В первые выходные июля будущего 2013 года состоится юбилейный Грушинский фестиваль. Всемирно известная «Груша» празднует свое сорокалетие. Правда, никто не скажет сегодня, где пройдет фестиваль и даже сколько их (фестивалей) будет. Разделение фестиваля на две части, одна из которых владеет площадкой, а другая – товарным знаком и авторскими правами, произошло больше пяти лет назад. Главный в СССР фестиваль бардовской песни. Культовый, легендарный, всемирный, и можно еще долго перечислять, подбирать превосходные эпитеты. Все это, похоже, в прошлом. Фестиваль утратил даже статус крупнейшего в России. Почему это происходит? Как остановить деградацию «Груши», и нужно ли для этого объединять фестивали?
Губернатор Меркушкин управляет Самарской областью недавно. Чуть больше полугода. Но уже стал в нашем краю легендарным персонажем. Так вот, одна из легенд гласит, что Николай Иванович настоятельно рекомендовал двум фестивалям и организаторам объединиться самим, а если сторонам не удастся договориться, губернатор обещал провести собственную «Грушу». Уже зная о его решимости, можно не сомневаться, что если понадобится – проведет. И «Грушу», и Вудсток. Тем более что этот фестиваль как раз из той самой, дорогой сердцу губернатора эпохи. Не сказать, что партийный фестиваль. Но в интервью «Новой» Исай Фишгойт, стоявший у истоков «Груши» и «ГМК-62», много говорил об участии горкомов КПСС и ВЛКСМ в создании и развитии грушинского движения. Советские традиции для Меркушкина святы. А значит, фестивали перед юбилеем начнут объединять. Зная нашу запоздалую административную прыть, можно предположить, что вспомнят про эту проблему и наказ губернатора, может быть, в апреле-мае. Начнут слеплять воедино в приказном порядке административными способами. И это погубит фестиваль окончательно. Потому что конфликтующие стороны не заинтересованы в примирении и воссоединении. Им лучше порознь.
Слишком широкая платформа
Фестиваль, получивший название «Платформа», занимает сегодня Грушинскую поляну на Мастрюках. Здесь находится знаменитая Гора, Гитара, и в сознании большинства именно это место является «Грушей». Название не так уж и важно. Компания «Мета», занявшая площадку, по-хорошему всеядна и ставит перед собой задачу создать на Мастрюках полноценный фестивальный комплекс, который будет плотно загружен весь сезон, а не только неделю в начале июля. И, надо сказать, на этом направлении есть интересные результаты. Практически состоялся как проект «ГЭСфест», «выстрелил» в 2012 году «Метафест», организованный в основном нашим постоянным автором Андреем Кочетковым. Учитывая специфику современной музыкальной культуры, можно предположить, что эти фестивали имеют перспективу ничуть не хуже, чем «Платформа имени Грушина». И с точки зрения посещаемости/популярности, и с точки зрения коммерческой отдачи. Тем более, что соединятся с Грушинским клубом, который ведет бизнес не слишком успешно, если и придется, то на условиях не самых выгодных, а скорее всего, даже унизительных. И никаких особенных профитов «Мета» и ее владельцы не получат. Кроме, конечно, неосязаемой в материальном плане радости от возможности честно назваться Грушинским фестивалем. Престижно, конечно, но если за это нужно делиться прибылями… То есть эпоха все-таки изменилась.
Дело Грушина-Кейльмана живет и побеждает
Владелец и правообладатель Кейльман если и будет объединяться… То есть нет. Объединяться он вообще не хочет. По его мнению, площадка фестиваля была захвачена рейдерами, которые должны уйти. Нахождение фестиваля на Федоровских лугах невыгодно. Это не то место, оно объективно менее приспособлено для крупных фестивалей, а инвестиций в инфраструктуру Грушинский клуб сегодня сделать не в состоянии. Посещаемость этого фестиваля невелика и не имеет тенденции к увеличению. Злые языки утверждают, что Кейльман не смог бы провести фестиваль без поддержки правительства, но поддержка ему гарантирована. Правительство Самарской области и администрация городского округа помогает обоим фестивалям. Видимо, не в силах решить, кто же тут прав. Впрочем, права, напомним, целиком и полностью принадлежат господину Кейльману. Все суды «Мета» проиграла. И теперь этим делом занимается Страсбургский суд. Впрочем, особого шанса европейская Фемида не дает. И для оргов «Платформы» это, скорее, чисто формальный шаг в их желании честно дойти до конца. На Федоровских лугах борются за чистоту жанра, но это скорее минус фестиваля. Существует даже такая конспирологическая версия, что весь этот разлад в мир бардовской песни привнес Олег Митяев, который посоветовал Кейльману хороших московских юристов. Не оставивших шансов «Мете» и отдавших Грушинский бренд навечно
г. Кейльману. Зачем это надо Митяеву? Якобы для того, чтобы забрать у Грушинского лавры крупнейшего фестиваля и отдать их, скажем, бардовскому фестивалю «Ильменка», который сам Митяев и организует. Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались!!!
А где же бренд?
Все эти неприглядные истории были бы совсем неинтересны и не заслуживали бы и толики нашего внимания, если бы в процессе этих дрязг и разделов имени и места не разрушался постепенно уникальный имидж фестиваля, его доброе и великое имя. От него уже сейчас мало что осталось. И Кейльмана, и «Мету» можно, наверное, понять. Для одного – это единственный смысл жизни и объединение на паритетных началах подобно смерти, для других отдать нетерпимому и сварливому конкуренту площадку только потому, что он ухитрился приватизировать фамилию Грушина, наверное, не представляется хорошим решением. А как же быть самарцам? Тем, кому фестиваль дорог не потому, что он может приносить прибыль. И не потому, что вся жизнь отдана бардовскому движению.
Как сохранить это уникальное явление? Как не вывалять в грязи дрязг это святое имя? Как объяснить людям со всего мира, что Грушинский фестиваль действительно дорог нам, жителям Самарской области, мы ценим его не только на словах во время торжественных выступлений, и что он не является разменной монетой для политиков, легкомысленно раздающих невыполнимые обещания? Конечно, можно подождать, пока проявится политическая воля. Но, по нашему глубокому убеждению, это произойдет слишком поздно и не будет решением. Возможно, и сейчас уже поздно. Но надежда еще остается. Поэтому, не дожидаясь весны и осознавая всю сложность проблемы, редакция «Новой газеты в Поволжье» планирует провести в начале декабря круглый стол по теме «Возможности сохранения и развития традиции бардовских фестивалей в Самарской области». С привлечением всех заинтересованных сторон, правительства области и города, общественности и всех, кому небезразлична судьба фестиваля и память Валерия Грушина. Не хотелось бы ее позорить. Хотелось бы вернуть нашей губернии этот прекрасный фестиваль и встретить на нем столько гостей, сколько их было в теперь уже далеких восьмидесятых. Это важнее доходов и правообладания.
так Селигер-то будет на Груше? ))
Глупый вопрос. Если судить по сообщениям прессы, молодёжный форум типа селигер планируется на Грушинской поляне (пока непонятно какой) в июне. Бывает ли Груша в июне?
…И те , и другие зацепились за землю. Нужно искать другое место в области- земли-то полно ! — и начать сначала . Если истинно — прорастет !
Ещё один интересный комментарий. Вы считаете, что нужен третий большой фестиваль авторской песни в то же время в Самарской области? На Мастрюки народ приедет, даже если там фестиваль категорически запретить. Кейльман кормит свою команду, он свой собственный фестиваль теперь до смерти будет вынужден проводить. То есть два фестиваля точно останется, ещё третий хотите? Была попытка. Сделали «Мир Бардов». Так там посещаемость оказалась немного другого порядка, таких фестивалей можно ещё создать, но с тем же успехом. Можно по-другому поступить, областные деньги вложить в «Рок над Волгой» и т.п., но это принципиально другой фест, он для потребителей, а тут фест был и остаётся обеими своими ипостасями для творческого участия, и он таким образом антипотребительский, то есть гораздо области и обществу (в теории) полезнее.
«Рок над Волгой» надо проводить в эти же числа, что и Грушинский. Очевидно, что фестиваль, который с 2006 года «выселен» с Мастрюковских озер на Федоровские луга обладает бОльшим первородством, ибо продолжает первоначальную песенно-конкурсную и гражданско-эстетическую линию. Но есть ли у Грушинского клуба во главе с уважаемым Борисом Кейльманом право на монополизацию де-факто ритуального события, которое давно уже стало международным символом и песенно туристическим «магнитом» Самары и Тольятти?
Столь же смехотворна и позиция «конкурентов» кейльмановского кружка. Откуда «свалился» арендатор фестивального полигона в лице научно-производственный фирмы «Мета»? Я не имею в виду фактологию происхождения этой фирмы, изгнавшей «исторических организаторов» из известного всему поющему под гитару трогательные щемящие песни человечеству мастрюковского ландшафта со знаменитой горой и озерами. Я об отсутствии культурно-ментальной вменяемости у приватизаторов едва ли не главного регионального бренда, соревнующегося по феноменальности с американским битническим Вудстоком и шотландским театральным Эдинбургом.
С какой стати племянник Валерия Грушина и замечательный космонавт в роли «свадебного» генерала Георгий Гречко становятся аргументами в этой бессмысленной и сюрреалистически комической борьбе? Только Гречки в Самарской области и не хватает в роли покровителя бардовских муз…
И почему городские власти взяли сторону организаторов «Платформы» (не путать с гениальным романом Мишеля Уэльбека)? Нет, я не к тому, чтобы они поддержали хранителей «первоначального бардовского братства и песенства» Кейльмана и его команду. Но неужели они не понимают, что единственное уникальное социально-культурное явление без преувеличения международного масштаба, деградирует и исчезает с карты Самары и Самарской области?
Смешны и попытки помирить два фестивальных «лагеря» с помощью сочувствующих одной из сторон конфликта представителей самарской городской власти. Груша возникла как самодеятельное неформальное детище научно-технической советской интеллигенции, и его судьба должна решаться максимально представительным общественным форумом. Причём, общероссийским или даже международным. Ведь Груша – это, конечно, сотни тысяч загорелых интеллигентов, студентов и опростившихся чиновников. Но это и неотвратимо Визбор, Городницкий, Берковский, Анчаров, Васильев, Ващуки, Егоров, Клячкин, Митяев, Хомчик, Иващенко, Ланцберг, Кукин, Никитины и прочие, не менее любимые.
Грушинский фестиваль, чтобы не говорили ироничные критики (и я в их числе) туристическо-бардовской эстетики и умиленного сентиментального экзистенциализма, стал уникальным неофольклорным и неокарнавальным событием, на которое съезжались одновременно свыше двухсот тысяч человек. А гуманитарно-этический пафос и самоорганизация позволили говорить о Груше как о заповеднике гражданского общества задолго до всех оккупаев. На наших глазах Самара (равно как и Тольятти) теряет, то есть откровенно и невменяемо «сливает» единственный на самом деле туристический и метакультурный бренд и символ региона…
Интересно, откуда взяли эту ложь «Николай Иванович настоятельно рекомендовал двум фестивалям и организаторам объединиться самим, а если сторонам не удастся договориться, губернатор обещал провести собственную «Грушу» Меркушкин-то об этом ничего не знает, ничего не рекомендовал двум фестивалям и не собирался провести собственную Грушу. Правда, проскочила где-то до этого инфо, что Меркушкин собрал вместе Кейльмана и Мартынова и предложил им объединиться. Так вот это — то же ложь. Да, видно, что автор статьи не разбирается ни в авторской песне ни в Грушинском фестивале. Я сомневаюсь, что он был когда-то на фестивале. видно, что интересы музыкальные у него совсем другие и статью он писал не от души и не понимает, что за фото он выложил. Скорее всего вся инфо по Мастрюкам получена от Воронова. У Кейльмана он ничего не спросил, наверное, все сам знает. Автор (Учился в Самарский Государственный Университете 91–93, в смысле не доучился) озабочен почему-то какой-то непонятной борьбой с Меркушкиным. Это видно и по прежним его статьям. А уж судьба фестиваля автора точно не волнует и не надо было ему притворяться.
Научитесь читать. Там написано — «одна из легенд». И есть люди в нее верящие. Но вы не из их числа. На фестивале я много раз был. Первый раз — лет 20 назад. Не ездил последние годы, потому что неинтересно. Борьбой не озабочен, озабочен тем что рдин из немногих символов нашего края разрушается нашими же руками. И еще. Есть у вас имя-фамилия, может быть?
Я скажу, откуда «свалилась» Мета. Её пригласил Кейльман, заставил взять землю в аренду, сделал с ней совместное предприятие… и отказался от всех договоренностей и своей подписи. Космонавта Гречко Кейльман (!!!) пригласил на свой первый постраскольный свадебным генералом, то есть Гречко приехал на Грушу на Федоровку, чтобы помочь Кейльману бороться со страшными рейдерами, но космонавт довольно быстро разобрался в ситуации и с тех пор реально много помогает народному фестивалю на Мастрюках, без его неустанного лоббирования мы бы вряд ли бы смогли развиваться. То есть, пожалуйста, не наезжайте на Георгия Михайловича.
По поводу племянника, т.е. Михаила Грушина. Единственный агрумент племянника Вы же сами и привели: все живые родственники Грушина категорически против того, чтобы из памяти Валеры делали товарный знак или монополию. Племянник за то, чтобы фестиваль остался неотчуждаемой традицией области. Сейчас, если Вы не в курсе, Кейльман имеет юридическое право его перенести, например, в Ульяновскую.
Так что Вы задавайте вопросы, все ответы давно уже есть в открытых источниках, Вам помогут разобраться.
Совсем забыл! Важное дополнение. Племянника на фестиваль привёл (Вы уже догадались?) сам Кейльман. Ему была нужна подпись наследника, чтобы первый раз зарегистрировать фамилию, как знак.
Позвонили ребята из Самары, попросили доказательства того, что Михаил Грушин, Николай Мартынов и Георгий Михайлович Гречко в Грушинском фестивале участвовали с подачи Кейльмана. Привожу доказательства: http://kozhekin.livejournal.com/856724.html Первая фотка — бывш. премьер Кириенко в гостях у фестиваля, рядом с ним в майке оргкомитета Михаил Грушин, в тот момент он практически второе лицо на фестивале, поэтому и в кадре с самым главным гостем. Вторая фотка: руководство фирмы «Мета» обнимается с Борисом Кейльманом. Третья фотка: главный гость первого послераскольного фестиваля на Фёдоровских лугах. Подобных фоток я собрал целую папку, жаль, что ни один профессиональный журналист ни разу не занялся нормальным расследованием, кто захочет во всем скрупулёзно разобраться — папку с удовольствием отдам. Новая газета, кстати, пыталась в 2007 небольшое журналистское расследование организовать, но дальше двух интервью не пошли, хотя можно и нужно было.
А фотографии, Кожекин, лишь доказательство того, что все они знакомы между собой, были одной командой на Мастрюках, но теперь уже не вместе. И Гречко вон какой довольный после гостеприимства Юры Грушина! Хорошая фотография. Показательная. Вот и так бывает… А в противовес всему этому — Грушинский на Федоровке, который живет и собирает десятки тысяч благодарных участников и гостей, практически с нулевым денежным балансом. Вот не даст Мартынов денег и потребует оплаты у оргов «Платформы» за аренду своей поляны и не будет там ничего, кроме дохленькой пустующей турбазы. Николай Васильевич это прекрасно понимает. А вот на Федоровских и без копейки денег Грушинский клуб фестиваль проведет. Сядут у костров и споют свои песни, как это было с 1968 — 1979 годы. Потому что именно там истинно-Грушинский фестиваль, который проводят бессеребряники, настоящие друзья Валерия Грушина и Грушинского клуба.
Бессребряники. Позвольте узнать, каков основной доход «освобожденных работников» Вашего Фёдоровского оргкомитета. Где они работают, кроме Грушинского Клуба и его магазина? Вы хотите сказать, что даже не сообщая зрителям расписание и список гостей своего фестиваля, сделав платным не только въезд на фестиваль (800 рублей), но и все туалеты на фестивале, Вы всё равно сможете привлечь к себе столько людей, чтобы круглогодично платить зарплату своим освобождённым работникам? Мне, в целом, это всё не очень интересно, наживайтесь на памяти Вашего «друга», если совесть позволяет, но прекратите всюду цинично кричать, что народный некоммерческий фестиваль на Мастрюках МЕШАЕТ Вам зарабатывать эти деньги.
Это Вы кого имеете в виду? Примерно половина «освобожденных работников» оргкомитета Грушинского фестиваля — пенсионеры, так как учились вместе с Валерием Грушиным и возраст их подходит к семидесяти годам. Соответственно в все свободное время занимаются внуками, дачами и посещением концертов, которые, чаще всего, сами и организуют. У Грушинского клуба нет собственного магазина. Не надо распространять эту ложь. Много людей, читающих эту газету, в курсе и смеются нам всеми Вашими «фактами». Собственником магазина «Перевал» является Сергей Советов. Если он кого-то из Грушинского клуба взял к себе на работу, то это не значит, что прибыль от продаж в магазине получает клуб. Многие из членов Оргкомитета имеют свой бизнес, работают руководителями в различных фирмах. А в первые выходные июля берут отпуск и абсолютно бесплатно там «отдыхают», возглавляя службы фестиваля. И я уверенно могу утверждать, что «даже не сообщая зрителям расписание и список гостей своего фестиваля, сделав платным не только въезд на фестиваль, но и все туалеты на фестивале», на Грушинский фестиваль приедет столько людей, что займут палатками все полянки, и опять будет сумасшедшая очередь на въезд. Потому что и с нищенским бюджетом Грушинский клуб умудряется создать душевную атмосферу и задать высокий творческий уровень. И не мешает никому из Грушинского клуба Ваш фестиваль «Платформа», потому что он оттягивает на себя Метафестовскую аудиторию, которой не интересна авторская песня, а нужна тусовка с пивком. Поэтому и пьяных на Грушинском редко увидишь, и мата почти не слышно. Поэтому и разрастается «Детская поющая республика». Не страшно родителям за своих детей.
Вы можете пытаться врать себе и части людей, но долго и всем — не получится. Вы хотите сказать, что Ваши «освобожденные» не получают зарплату от Грушинского клуба? Хо-хо. Ну давайте тогда проведём новый этап журналистского расследования?
А по поводу пивного контингента на Вашей поляне — http://youtu.be/8siH68vtI4s Вы вот этот ролик поглядите и догадайтесь, на какой из двух полян в этом году он снят. Мне бы своих детей было страшно в такую кампанию отпускать. У нас всё-таки сильно больше порядка и меньше алкоголя на фестивале. Вы просто попробуйте про Мастрюки хоть что-нибудь подобное найти.
Обещенное журналистское расследование выявило, что у Грушинского клуба точно есть свой магазин, то есть поздравляю Вас — Вы нам всем соврали.
Вот прувлинк.
Там http://areal-outdoor.ru/index.php?id=11черным по белому написано, что клуб держит магазин. Обратите внимание, что упомянутый Вами ИП Советов числится в той же ссылке, но про него не написано, что он клубный и грушинский. Судя по тому, что в первый раскольный год Советов числился у Вас директором всего (он тогда, скорее всего, контролировал весь доход с рынка и лично — это задокументированно — соврал Вам на собрании клуба, что Мартынов предлагает неприемлимые условия для проведения фестиваля), потом имел место «развод» между Кейльманом и Советовым, в результате которого магазин «Перевал», который во многих-многих местах в интернете ранее до этого обозначался, как «магазин Грушинского клуба» остался Советову, а собственный магазин Кейльмана стал называться ИП Фофанова А.А.
вот ещё раз ссылка на Перевал, как «магазин Грушинского клуба» http://www.samru.ru/society/culture/54120.html
Рискну предположить, что бизнес-схема того, кто у Вас зарабатывает на этом магазине держится на том, что на Федоровке до сих пор довольно обширная ярмарка туристической снаряги, и любой предприниматель на месте того, кто у Вас её контролирует, в целях наживы в течение года обязательно держал бы собственный магазин такой снаряги, а за аренду места на фестивальной ярмарке брал бы в том числе товаром и выгодными контрактами. Схема довольно серая, но, вполне, жизнеспособная.
Как Вы думаете, почему те, кто у Вас отвечал за рынок, настолько испугались в 2006 году, что главный меценат фестиваля Мартынов будет подробно знать, что происходит на этом рынке, что даже решили с ним взять да поругаться? Надо бы серьёзно порасспрашивать всех Ваших околофестивальных предпринимателей.
Вы их продолжаете, кстати, называть «бессребренниками»? Ну вот ведь зря.
Когда состоится Круглый стол? Есть ли уже список участников?
Не так, Кожекин, все было.
Мартынов приехал сам. Кейльману сказали, что есть потенциальный спонсор, а кто же от спонсоров отказывается? Кейльману в кошмарном сне не могло присниться, что Мартынов у него поляну отхапает. Конечно, Мартынов думал, что Мастрюковская поляна и фестиваль — одно целое. Ан, нет. Тут у него промашечка вышла. Тогда он сначала купил Самарских бардов, думая, что сможет Грушинский приватизировать. Для этого ему и нужен был еще и родственник, пусть и очень дальний — Миша Грушин. Его он тоже купил, так как тому не удалось у Кейльмана бабками разжиться. Он хотел со знаменитой фамилии дивиденты получать. теперь-то он, конечно, отнекивается, мол, только за идею судился. Ну, да, бог ему судья!
Три года, пока шли суды, Самарские барды делали фестиваль. Развитие динамики было на лицо. Народа стало приезжать все больше. Потянулись старики, которые из-за неформата последних Грушинских перестали ездить. Но денежной прибыли, на которую Мартынов рассчитывал, не было. Конечно, ему стали открываться какие-то административно-властные дверки при упоминании о том, что он «делает Грушинский фестиваль». Но все суды «Метой» и Мишей Грушиным были проиграны. Мише даже не помогло то, что он получил «Свидетельство о смерти» Валерия Грушина, которое никак не хотели оформлять покойные родители Валерия. Михаилу данное «Свидетельство» потребовалось, чтобы оформить наследственные права на фамилию, ну, и на «Грушинский фестиваль». Но опять у него обломс случился. В наследство ему досталась 1/3 непрофессиональных магнитофонных записей песен студенческого трио «Поющие бобры». Почему 1/3? Да потому что два других участника Вячеслав Лунев и Анатолий Головин (кстати, орг на Федоровке). Конечно, есть еще и такая тяжелая артиллерия, как космонавт Гречко, который действительно, приехал на Грушинский к Кейльману, а потом его обаял Мартынов. Отвез на Мастрюки, познакомил с Мишей Грушиным, обрисовал ситуацию в выгодном для себя свете. Теперь у них, вроде и бизнес общий. И совместные дела какие-то и семьями дружат.
НО!!! Задушить Грушинский на Федоровке всей этой разудалой команде не удалось. Мартынов-то думал, что деньги решают всё, но просчитался. Народ проголосовал ногами. И протаптывал на Федоровку все новые маршруты.
СамБардов с Мастрюков выгнали. Тогда СамБарды раскололись и от них отпочковался Союз бардов Самары. Они предложили Мартынову проводить фестиваль, но уже по договору (за деньги, короче). Ну, никто просто так не хочет с Мартыновым работать!!! Это на Федоровке команда Грушинского клуба на голом энтузиазме пашет. Не на дядю Борю, не за деньги, а за идею. И только так!
Союз бардов Самары при поддержке заезжих московских блюзменов-Рок-н-ро?льщиков (полагаю, тоже не за бесплатно)пытаются заманиловом на всяких столичных звезд (которые стоят тому же Мартынову огромных гонораров), заказными статьями и телепередачами, сумасшедшими баннерами и огромными афишами по всей Самаре и Тольятти (тоже, кстати, на денежки Мартынова. Мне, прям, жаль его! Сколько он уже миллионов зарыл в эту поляну), поломать ситуацию. Сделать всё, чтобы народ с Федоровки стройными рядами на Мастрюки перебрался. Но пока ничего не выходит у них. Уверенность у меня, что и не выйдет.
Новый же Губернатор Самарский — мужик, вроде мудрый. На него вся надежда!
Может, он своей властью уже расторгнет этот противозаконный договор аренды Мастрюковской поляны (тем более он там уже и новых министров назначил), и возьмет Грушинский фестиваль и Грушинский клуб под свое покровительство.
И сразу всё встанет на свои законные места.
И народ скажет ему за это спасибо.
И вновь фестиваль обретет былую славу и любовь многотысячной бардовско-туристической общественности. Знаю, многие ждут этого и не едут никуда, пока Грушинский клуб не вернется обратно на свою поляну. Говорят, что душа Грушинского ушла вместе с клубом и Поляна уже не та…
Огромное спасибо за подробное изложение мифологии Бориса Кейльмана, очень жалко, что изложение анонимное, но уверен, что Вы очень близко знакомы с оргкомитетом Фёдоровки, потому что сейчас изложили до мельчайших тонкостей их позицию. Позвольте указать Вам на ряд неувязок в Вашей картине мира:
1) Мартынов у него поляну отхапает -
Поляна принадлежит и принадлежала государству. Кейльман ею никогда не владел, даже в аренду её у государства не брал, до Меты поляна была в аренде у ГУП Самара Гео, которому Кейльман не давал работать, шантажируя в случае, если не он лично будет контролировать входящий денежный на стоянке и рынке, что он уведёт фестиваль из области.
2) Мартынов приехал сам
Куда? На фестиваль? Конечно сам, он к моменту, как в Жигулевск за помощью приехал Кейльман, посещал фестиваль уже много лет. Более того, в 2005 году, ещё до раскола, Мета уже официально упоминается как спонсор фестиваля, в дораскольный 2006ой тоже числится спонсором.
Для того, чтобы понять логику событий, предшедствующую ссоре Кейльмана с Мартыновым, изучите, сначала пожалуйста их учредительные документы по Фестпарку. Найдёте их в открытом доступе, я, в том числе, выкладывал. Согласно моим долгим и кропотливым изысканиям, момент конфликта — это когда Кейльман требует у нового арендатора отдать ему поляну на время фестиваля, категорически не лезть в аудит денежных потоков фестиваля, ограничиться как обычно просто обычным крупным меценатским взносом, а Мартынов говорит, что субаренда поляны юридически невозможна, а фестиваль они будут делать вместе, как до этого и договорились, через их совместное предприятие. В ответ Кейльман вызывает милицию, заявляет, что поляна захвачена рейдерами, но потом отзывает своё заявление и начинает тихонько безрезультатно шантажировать Мартынова, а потом вообще подает в суд, что его подпись под учредительными документами совместного предприятия подделана.
3) Посмотрите внимательно историю судов, она тоже лежит в свободном доступе. Инициатором судов выступил Кейльман, боролся он против своего же фонда, где директором его старый товарищ Михаил Грушин, в процессе судов Кейльман смог доказать ‚что Грушинский не является производным от имени Валерий Грушин, а сам Валерий Грушин не имеет наследников, поскольку… юридически жив. После этого Кейльман умудрился с жуткими нарушениями зарегистрировать товарный знак «Грушинский» и после этого началась судебная война всех родственников Грушина против этой торговой марки. Война не окончится, в результате Грушины в ней наверняка победят.
Теперь посудите сами, если бы Мартынов, Михаил Грушин или кто-либо другой хотели бы приватизировать Грушинский, почему не они сами зарегистрировали фестиваль как товарный знак? Обратите внимание, что Мета к судам вообще не имела никакого отношения, кроме того, что упоминаются в вердикте загадочного заседания самарского ФАС, где Мета упоминается в числе четырёх организаций, которые мешают коммерческой деятельности обладателя торговой марки «Грушинский».
4) Про Самбардов Вы меня вообще напугали. Внимательно вчитайтесь в свои слова. Вас послушать, так получается, что три года без Кейльмана Грушинский на Мастрюках рос и развивался, но поллец Кейльман успешно торпедировал этот фестиваль тем, что через ФАС запретил Самбардам организовывать Грушинский.
5) Голый энтузиазм и работа за деньги. Ну Вы попробуйте немного порассуждать. Давайте подумаем, каковы критерии бескорыстия в этом случае. Например, предположим, что те, кто наживаются на фестивале (по идее) могут тогда нигде, кроме структур фестиваля и не работать. Я не в курсе СамБардов, не участвовал тогда в оргкомитете, но про Платформу и её нынешний оргкомитет, хочу категорически Вам заявить, что ни одного «освобожденного работника» у нас в команде нет, все воспринимают фестиваль, как дорогущее хобби. Про каждого нашего участника оргкомитета, я могу рассказать Вам, какова его основная сфера деятельности. У нас в оргкомитете трудятся космонавт, профессиональные артисты, директора крупных предприятий, учёные, бухгалтера, дизайнеры, инженеры, и ни одного человека, у кого фестиваль и его структуры это источник дохода.
Сравните, пожалуйста, с Фёдоровкой, где оргкомитет кормится с фестиваля круглогодично. Посмотрите их старые финансовые отчёты, там есть цифры, поспрашивайте у основных из них, где они кроме структур своего фестиваля работают. Я, конечно же, уверен, что часть фёдоровского оргкомитета работает на голом энтузиазме, но я обычно знаю тогда, какова основная работа этих людей. Совсем другой вариант — работа в магазине Грушинского клуба и получение денег (смешных, но факт, что денег) за благотворительные концерты, представляющие весь Грушинский фестиваль — ведь это же прямая круглогодичная нажива на памяти Валерия Грушина, Вы не находите? Слава Богу, у нас на Мастрюках ни одного подобного человека нет, то есть мы по идеологии ближе к тем энтузиастам, которые когда-то создали фестиваль.
Я немного устал Вам возражать, давайте перейдём к финалу. Я так понял, что Вы за то, чтобы государство расторгло арендный договор, приносящий области более трёх миллионов в год и приносящий более пяти миллионов меценатской помощи народному фестивалю на Мастрюках. Вы в курсе, что всё, что зарабатывается на парковке, таможне и ярмарке Мета отдаёт нашему фестивалю, добавляя ещё сверху свои? Вы хотите, чтобы эти деньги опять шли через мутную паразитическую надстройку?
Вы ненавидете Самарскую область и тысячи людей, которые сейчас приезжают на Мастрюки? Всё из-за любви к агрессивным мифам Кейльмана? Я могу Вас только пожалеть.
Владимир, Вы знаете всю эту историю очень однобоко, и «факты», которыми Вы располагаете получены из враждебных Грушинскому клубу и лично Кейльману, источников. Так что их истинность очень сомнительна. Сложный, если не сказать, резче, характер БРК, породил огромное количество его личных недоброжелателей. Ведь он не раз своей властью вычеркивал кого-то из Гала-концертов. Правильно это было? Кто знает… Но то, что он у него есть чутье на талантливых исполнителей, огромный опыт делать концерт-праздник — это факт. Однако те, кого он вычеркивал обижались, что естественно. За 40 лет таких обиженных накопились десятки. Теперь они обласканы и востребованы у вас на «Платформе». И это хорошо! А земля там, конечно, государственная. Поэтому было бы здорово, если губернатор своей властью досрочно расторг договор аренды. Вы говорите про тысячи людей приезжающих на Ваш фестиваль… Они приедут и без Вас, Володя. Они закрепились не за фестивалем, а за своими насиженными годами стоянками. Зато за Грушинским клубом вернутся несколько десятков тысяч, ушедших на Федоровку. И приедут те, кто зареклись приезжать, пока Грушинский не вернется на свою родную поляну. Вот и будет опять более ста тысяч участников. Так что и область и Грушинский фестиваль я люблю. Это моя Родина, моя молодость и мой любимый фестиваль. Вы же появились недавно, к тому же не местный, не знаете нашей истории, а лезете в чужой монастырь со своим уставом.
Вы хотите, чтобы самарская казна лишилась трёх миллионов рублей в год, а фестиваль минимум ещё пяти миллионов рублей в год? Ну Вы — патриот прямо-таки.
Вы расскажите, пожалуйста, так как вижу, Вы в курсе всей внутренней кухни Кейльмана, а почему он вообще ушёл-то? Что конкретно его не устраивало? Почему сейчас не готов вернуться? Ему на Мастрюках просто денег будет мало?
Казна не лишится трех миллионов в год. А вместо 5 млн. Мартынова область даст десять, а то и больше. Клуб прекрасно делал десятки лет фестиваль без него и его фирмы, обходились как-то. Кухню Кейльмана я не знаю, но много лет хорошо знаю его самого и членов Оргкомитета и Грушинского клуба. Сейчас он не вернется, прежде всего из-за таких как Вы, Вова, которые оболгали его и других из его команды. На сим всё, улетаю в командировку.
То есть Вы, дорогой анонимный патриот Самарской области, за Самарскую область решили, что Самарская область теряет 8 млн и попадает ещё на 10 млн, которые вручаются лично Кейльману.
Отличное предложение. Минус 18 миллионов рублей бюджету Самарской области.
А что за это получит область?
Вовка, а ты прям патриот Самарской области, и что бы область делала, если бы не было Вовки Кожекина?