бли­зи­тель­но столь­ко вме­сти­ло поле в Пет­ра Дуб­ра­ве на послед­нем фести­ва­ле «Рок над Волгой».

В вос­кре­се­нье пустын­ность одной из цен­траль­ных маги­стра­лей горо­да, ули­цы Ком­му­ни­сти­че­ской, пора­жа­ет. Неболь­шое ожив­ле­ние вно­сят стай­ки детво­ры воз­ле гости­ни­цы «Саранск», при­е­хав­шей в город на оче­ред­ные спор­тив­ные сорев­но­ва­ния, кото­рые теперь про­хо­дят в сто­ли­це Мор­до­вии прак­ти­че­ски в режи­ме нон-стоп. Поэто­му в Саран­ске очень слож­но най­ти номер в гости­ни­це или квар­ти­ру посу­точ­но. Страш­но поду­мать, что здесь будут делать при­ез­жие, если бы слу­чи­лось чудо и мор­дов­ская сто­ли­ца ста­ла одним из горо­дов, при­ни­ма­ю­щих чем­пи­о­нат мира по фут­бо­лу 2018 года. Мест­ные жите­ли прак­ти­че­ски пого­лов­но уве­ре­ны, что чудо слу­чит­ся. «Нико­лай Ива­но­вич обе­щал», — гово­рят они, ссы­ла­ясь на быв­ше­го гла­ву рес­пуб­ли­ки, нынеш­не­го самар­ско­го губер­на­то­ра. Слов­но в под­твер­жде­ние слов гос­по­ди­на Мер­куш­ки­на, воз­ле гости­ни­цы «Саранск» воз­вы­ша­ет­ся памят­ник фут­боль­но­му мячу, уста­нов­лен­ный на день­ги одной из пиво­ва­рен­ных ком­па­ний. Пре­крас­ный при­мер того, как вла­стям сле­ду­ет сду­вать с про­из­во­ди­те­лей пива лиш­нюю пену с поль­зой для города.

На Ком­му­ни­сти­че­ской же нахо­дит­ся глав­ная куль­тур­ная жем­чу­жи­на Саран­ска – Музей изоб­ра­зи­тель­ных искусств име­ни Сте­па­на Эрь­зи. Осно­ву экс­по­зи­ции состав­ля­ет огром­ная кол­лек­ция работ вели­ко­го скуль­пто­ра, взяв­ше­го себе псев­до­ним по назва­нию самой мно­го­чис­лен­ной мор­дов­ской народ­но­сти. Эрь­зя – глав­ный меж­ду­на­род­ный куль­тур­ный бренд морд­вы как наро­да и Мор­до­вии в целом. При­чём судь­ба скуль­пто­ра, по досто­ин­ству оце­нен­но­го миро­вой обще­ствен­но­стью, прак­ти­че­ски никак не свя­за­на с Саран­ском. Дол­гое вре­мя он про­жил в Москве, а око­ло чет­вер­ти века – в Южной Аме­ри­ке. Вер­нув­шись отту­да в СССР в 1950 году, скуль­птор при­вёз с собой 180 скульп­тур общим весом 175 тонн, кото­рые и соста­ви­ли осно­ву кол­лек­ции музея в Саран­ске. В сто­ли­це Мор­дов­ской АССР Эрь­зя, умер­ший в Москве, был похо­ро­нен. Соб­ствен­но, с Саран­ском, кро­ме этих двух фак­тов его не свя­зы­ва­ет прак­ти­че­ски ниче­го. Гений места, в этом месте не бывав­ший… Но по рабо­там скуль­пто­ра хоро­шо замет­но, какую роль в его твор­че­стве играл род­ной народ.

Самое фун­да­мен­таль­ное про­из­ве­де­ние Эрь­зи в музее его име­ни – испо­лин­ская дере­вян­ная скульп­ту­ра «Мои­сей», зани­ма­ю­щая цен­траль­ную часть экс­по­зи­ции. Изва­я­ния Хри­ста, Лени­на и Ста­ли­на рабо­ты масте­ра доволь­но скром­ны по сво­им раз­ме­рам по срав­не­нию с вет­хо­за­вет­ным про­ро­ком. Не исклю­че­но, что такое вни­ма­ние скуль­птор уде­лил фигу­ре Мои­сея бла­го­да­ря сход­ству биб­лей­ской исто­рии с леген­дой о мор­дов­ском пра­ви­те­ле Тюш­те. Леген­дар­ный царь, спа­сая свой народ, вос­тру­бил в духо­вой инстру­мент тора­му, бла­го­да­ря чему воды, лежав­шие на пути, рас­сту­пи­лись, про­пу­стив людей Тюш­ти, а затем сме­тя пре­сле­ду­ю­щих его врагов.

В честь дере­вян­ной тру­бы Тюш­ти назван фольк­лор­ный кол­лек­тив, испол­ня­ю­щий пес­ни раз­лич­ных мор­дов­ских наро­дов. «Тора­ма» ютит­ся в неболь­шой ком­нат­ке в одном из самых живо­пис­ных ново­де­лов Саран­ска — Мор­дов­ском наци­о­наль­ном теат­ре. Фасад теат­ра укра­шен брон­зо­вы­ми фигу­ра­ми в наци­о­наль­ных костю­мах и народ­ны­ми орна­мен­та­ми. Часть внут­рен­ней отдел­ки – резь­ба по дере­ву в духе Эрь­зи. Один из немно­го­чис­лен­ных кол­лек­ти­вов Мор­до­вии, испол­ня­ю­щих аутен­тич­ный фольк­лор, а не лубок в духе «Золо­то­го коль­ца» или попсу на одном из мор­дов­ских язы­ков, зани­ма­ет здесь неболь­шое поме­ще­ние око­ло 10 квад­рат­ных мет­ров. В нём они репе­ти­ру­ют, хра­нят свои мно­го­чис­лен­ные уни­каль­ные инстру­мен­ты и костюмы…

Уже око­ло двух лет после кон­флик­та с город­ским депар­та­мен­том куль­ту­ры музы­кан­ты «Тора­мы» рабо­та­ют на чистом энту­зи­аз­ме. Они пере­ста­ли полу­чать кро­хот­ные зар­пла­ты от город­ских вла­стей и теперь боль­шие надеж­ды воз­ла­га­ют на Мини­стер­ство куль­ту­ры Мор­до­вии, кото­рое уже дав­но обе­ща­ет финан­со­во помочь музы­кан­там. «Нигде в мире фольк­лор­ные кол­лек­ти­вы, испол­ня­ю­щие насто­я­щую народ­ную музы­ку, а не обра­бот­ки, не выжи­ва­ют без финан­со­вой под­держ­ки вла­стей», — гово­рит худо­же­ствен­ный руко­во­ди­тель «Тора­мы» Андрей Ромашкин.

Андрей – сын осно­ва­те­ля кол­лек­ти­ва Вла­ди­ми­ра Ромаш­ки­на, кото­рый соби­рал по кру­пи­цам в дерев­нях раз­ных реги­о­нов Рос­сии фольк­лор мор­дов­ских наро­дов и вос­со­зда­вал народ­ные инстру­мен­ты, тра­ди­ции изго­тов­ле­ния кото­рых к 1990‑м годам уже были прак­ти­че­ски утра­че­ны. После смер­ти в 2002 году Вла­ди­ми­ра Ромаш­ки­на у кол­лек­ти­ва начал­ся тяжё­лый пери­од. Но бла­го­да­ря уси­ли­ям его детей и дру­га семьи, ново­го адми­ни­стра­то­ра «Тора­мы» Андрея Нико­ла­е­ва, кри­зис уда­лось пре­одо­леть. Сна­ча­ла зару­беж­ные цени­те­ли твор­че­ства кол­лек­ти­ва, объ­е­хав­ше­го нема­ло стран, отнес­лись к ново­му соста­ву насто­ро­жен­но, опа­са­ясь, что уро­вень испол­не­ния мор­дов­ских музы­кан­тов упа­дёт. Но через несколь­ко лет «Тора­ме» уда­лось под­твер­дить высо­чай­ший уро­вень мастер­ства, и ансамбль сно­ва начал актив­но гастролировать. 

Андрей Ромаш­кин пока­зы­ва­ет посох из карель­ской сос­ны с при­вя­зан­ны­ми на его навер­шии коло­коль­чи­ка­ми. «Это сим­вол муж­ско­го пло­до­ро­дия», — гово­рит он. Таки­ми посо­ха­ми сту­ча­ли о зем­лю поко­ле­ния мор­дов­ских наро­дов в полях, что­бы улуч­шить уро­жай. Не пре­не­брёг вос­поль­зо­вать­ся им даже Вла­ди­мир Путин во вре­мя одно­го из визи­тов в Саранск.

Несмот­ря на любовь к твор­че­ству «Тора­мы» вла­стей раз­ных уров­ней, сей­час кол­лек­тив про­дол­жа­ет испы­ты­вать финан­со­вые про­бле­мы, остав­шись без каких-либо дота­ций со сто­ро­ны вла­стей. «У нас же всё своё: инстру­мен­ты, костю­мы, транс­порт», — гово­рит адми­ни­стра­тор груп­пы Андрей Нико­ла­ев. «А нас при этом, когда мы под­чи­ня­лись город­ским вла­стям, — про­дол­жа­ет он, — застав­ля­ли выпол­нять муни­ци­паль­ный заказ, делать огром­ный план по выступ­ле­ни­ям». На вопро­сы о роли быв­ше­го руко­во­ди­те­ля Мор­до­вии Нико­лая Мер­куш­ки­на в судь­бе кол­лек­ти­ва музы­кан­ты отве­ча­ют лако­нич­но: «Гла­ва нам все­гда помогал». 

«Гла­ва» — так назы­ва­ет Мер­куш­ки­на боль­шин­ство жите­лей Саран­ска. И толь­ко во вре­мя осо­бен­но тре­пет­ных при­зна­ний в люб­ви быв­ше­му руко­во­ди­те­лю рес­пуб­ли­ки име­ну­ют его с при­ды­ха­ни­ем по име­ни и отче­ству. Узнав, отку­да мы при­е­ха­ли, сотруд­ни­цы Музея име­ни Эрь­зи начи­на­ют при­чи­тать: «Так это вы забра­ли у нас Нико­лая Ива­но­ви­ча!» Потом одна из работ­ниц сфе­ры куль­ту­ры выкла­ды­ва­ет нам спи­сок про­блем, воз­ник­ших с ухо­дом гла­вы: «Мы так пла­ка­ли, когда он ушёл! Теперь неиз­вест­но, что будет». Вслед за руко­во­ди­те­лем рес­пуб­ли­ки сме­нил­ся и саран­ский мэр. Долж­ность гра­до­на­чаль­ни­ка теперь зани­ма­ет быв­ший министр куль­ту­ры Мор­до­вии Пётр Тута­ев. «Он чело­век твор­че­ский, не зна­ем, как он спра­вит­ся с хозяй­ством», — осто­рож­но гово­рит сотруд­ни­ца музея. Неко­то­рые жите­ли горо­да отзы­ва­ют­ся о кад­ро­вых пере­ме­ще­ни­ях более рез­ко, наме­кая на то, что глав­ный талант Тута­е­ва – игра на гар­мош­ке. На YouTube об этом даже есть ролик, раз­ме­щён­ный пре­иму­ще­ствен­но для англо­языч­ных поль­зо­ва­те­лей под назва­ни­ем «RussianMinisterwithgarmoshka (RussianAccordion)».

Впро­чем, пока в Саран­ске ситу­а­ция с бла­го­устрой­ством обсто­ит в разы луч­ше, чем, напри­мер, в Сама­ре. Мусо­ра на ули­цах прак­ти­че­ски нет, центр не обкле­ен объ­яв­ле­ни­я­ми и не изуро­до­ван кара­ку­ля­ми, кото­рые их авто­ры поче­му-то счи­та­ют за граф­фи­ти. За сут­ки пре­бы­ва­ния в горо­де не было встре­че­но ни одной бро­дя­чей соба­ки. Впро­чем, кошек тоже прак­ти­че­ски не вид­но. Зато замет­ны ста­туи лис, уста­нов­лен­ные в несколь­ких местах (лиса кра­су­ет­ся на гер­бе горо­да). Прак­ти­че­ски никто на ули­цах не пьёт пива… Сек­рет боль­шин­ства этих дости­же­ний ком­му­наль­но­го хозяй­ства доста­точ­но прост. В рам­ках про­грам­мы «Без­опас­ный город» почти весь центр уты­кан каме­ра­ми наблю­де­ния, а тако­го коли­че­ства сотруд­ни­ков поли­ции, уси­лен­ных дру­жин­ни­ка­ми, на ули­цах, пожа­луй, не встре­тишь нигде не толь­ко в ПФО, но и в Москве или Пите­ре, осо­бо сла­вя­щих­ся оби­ли­ем сил пра­во­по­ряд­ка в город­ской среде.

Но есть при всём этом покое и бла­го­ле­пии один тре­вож­ный нюанс, кото­рый доста­точ­но силь­но бро­са­ет­ся в гла­за: воз­раст­ная дис­про­пор­ция насе­ле­ния. На ули­цах встре­ча­ет­ся огром­ное коли­че­ство пен­си­о­не­ров, детей и сту­ден­тов. Рабо­то­спо­соб­но­го насе­ле­ния же явствен­но гораз­до мень­ше, чем в дру­гих цен­трах реги­о­нов. Низ­кий уро­вень зар­пла­ты, малое коли­че­ство вакан­сий и бли­зость сто­ли­цы побуж­да­ют зна­чи­тель­ную часть насе­ле­ния мигри­ро­вать на зара­бот­ки. Впро­чем, это не един­ствен­ная про­бле­ма, кото­рая застав­ля­ет людей поки­дать Саранск.

Бло­гер, а в про­шлом жур­на­лист, Ната­лья Беля­ни­на ведёт нас на экс­кур­сию по город­ским новострой­кам в цен­тре. Мас­шта­бы стро­ек в таком малень­ком город­ке дей­стви­тель­но потря­са­ют. «Что­бы что-то полу­чить, чем-то при­хо­дит­ся жерт­во­вать, — гово­рит Наталья.

— В нашем слу­чае люди посту­пи­лись сво­бо­дой само­вы­ра­же­ния и сво­бо­дой сло­ва». Беля­ни­на была одной из тех двух десят­ков чело­век, кото­рые вышли в декаб­ре во вре­мя рос­сий­ских акций про­те­ста к памят­ни­ку «Наве­ки вме­сте» в цен­тре Саран­ска. «Оппо­зи­ци­он­ной прес­сы у нас боль­ше нет. Тем более теле­ви­де­ния, — рас­ска­зы­ва­ет Ната­лья, — толь­ко неболь­шая горст­ка людей обсуж­да­ет реаль­ные про­бле­мы в Интернете».

Мор­до­вия – один из реги­о­нов-аут­сай­де­ров по охва­ту насе­ле­ния Интер­не­том. В город­ском пар­ке име­ни Пуш­ки­на есть бес­плат­ный wi-fi, но не похо­же, что­бы он был осо­бо вос­тре­бо­ван. По алле­ям гуля­ют семей­ные пары с детьми, на ска­мей­ках сидит трез­вая моло­дёжь в спор­тив­ных костю­мах и слу­ша­ет шан­сон на теле­фо­нах. Поря­док блю­дёт все­ви­дя­щая через каме­ры наблю­де­ния поли­ция. Тишь да бла­го­дать. И ника­ко­го «окку­пая»…

Ната­лья при­во­дит нас на Пло­щадь Тыся­че­ле­тия. На ней ведёт­ся огром­ная строй­ка. Здесь дол­жен быть постро­ен гигант­ский уни­вер­саль­ный спор­тив­ный зал «Аре­на Мор­до­вия», а непо­да­лё­ку новый кор­пус Мор­дов­ско­го госу­ни­вер­си­те­та име­ни Н.П. Ога­рё­ва. Общий вид глав­но­го про­ек­та к празд­но­ва­нию 1000-летия еди­не­ния мор­дов­ско­го наро­да с наро­да­ми рос­сий­ско­го госу­дар­ства хоро­шо изве­стен по рен­де­рам в Интер­не­те и мно­го­чис­лен­ным изоб­ра­же­ни­ям, раз­ве­шен­ным в цен­тре Саран­ска. МГУ будет похож по очер­та­ни­ям на сво­е­го мос­ков­ско­го тёз­ку. Толь­ко помень­ше и буд­то бы постро­ен­но­го из кон­струк­то­ра (кста­ти, подоб­ный про­ект уни­вер­си­те­та уже реа­ли­зо­ван в Оренбурге). 

Непо­да­лё­ку от «Аре­ны Мор­до­вия» рас­тёт пер­вый в Саран­ске «Мак­до­нал­дс» — ещё один сим­вол вхож­де­ния рес­пуб­ли­ки в миро­вое про­стран­ство. Ско­рее все­го, обще­пит аме­ри­кан­ско­го про­ис­хож­де­ния к мас­штаб­ным тор­же­ствам в честь празд­но­ва­ния 1000-летия отстро­ить не успе­ют. Что успе­ют достро­ить осталь­ные объ­ек­ты, заду­ман­ные на пло­ща­ди Тыся­че­ле­тия, не похо­же, если судить по сте­пе­ни их нынеш­ней готов­но­сти. Когда пишут­ся эти стро­ки, часы на офи­ци­аль­ном сай­те, посвя­щён­ном тор­же­ствам, пока­зы­ва­ют, что до них оста­лось 66 дней. Гово­рят, что пере­ме­ще­ние Нико­лая Мер­куш­ки­на в Самар­скую область для Мор­до­вии ста­ло не мень­шей неожи­дан­но­стью, чем для самар­ских элит. 

И тем­пы стро­ек в новых реа­ли­ях изменились.

На дру­гой сто­роне неболь­шой реч­ки Инсар, про­те­ка­ю­щей в Саран­ске, воз­во­дит­ся ещё один гран­ди­оз­ный про­ект – фут­боль­ный ста­ди­он. В отли­чие от Сама­ры стро­и­тель­ство ста­ди­о­на уже нача­то, пло­щад­ка ого­ро­же­на забо­ром с кра­си­вы­ми изоб­ра­же­ни­я­ми воз­во­ди­мо­го объ­ек­та. Но раз­гля­деть за забо­ром что-то кон­крет­ное пока невоз­мож­но. Как и узнать мыс­ли FIFA по пово­ду шан­сов Саран­ска и Сама­ры на про­ве­де­ние в этих горо­дах игр чем­пи­о­на­та мира по фут­бо­лу 2018 года.

Кажет­ся, что пока «оси­ро­тев­шая» рес­пуб­ли­ка засты­ла в ожи­да­нии. Непо­нят­но, как необыч­ная систе­ма, выстро­ен­ная почти 17 лет нахо­див­шим­ся у вла­сти Нико­ла­ем Мер­куш­ки­ным, будет функ­ци­о­ни­ро­вать без её созда­те­ля. Рав­но как и непо­нят­но, какую систе­му создаст быв­ший гла­ва Мор­до­вии в новом для себя регионе. 

Фото­гра­фии Саран­ска Ната­льи Беляниной.