Очень светский репортаж.

День рож­де­ния Новой газе­ты — 1 апре­ля, в этом году это был юби­лей – два­дцать лет! два­дцать лет, чья-то пол­но­цен­ная жизнь с мла­ден­че­ством, пере­ход­ным воз­рас­том, выпуск­ным вече­ром и пер­вым алко­голь­ным отрав­ле­ни­ем; серьез­ная дата, тре­бу­ю­щая серьез­но­го отно­ше­ния. Редак­ция отнес­лась серьез­но, и уже за месяц, за два разо­сла­ла стиль­но оформ­лен­ные при­гла­си­тель­ные биле­ты (кар­тин­ка – паро­воз рабо­ты Пет­ра Сару­ха­но­ва). Поми­мо все­го про­че­го празд­не­ство реше­но было отме­тить пре­мьер­ным пока­зом филь­ма Алек­сея Гер­ма­на по пове­сти Стру­гац­ких «Труд­но быть богом». «Вы ста­не­те пер­вы­ми зри­те­ля­ми кино, кото­рое при­зна­ют миро­вым шедев­ром», — зна­чи­лось на при­гла­си­тель­ных биле­тах с паровозом.

Пер­вых зри­те­лей собра­лось нема­ло, кино­те­атр «35 мм» на Покров­ке пол­нил­ся зна­ме­ни­то­стя­ми всех типо­раз­ме­ров: вот Миха­ил Сер­ге­е­вич Гор­ба­чев. Вот Федор Бон­дар­чук. Вот Игорь Люби­мов. Ксе­ния Соб­чак, Ксе­ния Соб­чак, шур­шат голо­са. В чем Ксе­ния Соб­чак? В чем-то джин­со­вом. Алек­сей Наваль­ный в синем сви­те­ре, ворот­ник рубаш­ки тор­чит. Ири­на Яси­на, стро­гая, но улыб­чи­вая. Евге­ния Аль­бац. Глав­ный редак­тор Дмит­рий Мура­тов встре­ча­ет гостей. При­ни­ма­ет поздравления. 

Лег­кий фур­шет. Строй­ные ряды бока­лов: белое вино, крас­ное вино, мине­раль­ная вода, апель­си­но­вый сок. Устро­и­тель­ни­ца фур­ше­та в пиджач­ке кре­мо­во­го цве­та суе­тит­ся. Нуж­но, что­бы шаш­лыч­ки из сем­ги пода­ли потом, а их несут уже сей­час. Убрать к чер­ту шаш­лыч­ки, заме­нить руле­ти­ка­ми из беко­на с кура­гой. За руле­ти­ка­ми тянут­ся руки, тарел­ки мечут­ся, и два кана­пе, пожа­луй­ста. Вис­ки? Кто выста­вил вис­ки, это все для after party, не сей­час. Гос­по­ди, идиоты. 

Дама в пла­тье с широ­ко откры­той спи­ной про­тя­ги­ва­ет руку для поце­луя муж­чине ростом с бар­ный табу­рет. Вы как пред­по­чи­та­е­те кушать икру? Мне нра­вит­ся с холод­ной вод­кой, зна­е­те. А еще есть суп с икрой, немец­кий суп с икрой. Но здесь он, к сожа­ле­нию, не пред­став­лен, а вот в Мюн­хене мы еда­ли, еда­ли. Что вы гово­ри­те, ну какой немец­кий суп с икрой? Немец­кий суп с лес­ным каба­ном или фаза­ном и капу­ста. Нем­цы абсо­лют­но неве­же­ствен­ны в плане дегу­ста­ции икры, они ее с кар­тош­кой меша­ют, пюре, а я вам гово­рю: толь­ко ледя­ная вод­ка. Посмот­ри­те, это не кино­кри­тик ли Т.? Да, это она. Ужас­но выгля­дит. Она все­гда так выгля­дит. А что это на ней за под­гуз­ник? Это дизай­нер­ские шор­ты, она все уши про­жуж­жа­ла, что при­об­ре­ла их за пол­то­ры тыся­чи евро, какой кошмар.

Глав­ный редак­тор окру­жен людь­ми. Пере­хо­дит от одной групп­ки к дру­гой, все по пра­ви­лам свет­ских при­е­мов: не задер­жи­вать­ся с отдель­ным чело­ве­ком доль­ше двух минут. О чем был фильм? Вы посмот­ре­ли фильм? Отлич­ная рабо­та. Сырой. Неправ­до­по­доб­но пре­крас­ный! Недо­ра­бо­тан­ный. И этот финал. Вам понра­вил­ся финал? Будь­те любез­ны, повто­ри­те нам крас­но­го вина. Даме бело­го. Даме виски!

Поми­мо дру­зей «Новой газе­ты» здесь при­сут­ству­ют и её соб­ствен­ные кор­ре­спон­ден­ты, кото­рых ожи­да­ет зав­тра тра­ди­ци­он­ный обед с глав­ным редак­то­ром, но слож­но най­тись и само­опре­де­лить­ся в тол­пе. Зато в тол­пе мож­но отжать моби­лу Евге­нии Аль­бац, об этом зары­да­ет Твит­тер на сле­ду­ю­щий день, затре­бу­ет жур­на­лист­ско­го расследования. 

Неиз­вест­но, таким ли пла­ни­ро­вал­ся этот фильм, или по идее он дол­жен быть дру­гим, совсем дру­гим, сопро­вож­дать­ся саунд­тре­ка­ми, иметь ярко выра­жен­ные нача­ло, куль­ми­на­цию и конец. Гово­рят: рабо­чие мате­ри­а­лы. Дей­ствие про­ис­хо­дит то ли на араб­ском база­ре, а может быть, и нет. Может быть, зри­тель­ни­це не хва­та­ет пони­ма­ния. Но момент тор­же­ствен­ный, и Дмит­рий Быков пред­ва­ря­ет речью. Гас­нет свет. Места на при­став­ных сту­льях все заня­ты. Рас­са­жи­ва­ют­ся на сту­пе­ни, на пол, под­жи­ма­ют ноги в хоро­шей обуви.

Тусов­ка инва­ри­ант­на, что на пафос­ном сто­лич­ном меро­при­я­тии, что в самар­ском клу­бе образ­цо­вой куль­ту­ры, и все­гда оты­щет­ся сума­сшед­ший, даже несколь­ко, жад­но поеда­ю­щий, не отхо­дя от фур­шет­но­го сто­ла, гор­стя­ми изыс­кан­ные тар­та­лет­ки и еще все это дело запи­хи­ва­ю­щий по кар­ма­нам. Вот девоч­ка непо­нят­ных лет: в каж­дой руке по воз­душ­но­му шару, где толь­ко и взя­ла, шары напол­не­ны гели­ем и при­вя­за­ны бумаж­ны­ми лен­точ­ка­ми к запя­стьям, что­бы не уле­те­ли. Девоч­ка ата­ку­ет крас­но­го от ужа­са моло­до­го чело­ве­ка с порт­фе­лем Dr.Koffer, обни­ма­ет его за шею и сколь­зит мок­рым откры­тым ртом вниз, сди­рая пуго­ви­цы от рубаш­ки. Моло­до­го чело­ве­ка никто не спе­шит спа­сти, и он прыж­ка­ми, через какие-то бан­кет­ки-лав­ки пры­га­ет вниз, он спа­сет­ся сам.

Выстра­и­вать отно­ше­ния в гори­зон­та­ли и вер­ти­ка­ли кор­по­ра­тив­ных схем, — бор­мо­чет деви­ца офис­но­го вида в тем­но-синем костю­ме. Упроч­нять навы­ки в соци­а­ли­за­ции и стре­мить­ся занять лиди­ру­ю­щие пози­ции. Деви­ца одна за высо­ким сто­лом, застав­лен­ным гряз­ны­ми тарел­ка­ми и бока­ла­ми с остат­ка­ми крас­но­го вина. Навы­ки соци­а­ли­за­ции оста­лись неу­проч­нен­ны­ми, види­мо. Груст­но, шум­но, в убор­ной мно­го­люд­но; тща­тель­но ути­ра­ет лицо сал­фет­кой пол­ная, одыш­ли­вая дама, одно­вре­мен­но жалу­ясь в теле­фон на боли в спине, живо­те, голо­ве и мыш­цах. Боюсь, не грипп ли это сви­ней, — гово­рит встре­во­жен­но, — или вот у нас на рабо­те гепа­тит А у сотруд­ни­цы обна­ру­жи­ли. В раз­ные сто­ро­ны от потен­ци­аль­но опас­ной носи­тель­ни­цы гепа­ти­та А прыс­ка­ют девоч­ки помлад­ше, на полу неболь­шая лужи­ца подо­зри­тель­но­го вида.

Гар­де­роб­щи­ца обло­ка­чи­ва­ет­ся на стой­ку: ско­ро, что ли, конец, сил ника­ких нет. Фильм почти три часа, сей­час еще есть будут часа два, не мень­ше. Да что ты, милая, — отве­ча­ет ей кол­ле­га, поли­руя губ­кой сапо­ги, видав­шие виды, — на два часа не хватит.