Сербы: от А до Ш

В бел­град­ском аэро­пор­ту «Нико­ла Тес­ла» ещё по пути к пас­порт­но­му кон­тро­лю веет чем-то род­ным. Не «Домо­де­до­во» или «Шере­ме­тье­во», а самый что ни на есть «Куру­моч». В кори­до­ре лежит забы­тая кем-то поло­вая тряп­ка и пустые кар­тон­ные короб­ки. Так встре­ча­ет меня сто­ли­ца Сер­бии, коли­че­ство насе­ле­ния кото­рой сопо­ста­ви­мо с самар­ским. А сам город сто­ит на вто­рой по зна­че­нию после Вол­ги реке Евро­пы – Дунае. И это дела­ет город­скую ткань Бел­гра­да инту­и­тив­но понятной…

Пожа­луй, сер­бы – чуть ли не един­ствен­ный народ, кото­рый боль­шая часть насе­ле­ния Рос­сии не раз­ду­мы­вая гото­ва назвать «бра­тья­ми». При этом с сами­ми сер­ба­ми рус­ские стал­ки­ва­ют­ся крайне ред­ко и зна­ют о них доволь­но мало. Несмот­ря на то что даже в Сама­ре нема­ло при­ез­жих серб­ских рабо­чих. Напри­мер, они совсем недав­но отде­лы­ва­ли внут­рен­нее убран­ство одно­го из тор­го­вых цен­тров на Ленин­град­ской. Но серб­ские гастар­бай­те­ры прак­ти­че­ски не выхо­дят в люди. И конеч­но, не столь мно­го­чис­лен­ны, как выход­цы из Сред­ней Азии или дру­гих стран Восточ­ной Евро­пы. Поэто­му рядо­вой серб куда менее поня­тен рус­ско­му чело­ве­ку, чем, ска­жем, узбек или таджик. 

Обыч­но про сер­бов обы­ва­те­лям извест­но сле­ду­ю­щее: они сла­вяне, они пра­во­слав­ные, они постра­да­ли от аме­ри­кан­цев, у них очень похо­жий язык и алфа­вит. Цени­те­ли куль­ту­ры, несо­мнен­но, к это­му набо­ру доба­вят весь набор кли­ше из филь­мов Эми­ра Кусту­ри­цы и вооб­ра­зят глав­ный саунд­трек к серб­ской жиз­ни – музы­ку Гора­на Бре­го­ви­ча. Музы­ку Бре­го­ви­ча за неде­лю в Сер­бии я не услы­шал ни разу. А за вопло­щён­ны­ми в жизнь тра­ги­ко­ми­че­ски­ми этю­да­ми Кусту­ри­цы луч­ше ехать в Гру­зию, чем в Сер­бию. Как заме­тил один из наших сооте­че­ствен­ни­ков, живу­щих на Бал­ка­нах, «Кусту­ри­цу сер­бы не любят, но его попу­ляр­но­стью поль­зу­ют­ся. Дело обсто­ит при­мер­но так же, как у нас с Михал­ко­вым». И это похо­же на прав­ду. Пожа­луй, из всех стран, где я побы­вал, имен­но Сер­бия боль­ше все­го пора­зи­ла меня отли­чи­ем её обра­за в рос­сий­ском созна­нии и от реаль­но­го поло­же­ния дел.

Сер­бы – на удив­ле­ние спо­кой­ный народ. Кажет­ся, что у них есть несколь­ко люби­мых заня­тий. Пер­вое – пить варё­ный кофе и курить, гля­дя на вол­ны Дуная. Вто­рое – катать­ся на вело­си­пе­дах по повсе­мест­но обо­ру­до­ван­ной для это­го транс­пор­та инфра­струк­ту­ре. Тре­тье – гулять с соба­ка­ми по бес­ко­неч­ным пар­кам сто­ли­цы и про­вин­ци­аль­ных город­ков. Когда же сер­бы успе­ва­ют рабо­тать, так и не уда­лось понять. Кажет­ся, что боль­шин­ство из них отды­ха­ет здесь на про­тя­же­нии всей неде­ли с раз­ной сте­пе­нью интен­сив­но­сти. Рус­ские по срав­не­нию с сер­ба­ми кажут­ся экс­прес­сив­ны­ми южа­на­ми. К тому же неве­ро­ят­но деловыми.

Ещё у сер­бов есть две глав­ные стра­сти – серб­ский спорт и серб­ская поли­ти­ка. Более все­го, конеч­но, замет­ны фут­боль­ные фана­ты. Мы слу­чай­но ока­за­лись на мат­че Вто­рой фут­боль­ной лиги Сер­бии в Бел­гра­де на ста­ди­оне «Полет», нахо­дя­щем­ся на стрел­ке Дуная и Савы. Такой накал стра­стей и коли­че­ство ярост­ных фана­тов мож­но уви­деть дале­ко не каж­дом мат­че рос­сий­ской Пре­мьер-лиги… А граф­фи­ти «гро­ба­рей» — фанат­ской груп­пи­ров­ки бел­град­ско­го «Пар­ти­за­на» не закан­чи­ва­ют­ся на при­го­ро­дах сто­ли­цы, а тянут­ся пря­мо до вен­гер­ской гра­ни­цы (воз­мож­но, и даль­ше вплоть до Север­но­го полю­са, но мы пока не про­ве­ря­ли). О поли­ти­ке обыч­но доволь­но флег­ма­тич­ные сер­бы гово­рят очень страст­но. Обык­но­вен­ная кар­ти­на: услы­шав поли­ти­че­ские ново­сти по радио, до это­го тихо пив­шие кофе за сосед­ни­ми сто­ли­ка­ми ресто­ра­на незна­ко­мые люди начи­на­ют вне­зап­но бур­но общать­ся. Из речи ухо выхва­ты­ва­ет зна­ко­мые «фашист» и «кур­ва». После окон­ча­ния выпус­ка ново­стей стра­сти мгно­вен­но ути­ха­ют, и посе­ти­те­ли ресто­ра­на вновь погру­жа­ют­ся в свои плав­ные, как бараш­ки на вол­нах Дуная, мысли. 

Серб­скую же рели­ги­оз­ность (во вся­ком слу­чае, внеш­нюю её часть), о кото­рой часто и мно­го любит гово­рить ряд пред­ста­ви­те­лей наци­о­на­ли­сти­че­ско­го пра­во­слав­но­го кры­ла рос­сий­ской обще­ствен­ной мыс­ли, раз­гля­деть прак­ти­че­ски невоз­мож­но. Я видел, как моло­дые бело­ру­сы в цен­тре Мин­ска забе­га­ют с утра перед рабо­той в пра­во­слав­ный собор в нема­лом коли­че­стве. Видел, как дети и ста­ри­ки в Тби­ли­си кре­стят­ся, если в их поле зре­ния слу­чай­но попа­да­ет один из круп­ней­ших собо­ров пра­во­слав­но­го мира Саме­ба, кото­рый вид­но за мно­го кило­мет­ров в окру­ге. В Бел­гра­де ниче­го подоб­но­го не про­ис­хо­дит. В пят­ни­цу вече­ром на служ­бе во вто­ром по раз­ме­ру пра­во­слав­ном собо­ре после Хра­ма Хри­ста Спа­си­те­ля Хра­ме Свя­то­го Сав­вы соби­ра­ет­ся все­го несколь­ко десят­ков чело­век. Кажет­ся, что китай­ских тури­стов, увле­чён­но наблю­да­ю­щих и сни­ма­ю­щих на бес­чис­лен­ное коли­че­ство гад­же­тов пра­во­слав­ное бого­слу­же­ние, здесь боль­ше, чем при­хо­жан. Впро­чем, петь и пля­сать на алта­ре в Хра­ме Свя­то­го Сав­вы в голо­ву тоже нико­му не при­хо­дит. Скла­ды­ва­ет­ся ощу­ще­ние, что пра­во­сла­вие здесь более важ­но как мар­кер для того, что­бы отли­чать сер­бов от като­ли­ков хор­ва­тов и мусуль­ман бос­ний­цев. Наро­дов быв­шей Юго­сла­вии, гово­ря­щих с сер­ба­ми прак­ти­че­ски на одном и том же язы­ке, но сра­жав­ших­ся с ними неод­но­крат­но в раз­ные исто­ри­че­ские эпохи.

Чем сер­бы дей­стви­тель­но похо­дят на рус­ских, так это тос­кой по юго­слав­ско­му совет­ско­му про­шло­му. По вре­ме­нам, когда стра­на была гораз­до про­стор­нее, все жили мир­но, её бере­га омы­ва­ло лас­ко­вое море, а дере­вья были боль­ши­ми. Поми­мо повсе­мест­ной про­да­жи юго­слав­ской госу­дар­ствен­ной атри­бу­ти­ки для тури­стов и сво­их носталь­ги­ру­ю­щих граж­дан сер­бы даже раз­ра­бо­та­ли своё суве­нир­ное ноу-хау, до кото­ро­го, кажет­ся, не доду­ма­лись их рос­сий­ские кол­ле­ги. Они печа­та­ют боль­ши­ми тира­жа­ми суве­нир­ные кар­ты Юго­сла­вии с обо­зна­че­ни­я­ми для общей исто­рии сер­бов, хор­ва­тов, бос­ний­цев, чер­но­гор­цев, маке­дон­цев и сло­вен­цев памят­ных мест. А за празд­нич­ным сто­лом даже цыган­ские ансам­бли меж­ду народ­ной пес­ней «Месе­чи­на» и горя­чим бра­зиль­ским хитом от Michel Telo обя­за­тель­но затя­нут пес­ню юго­слав­ских партизан.

В быто­вых при­выч­ках сер­бов чита­ет­ся то, что глав­ный жиз­нен­ный век­тор – это полу­че­ние удо­воль­ствия от жиз­ни. Отсю­да эти заго­ра­ю­щие на сте­нах кре­по­стей люди в пол­день поне­дель­ни­ка и про­во­дя­щая дни напро­лёт в кофей­нях пуб­ли­ка. Жизнь на бал­кан­ской поро­хо­вой боч­ке, кото­рая грох­ну­ла одной миро­вой вой­ной и чуть было не взо­рва­лась недав­но дру­гой, застав­ля­ет смот­реть на мир по-осо­бен­но­му. Бал­кан­ской эсха­то­ло­ги­ей, кото­рая чув­ству­ет­ся в кни­гах Мило­ра­да Пави­ча и музы­ке Бори­са Кова­ча, веет здесь ото­всю­ду. «Пред­ставь­те себе, что сего­дня послед­ний день перед кон­цом све­та. Давай­те тан­це­вать!» — декла­ми­ро­вал Ковач на гастро­лях в Москве прак­ти­че­ски сра­зу после того, как само­лё­ты НАТО раз­бом­би­ли серб­ский город Нови-Сад. И это настро­е­ние вита­ет здесь повсю­ду. Даже кор­по­ра­тив­ный жур­нал серб­ской авиа­ком­па­нии «Jat» начи­на­ет­ся со ста­тьи о пер­вой в исто­рии серб­ской граж­дан­ской авиа­ции ката­стро­фе. А улыб­чи­вые стю­ар­ды не меша­ют весе­ло и шум­но выпи­вать сооте­че­ствен­ни­кам, летя­щим с зара­бот­ков из Моск­вы. Пусть весе­лят­ся, ведь зав­тра может и не быть… Даже серб­ский алфа­вит вуко­ви­ца обры­ва­ет­ся для рус­ских вне­зап­но. Начи­на­ясь на пер­вой бук­ве «А» он закан­чи­ва­ет­ся трид­ца­той – «Ш».

их нра­вы

«Вой­на транс­па­ран­тов» на ста­ди­о­нах Сербии

Поли­ция Сер­бии аре­сто­ва­ла семе­рых фана­тов фут­боль­но­го клу­ба «Нови Пазар» за оскор­би­тель­ный для сер­бов транс­па­рант «Ребус решен, серд­це, поч­ки и лег­кие. Да здрав­ству­ет жел­тый дом» на мат­че Куб­ка Сер­бии «Нови Пазар» — «Рад». Напом­ним, что «жел­тый дом» — дом в Алба­нии, где удер­жи­ва­лись похи­щен­ные сер­бы, у кото­рых выре­за­ли орга­ны на про­да­жу косов­ские боевики.

В поне­дель­ник были аре­сто­ва­ны Эмир Р. (39 лет), Эдин П. (30), Мир­за Г.(30), Эмир Х. (21) и Энес В. (24) из фанат­ской груп­пи­ров­ки «Экс­тре­ми». Чуть позд­нее задер­жа­ны Ала­дин Д. (25) и Беча М.(25). Ведет­ся розыск еще 12 участ­ни­ков инцидента

По неофи­ци­аль­ной инфор­ма­ции, транс­па­рант был нари­со­ван 24 октяб­ря, непо­сред­ствен­но перед мат­чем 1/8 фина­ла Куб­ка Сер­бии «Нови Пазар» — «Рад» на ули­це Раси­ма Хали­ло­ви­ча. Пла­кат тай­но про­нес­ли на север­ную три­бу­ну Город­ско­го Ста­ди­о­на. Лиде­ры груп­пи­ров­ки «Экс­трем­ни» пред­ла­га­ли дру­гим фанат­ским груп­пам в горо­де при­нять уча­стие в выве­ши­ва­нии транс­па­ран­та, но все от подоб­ной идеи отказались.

Дан­ная акция ста­ла отве­том на транс­па­рант фана­тов клу­ба «Рад», появив­ший­ся на три­буне в мар­те нынеш­не­го года – ребус, реше­ни­ем кото­ро­го было «Нож, жица, Среб­ре­ни­ца» (Нож, про­во­ло­ка, Среб­ре­ни­ца. Среб­ре­ни­ца – место мас­со­во­го рас­стре­ла бос­ний­ских мусуль­ман во вре­мя вой­ны в быв­шей Югославии).

В вос­кре­се­нье, 28 октяб­ря, в ответ на акцию фана­тов «Паза­ра» на мат­че «Пар­ти­зан» — «Нови Пазар» фана­ты «Пар­ти­за­на» выве­си­ли на три­буне транс­па­рант с цита­той из кни­ги Вука Драш­ко­ви­ча «Нож»: «Алия!? А Спа­сойе Югович?»

В кни­ге Халил Сик­тер Эфен­ди объ­яс­ня­ет Алие Осма­но­ви­чу про­ис­хож­де­ние мусуль­ман в Бос­нии. На прось­бу пере­чис­лить пред­ков Алии о самом дале­ком пра­пра­де­де Халил Сик­тер Эфен­ди гово­рит: «Его роди­ли Цви­е­та и Спа­сойе Юго­вич», то есть бос­ний­ские мусуль­мане явля­ют­ся не более чем исла­ми­зи­ро­ван­ны­ми сербами.

Пресс-сек­ре­тарь клу­ба «Нови Пазар» Реджеп Корач, мяг­ко обой­дя инци­дент с уча­сти­ем фана­тов его клу­ба, потре­бо­вал при­мер­но нака­зать фана­тов «Пар­ти­за­на».

RuSerbia.com