Новая Закамская Линия: хитросплетение миров

Самар­ские архео­ло­ги впер­вые при­сту­пи­ли к пол­но­му мони­то­рин­гу раз­ру­ше­ний на одном из самых колос­саль­ных соору­же­ний, создан­ных когда-либо на нынеш­ней тер­ри­то­рии реги­о­на. Боль­шая часть Новой Закам­ской линии, более извест­ной в наро­де как Исто­ри­че­ский вал, общая дли­на кото­рой око­ло 240 кило­мет­ров, нахо­дит­ся имен­но в Самар­ской обла­сти. В бли­жай­шее вре­мя на объ­ек­те долж­ны прой­ти рас­коп­ки, а пока учё­ные под­счи­ты­ва­ют коли­че­ство раз­ру­ше­ний на линии и мас­шта­бы пред­сто­я­щих работ.

Все назва­ния это­го гигант­ско­го объ­ек­та услов­ны. Наи­бо­лее извест­но наиме­но­ва­ние Исто­ри­че­ский вал. Но, по сути дела, оно ни о чём не гово­рит. Мало ли валов и рвов было созда­но в наших кра­ях за всю его неспо­кой­ную исто­рию?.. В ака­де­ми­че­ской лите­ра­ту­ре он изве­стен как Новая Закам­ская линия. Но и это назва­ние услов­но. Его спе­ци­аль­но вве­ли учё­ные для того, что­бы отли­чать от дру­гой Закам­ской линии – обо­ро­ни­тель­ной чер­ты, создан­ной ранее несколь­ко север­нее обо­ро­ни­тель­но­го рубе­жа, о кото­ром идёт речь. В доку­мен­тах же вре­мён стро­и­тель­ства это­го клю­че­во­го фор­по­ста обо­ро­ны Рос­сий­ской импе­рии он назы­вал­ся про­сто Закам­ская линия.

Уди­ви­тель­но, но под­лин­ная исто­рия это­го, пожа­луй, само­го замет­но­го нево­ору­жён­ным взгля­дом архео­ло­ги­че­ско­го объ­ек­та на тер­ри­то­рии Самар­ской обла­сти так­же прак­ти­че­ски неиз­вест­на широ­кой обще­ствен­но­сти. Насе­ле­ние, оби­та­ю­щее воз­ле валов, рвов, реду­тов и кре­по­стей Новой Закам­ской линии, обыч­но свя­зы­ва­ет построй­ки с име­на­ми Сте­па­на Рази­на и Еме­лья­на Пуга­чё­ва. И даже сайт «Самар­ская губер­ния. Исто­рия и куль­ту­ра», создан­ный при под­держ­ке Пра­ви­тель­ства Самар­ской обла­сти, повто­ря­ет стран­ную анти­на­уч­ную вер­сию орга­ни­за­ции «Аве­ста» о построй­ке Исто­ри­че­ско­го вала «некой могу­ще­ствен­ной и мно­го­чис­лен­ной расой огнепоклонников».

Меж­ду тем реаль­ная исто­рия созда­ния Новой Закам­ской линии доста­точ­но хоро­шо изу­че­на спе­ци­а­ли­ста­ми. Напри­мер, самар­ский исто­рик док­тор исто­ри­че­ских наук Эду­ард Дуб­ман напи­сал обсто­я­тель­ную моно­гра­фию, посвя­щён­ную линии, кото­рая изда­ва­лась два­жды в 2004 и 2005 годах. Исто­рия этих обо­ро­ни­тель­ных соору­же­ний пол­на тра­ги­че­ских и геро­и­че­ских стра­ниц. Но, увы, име­на её созда­те­лей прак­ти­че­ски неиз­вест­ны жите­лям реги­о­на. Этот цик­ло­пи­че­ский доро­го­сто­я­щий про­ект про­слу­жил по сво­е­му назна­че­нию все­го лишь несколь­ко лет, но при этом серьёз­но повли­ял на раз­ви­тие мно­гих тер­ри­то­рий нынеш­ней Самар­ской области.

Соору­же­ния Новой Закам­ской линии нача­ли воз­во­дить­ся в 1731 году, в эпо­ху прав­ле­ния Анны Иоан­нов­ны. Нуж­но заме­тить, что тогда спо­кой­ное в после­ду­ю­щие эпо­хи Завол­жье пред­став­ля­ло собой кон­фликт­ную зону на гра­ни­це посто­ян­но рас­ши­ряв­шей­ся на восток Рос­сий­ской импе­рии и степ­но­го мира кочев­ни­ков. Рус­ские, мор­дов­ские, чуваш­ские и посе­ле­ния дру­гих зем­ле­дель­че­ских наро­дов здесь было воз­во­дить крайне опас­но. По сути дела, Сама­ра в ту эпо­ху была чуть ли не един­ствен­ным отдель­но сто­я­щим фор­по­стом импе­рии в этом реги­оне. И её гар­ни­зон не мог спра­вить­ся с защи­той насе­ле­ния в Завол­жье. Насе­лён­ные пунк­ты, пери­о­ди­че­ски воз­ни­кав­шие в этом реги­оне, часто уни­что­жа­лись кочев­ни­ка­ми. Поми­мо того что Завол­жье было лако­мым кус­ком для зем­ле­дель­че­ской коло­ни­за­ции наро­да­ми Рос­сий­ской импе­рии, непо­да­лё­ку от Сама­ры у вла­стей появи­лись и более важ­ные стра­те­ги­че­ские инте­ре­сы. Око­ло Сер­ги­ев­ска была най­де­на сера, необ­хо­ди­мая для про­из­вод­ства поро­ха, что было крайне акту­аль­но в ходе мас­штаб­ной Север­ной вой­ны. Одним сло­вом, вопрос о про­дви­же­нии реаль­ной, а не декла­ра­тив­ной вла­сти Рос­сий­ской коро­ны в Завол­жье встал очень ост­ро. При­чём ещё при Пет­ре I, кото­рый, впро­чем, так и не успел реа­ли­зо­вать проект.

Но коче­вой мир не хотел отда­вать свои зем­ли. Наи­бо­лее актив­но в реги­оне про­ти­во­сто­я­ли коло­ни­за­ции три воин­ствен­ных коче­вых наро­да, ныне живу­щих вполне мир­но по сосед­ству. Два из них име­ют сей­час свои наци­о­наль­ные рес­пуб­ли­ки в Рос­сии, а тре­тий – в Узбе­ки­стане. Это баш­ки­ры, кал­мы­ки и кара­кал­па­ки. Мест­ное рус­ское насе­ле­ние не вда­ва­лось в этно­гра­фи­че­ские нюан­сы и раз­ли­ча­ло кочев­ни­ков не по язы­ку или костю­му, а по их дей­стви­ям. В исто­ри­че­ских доку­мен­тах гово­рит­ся, что кал­мы­ки обыч­но про­мыш­ля­ли здесь про­стым гра­бе­жом, баш­ки­ры гра­би­ли и уби­ва­ли зем­ле­дель­че­ское насе­ле­ние, а кара­кал­па­ки обыч­но уво­ди­ли плен­ни­ков с собой. Осо­бую роль в реги­оне игра­ли баш­ки­ры, для кото­рых зем­ли Завол­жья явля­лись тра­ди­ци­он­ны­ми охот­ни­чьи­ми уго­дья­ми. Имен­но они поме­ша­ли окон­ча­тель­ной реа­ли­за­ции про­ек­та Новой Закам­ской линии, кото­рая не при­об­ре­ла окон­ча­тель­ные чер­ты, заду­ман­ные в пер­во­на­чаль­ном про­ек­те. Чем-то ситу­а­ция с отго­ра­жи­ва­ни­ем земель при помо­щи линии рос­сий­ски­ми вла­стя­ми напо­ми­на­ла отде­ле­ние пале­стин­ских тер­ри­то­рий сте­ной в совре­мен­ном Изра­и­ле. Как и пале­стин­цы, баш­ки­ры про­яв­ля­ли край­нее недо­воль­ство стро­и­тель­ством, и рос­сий­ским вла­стям даже при­шлось пой­ти на вре­мен­ные уступки.

Стро­и­тель­ство ново­го обо­ро­ни­тель­но­го рубе­жа госу­дар­ства в 1741 году было пору­че­но тай­но­му совет­ни­ку Фёдо­ру Васи­лье­ви­чу Нау­мо­ву. Кста­ти гово­ря, имен­но его име­нем была назва­на дерев­ня Фёдо­ров­ка, ныне явля­ю­ща­я­ся мик­ро­рай­о­ном в Ком­со­моль­ском рай­оне Тольят­ти. Стро­и­те­лю обо­ро­ни­тель­ных рубе­жей так понра­ви­лись волж­ские про­сто­ры, что он решил даже обза­ве­стись име­ни­ем в этих местах. 

Стро­и­тель­ство велось в спеш­ке и с недо­стат­ком рабо­чей силы и инстру­мен­тов. Сенат торо­пил Нау­мо­ва, невзи­рая на его предо­сте­ре­же­ния о воз­мож­ных упу­ще­ни­ях в каче­стве работ. Стро­и­лась линия пре­иму­ще­ствен­но сила­ми кре­стьян из окрест­ных рай­о­нов. В раз­гар воз­ве­де­ния мас­штаб­ных обо­ро­ни­тель­ных соору­же­ний на рабо­тах тру­ди­лось око­ло 15000 чело­век за стро­и­тель­ный сезон (прав­да, в две смены).

В резуль­та­те на кар­те нынеш­ней Самар­ской обла­сти появил­ся ряд новых насе­лён­ных пунк­тов. Таких, напри­мер, как Крас­ный Яр или кре­пость Кон­дур­ча. Со стро­и­тель­ством укреп­ле­ний зна­чи­тель­но раз­рос­ся Сер­ги­евск, где к тому вре­ме­ни уже пре­кра­ти­ли добы­вать серу из-за нерен­та­бель­но­сти, но о целеб­ных свой­ствах сер­ных источ­ни­ков близ насе­лён­но­го пунк­та уже было извест­но. Фак­ти­че­ски, но не юри­ди­че­ски, в новый обо­ро­ни­тель­ный рубеж вошла и Сама­ра. Вал начал воз­во­дить­ся от при­го­ро­да Алек­се­ев­ска (совре­мен­ная Алек­се­ев­ка). Но тер­ри­то­рия меж­ду Сама­рой и Алек­се­ев­ском к тому вре­ме­ни уже хоро­шо охра­ня­лась гар­ни­зо­на­ми этих кре­по­стей. Имен­но ко вре­ме­ни воз­ве­де­ния Исто­ри­че­ско­го вала отно­сит­ся состав­ле­ние пер­во­го топо­гра­фи­че­ско­го пла­на Сама­ры в 1731 году. На нём мож­но видеть уже не кремль, постро­ен­ный кня­зем Гри­го­ри­ем Засе­ки­ным, а более позд­ние укреп­ле­ния по сосед­ству с ним. Пер­вый самар­ский кремль сго­рел в пожа­ре 1703 года, а рядом поз­же были постро­е­ны зем­ля­ные укреп­ле­ния, назван­ные на плане «Зам­ком».

В этом году вни­ма­ние к Новой Закам­ской линии было при­вле­че­но изве­сти­я­ми о том, что часть одно­го из реду­тов, вхо­дя­щих в обо­ро­ни­тель­ную систе­му, рас­по­ла­га­ю­ще­го­ся у села Боль­шая Камен­ка Крас­но­яр­ско­го рай­о­на, была раз­ру­ше­на. Око­ло 250 мет­ров обо­ро­ни­тель­ных соору­же­ний было повре­жде­но при рас­ши­ре­нии битум­но-асфаль­то­во­го заво­да по сосед­ству. Впро­чем, бла­го­да­ря обра­тив­ше­му на это вни­ма­ние самар­цу Андрею Седых ста­ра­ни­я­ми област­но­го мини­стер­ства куль­ту­ры раз­ру­ше­ния уда­лось оста­но­вить. Более того, нару­ши­те­ли обя­за­лись вос­ста­но­вить отре­зок в пер­во­на­чаль­ном виде. Воз­мож­но, в бли­жай­шее вре­мя на месте раз­ру­ше­ний часть реду­та будет рекон­стру­и­ро­ва­на даже в пер­во­на­чаль­ном виде на сред­ства того само­го битум­но-асфаль­то­во­го заво­да. В том виде, каким редут был на момент построй­ки линии.

Впро­чем, это дале­ко не един­ствен­ное повре­жде­ние Исто­ри­че­ско­го вала на всей его огром­ной про­тя­жён­но­сти. Веро­ят­но, целост­ность постро­ек нача­ла нару­шать­ся уже в XVIII веке, когда он утра­тил своё стра­те­ги­че­ское зна­че­ние. И с тех пор хозяй­ствен­ная дея­тель­ность в этих местах не пре­кра­ща­лась. Боль­шин­ство раз­ру­ше­ний про­изо­шли ещё до того, как вошло в оби­ход само поня­тие «охра­на памят­ни­ков архео­ло­гии». По зака­зу област­но­го мини­стер­ства куль­ту­ры самар­ские архео­ло­ги из науч­но-про­из­вод­ствен­ной фир­мы «Гефест» при­сту­пи­ли к гигант­ской кро­пот­ли­вой рабо­те – мони­то­рин­гу всех нару­ше­ний целост­но­сти само­го Исто­ри­че­ско­го вала и отно­ся­щих­ся к нему обо­ро­ни­тель­ных постро­ек. Порой раз­ру­ше­ния вид­ны чуть ли не каж­дые 100 мет­ров. Где-то вал пере­ре­за­ют грун­то­вые доро­ги, где-то через него про­ло­же­ны тру­бы… Каж­дое такое место при­вя­зы­ва­ет­ся при помо­щи GPS и фото­гра­фи­ру­ет­ся. Такая рабо­та про­де­лы­ва­ет­ся впер­вые за почти три сто­ле­тия, про­шед­шие со вре­ме­ни воз­ве­де­ния укреплений.

Впро­чем, в ходе мони­то­рин­га архео­ло­гов ожи­да­ли не толь­ко печаль­ные кар­ти­ны раз­ру­ше­ний, про­ис­хо­див­ших сто­ле­ти­я­ми, но и при­ят­ные наход­ки. Напри­мер, на хоро­шо сохра­нив­шем­ся бла­го­да­ря тому, что он сей­час зарос лесом, Заин­ском реду­те в Сер­ги­ев­ском рай­оне был най­ден боль­шой про­вал зем­ли. Ско­рее все­го, на этом месте нахо­дил­ся поро­хо­вой погреб. Веро­ят­но, по ито­гам мони­то­рин­га на раз­ру­ша­ю­щих­ся частях Новой Закам­ской линии архео­ло­ги про­ве­дут не толь­ко осмотр, но и зем­ля­ные рабо­ты, кото­рые могут рас­ска­зать о соору­же­нии мно­го ново­го. Лишь еди­но­жды, в 2001 году, учё­ные на месте повре­жде­ний про­ре­за­ли вал и иссле­до­ва­ли его струк­ту­ру в одном един­ствен­ном месте. И полу­чен­ных све­де­ний явно недо­ста­точ­но для того, что­бы понять все тон­ко­сти тех­но­ло­гии его возведения.

Впро­чем, вряд ли иссле­до­ва­те­лям при­хо­дит­ся рас­счи­ты­вать на обна­ру­же­ние кла­дов или дру­гих сен­са­ци­он­ных нахо­док во вре­мя сво­их изыс­ка­ний на тер­ри­то­рии линии. Судя по фору­мам чёр­ных архео­ло­гов, даже они пони­ма­ют, что здесь осо­бо нечем пожи­вить­ся. И вот по какой при­чине. Гигант­ский доро­го­сто­я­щий и неве­ро­ят­но затрат­ный нац­про­ект по воз­ве­де­нию Новой Закам­ской линии про­слу­жил по сво­е­му назна­че­нию все­го несколь­ко лет. Прак­ти­че­ски сра­зу после окон­ча­ния стро­и­тель­ства южнее была постро­е­на новая обо­ро­ни­тель­ная чер­та – Самар­ская линия. Частью это­го про­ек­та, в част­но­сти, была построй­ка горо­да Орен­бур­га на его нынеш­нем месте (ранее Орен­бург­ская кре­пость стро­и­лась на месте совре­мен­но­го Орска). Таким обра­зом, наш Исто­ри­че­ский вал ока­зал­ся в тылу и утра­тил какое-либо стра­те­ги­че­ское зна­че­ние для обо­ро­ны от степ­но­го коче­во­го мира.

Что небезын­те­рес­но, построй­ки Самар­ской линии, воз­ве­дён­ной поз­же и доль­ше исполь­зо­вав­шей­ся по сво­е­му пря­мо­му назна­че­нию, прак­ти­че­ски не сохра­ни­лись до наших дней. А Новая Закам­ская линия – один из самых мас­штаб­ных и ока­зав­ших­ся бес­по­лез­ны­ми про­ек­тов вре­мён цар­ство­ва­ния Анны Иоан­нов­ны, несмот­ря на все раз­ру­ше­ния, име­ет доволь­но хоро­шую сохран­ность. И слу­жит пре­крас­ным вели­че­ствен­ным памят­ни­ком фор­ти­фи­ка­ци­он­ной нау­ке XVIII века. Более того, линия явля­ет­ся пре­крас­ным сим­во­лом того, что наш край нахо­дит­ся на сты­ке двух миров: лес­но­го зем­ле­дель­че­ско­го и степ­но­го коче­во­го. И имен­но непро­стое хит­ро­спле­те­ние этих двух миров пода­ри­ло ему непо­вто­ри­мое своеобразие. 

Поэто­му, несо­мнен­но, Новая Закам­ская линия долж­на и впредь сохра­нять­ся для потом­ков. Отрад­но, что рабо­ты по её сохра­не­нию нача­лись. Воз­мож­но, в ско­ром вре­ме­ни мы уви­дим и рекон­струк­ции обо­ро­ни­тель­ных соору­же­ний, кото­рые ста­нут непло­хи­ми тури­сти­че­ски­ми досто­при­ме­ча­тель­но­стя­ми и обра­тят вни­ма­ние насе­ле­ния на насто­я­щую, а не выду­ман­ную исто­рию Самар­ско­го Заволжья.