Даже такие культурные люди, как экс-министр Куруленко, меняют оригинальные деревянные окна в исторических зданиях на пластиковые окна. Чего же ждать от обычных самарцев? Дешевый пластик и стеклопакеты уродуют исторический облик. Но на такие мелочи никто не обращает внимания.
Почему ГОССТРУКТУРА не может проконтролировать ГОСУЧРЕЖДЕНИЕ, уродующее памятник, входящий в ГОСУДАРСТВЕННЫЙ список объектов культурного наследия, к тому же на ГОСУДАРСТВЕННЫЕ деньги?
Один из любимейших мною домов в Самаре — это трехэтажный дом на улице Фрунзе, 75. Далеко не в лучшем состоянии, он, тем не менее, является ярким образцом стиля модерн в Самаре, одним из первых проектов архитекторов-самоучек Георгия Мошкова и Якова Ушакова-Решетникова. Когда я проходил мимо теплым майским вечером, то с трудом поверил в увиденное. Одно из красивейших окон с обрамлением в стиле модерн отсутствовало. «До каких пор это будет продолжаться?» — подумалось мне. К сожалению, ответа на этот вопрос я до сих пор не нашел.
Когда заходит речь о сохранении историко-культурного наследия Самары, больше всего внимания уделяется плачевному состоянию зданий, их кардинальной реконструкции и незаконному сносу. Далеко не всегда упоминается о таком важном элементе в архитектурном облике памятников архитектуры, как окна. Тем временем именно оконные переплеты и расстекловка часто являются ключевыми элементами фасада, подчеркивающими принадлежность здания к тому или иному архитектурному стилю, а равно и частью предмета охраны, что должно бы уберечь их от неграмотной замены.
На практике все обстоит иначе, чем на бумаге. Охраняемые детали с легкостью меняют форму, цвет и материал, уродуя и изменяя облик зданий до неузнаваемости. В Самаре масса таких примеров. Стоит прогуляться практически по любой из улиц исторического центра, чтобы в этом убедиться. Страдают памятники всех времен и стилей. Дробленые, мелко расстеклованные окна памятников советского авангарда превращаются в сплошные, скучные пластиковые стеклопакеты, не говоря уже о фигурных деревянных профилях на зданиях эпохи модерн.
Разговор об этой проблеме часто встречает среди жителей города непонимание. Ценя наследие Самары и переживая за его сохранность, люди приводят в качестве довода против оригинальных переплетов то, что старые деревянные окна за многие годы обветшали, прогнили, пропускают воздух и влагу, а зимой их приходится наглухо закрывать и заклеивать все щели клейкой лентой. Причина вполне понятна, но неужели нет возможности заменить окна без причинения вреда памятнику? Оказывается, для этого есть все необходимое. На рынке есть большой выбор деревянных стеклопакетов. Преимущества деревянных рам перед пластиковыми и алюминиевыми несомненно. Они менее маркие, поскольку не притягивают электричество, создают неповторимый уют. Они более экологичны и, в отличие от других, пропускают через микропоры в древесине воздух, препятствуя появлению в помещении конденсата и способствуя естественному проветриванию даже в закрытом состоянии. Главное преимущество этого вида «евроокон» состоит в том, что из деревянных профилей можно воссоздавать окна любой формы и цвета, не меняя при этом оригинальные деревянные рамы на пластик.
Что мешает жителям города и организациям, занимающим здания памятников архитектуры, соблюдать законы и менять окна без их нарушений? Дело в том, что деревянные «евроокна», при всех своих преимуществах, дороже пластиковых в 1,5–2 раза. Качество и сохранность культурного наследия при этом отодвигаются на второй план. Делается все, как говорится, «дешево и сердито»! Но кто же сказал, что жить в здании памятника архитектуры дешевое удовольствие? В Европе такое жилье считается престижным, требующим определенных затрат и выполнения ряда обязательств по сохранению его неповторимого облика. Однако в этих вопросах «нам Европа не указ». Пусть она дорожит своим достоянием, а мы, как писал поэт, будем «гоняться за дешевизной», разрушая и уродуя облик города ради сомнительной экономии.
Самое печальное в этой ситуации то, что замена, как правило, происходит безнаказанно. Вряд ли кто-нибудь сможет назвать хоть один случай в Самаре, когда бы органы, занимающиеся охраной памятников, обязали бы жителя или организацию устранить нарушение и восстановить исконный облик оконных переплетов. Прецедентов нет, а значит, можно продолжать выкидывать на помойку деревянные ордеры со «сталинок» на Самарской площади, уничтожать рамы в неоготическом особняке Субботиной-Мартинсон на Алексея Толстого, 30, «выпрямлять» дугообразный переплет в здании военно-медицинского института, построенного по проекту Ф.О. Шехтеля, и т.д. Примеров, как я уже говорил, несчетное количество.
Нарушают закон не только жители и частные организации. Государственные учреждения также не считают нужным соблюдать закон. К примеру, в августе этого года в 1‑м и 2‑м корпусах СГАКИ заменили 28 окон. Массивные деревянные рамы, подчеркивающие рустовку фасада бывшей мужской гимназии на Фрунзе, 138, были выброшены. Их место заняли пластиковые окна с совсем иной расстекловкой. Котировочная заявка, в которой имеются чертежи запрашиваемых пластиковых окон, каким-то странным образом прошла согласование в министерстве культуры, и уже в июле был подписан контракт на сумму около полумиллиона рублей. Спрашивается, почему ГОССТРУКТУРА не может проконтролировать ГОСУЧРЕЖДЕНИЕ, уродующее памятник, входящий в ГОСУДАРСТВЕННЫЙ список объектов культурного наследия, к тому же на ГОСУДАРСТВЕННЫЕ деньги?
А процесс разрушения продолжается. На этот раз замена оконных переплетов на пластиковые грозит еще двум объектам. 21 августа городская администрация объявила о проведении двух аукционов. Планируется капитальный ремонт двух корпусов городской поликлиники №3, на Молодогвардейской, 202 и на Самарской, 89. В дефектных ведомостях по обоим объектам указана установка окон из ПВХ. Во всех документах указывается, что здания поликлиники являются объектами культурного наследия, однако на задании к аукциону это никак не сказалось. Было ли согласование с министерством культуры или нет, если оно не вмешается и не потребует корректировки документации, то 14 сентября начнется прием заявок, а уже 21 сентября аукцион выявит победителя. Затем последует замены окон. Не в первый и, судя по всему, не в последний раз. И так будет продолжаться до тех пор, пока не начнется реальная работа по сохранению нашего с вами историко-культурного наследия.
Аремен, что может сделать общественность (в т.ч. я), чтобы не допустить разрушения историко-культурного наследия? Помимо заявления своей позиции в СМИ. Какие методы, на ваш взгляд, будут эффективны в Самаре?
Реакцию общественности я представляю следующим образом. В Самаре есть общественные организации, занимающиеся вопросом сохранения культурного наследия. К примеру, реготделение ВООПИК. Я считаю, что жителям, которым не безразличен облик города должны попытаться сотрудничать с ними и министерством, писать в надзорный орган соответствующие запросы. Не все жители хотят делать это лично, связываться с госструктурами и писать против строителей и собственников. Поэтому, как мне кажется, нужно наладить схему с общественными органихзациями и движениями. Т.е. Вы видите что-то незаконное, сообщаете в нужную организацию. Та отправляет запрос в министерство или прокуратуру. Министерство или прокуратура принимают или не принимают меры, и отвечают на запрос (обязаны). Есть еще вариант общественной приемной на сайте минкульта.
В случае с академией культуры ситуация странная. Во дворе второго корпуса располагается агенство по сохранению культурного наследия, сотрудники которого каждый день ходят мимо этих окон. Как выясняется, самостоятельно этот орган действовать не в состоянии. Для чего он существует тоже не совсем понятно.
Особняк на Алексея Толстого, 50? Там просто царит произвол и какие-то работы силами нацменов во дворе. Позор! Памятник архитектуры!
Был там в воскресенье: http://golema.livejournal.com/91724.html
Нацмены там работают или нацболы — неважно…
Во дворе второго корпуса располагается агенство по сохранению культурного наследия, сотрудники которого каждый день ходят мимо этих окон. Как выясняется, самостоятельно этот орган действовать не в состоянии. Для чего он существует тоже не совсем понятно.
1. Это не орган, это структурка по отмыванию и коррупционной составляющей по отбору бюджетных средств.
2. О. Рыбакова с Д.Мусиным по согласованию поставили… смотрящего(как урки) Чернову. она знаменита еще воровством доков из архива горадмина во время противостояния казаков , где она тоже у корыта и гор админа.
Вывод на лицо.. или в лицо…
Вы правы. Бездействие Агенства крайне удивительно. Помимо перечисленных Вами организаций меня так же интересует деятельность ВООПИК. Чем занимается общественная организация? Какие действия она предпринимает для сохранения культурного наследия? В отсутствии в городе таких организаций, как «Архнадзор», одна надежда на уже существующие общественные организации, но с плодами их деятельности я не знаком…
Уважаемый Армен. К моему глубокому сожалению щупальца г‑на мусина пробрались ( с помощью окружных понтов, и только…) до ВООПИиК. Арбитража Самары и т.д. Что можно хотеть от человека который травил водкой молодеж страны, был коммерческим директором Пермалко, брал откаты с Мусульманбанка, работал с авторитетами типа «Плотник», Прикрывал депутата Нижнего, когда его зам предпринял попытку убийства конкурента..А теперь его дочь, секретарь и проверенное лицо…
Вы говорите о глобальных вопросах, сносах, выводах памятников из списка и т.д. Тут все сложно.
Что же касается мелких нарушений, замены оконных перплетов в частных домах, организациях, как на академии культуры и планирующиеся замены в поликлиниках, отделка фасадов, как на доме Челышева на Красноармейской, где угловой магазин решил отделать свой вход керамической плиткой или пристрой, который сейчас возводится на Алексея Толстого, 50: http://golema.livejournal.com/91724.html
Не верю я, что и здесь присутствует злой умысел. Тут-то ВООПИКу никто не мешает реагировать…
Сохранение и использование. плюс популяризация памятников лежит в компетенции минкульта. т.е. О. Рыбаковой и К.
Полностью согласен, что Воопик должен играть свою роль. Но когда вам сверху давят на мозги из-за того что ‑кто-то звонит и крутит фишку.… Месный воопик просто молчит. на переправе всегда можно поменять всадника.
это не упаднеческое насстроение. с Воопик надо работать…И всем воздасться. Надо всем и сообща… тогда можно многое…
Сомневаюсь, что из-за оконных перплетов кто-нибудь звонил бы и «давит на мозги». Впрочем, Вы абсолютно правы по поводу сотрудничества с ВООПИК. Действительно, надо всем и сообща. По-моему, уже наступил момент, когда это вполне реально и может принести свои плоды.
Кстати, сегодня наблюдал вырытую траншею по Алексея Толстого по всей длине от Кутякова до Крупской. Траншея широкая и глубокая. Видимо, меняют коммуникации. О толщине культурного слоя в этом промежутке остается только догадываться. По Гурьянову, это территория крепости Самара. Вот бы ВООПИК вмешался и провел исследования вырытого слоя земли и самой траншеи…
Уважаемый Армен. Не надо понимать все буквально… Вам о «общей схеме», а Вы об окнах. Звонили по поводу Синагоги и нетолько, а окна это следствие политики по крышеванию министра. По поводу слоя согласен. Позвоните Субботину Игорю Петровичу и раскажите проблему. Пусть свяжется с Лакоцениным. тел. Игоря Петровича 89276529086
Уважаемый краевед(к сожалению, не знаю Вашего имени).
Я прекрасно понимаю о чем Вы говорите, но такие мелочи, как окна и другие детали нельзя игнорировать. Пока мы говорим о вещах глобальных, город разбирают по кусочкам. Я часто слышал: «кто будет подавать в суд на собственнико из-за замены окна?». А почему нет, спрашивается? Назовите хоть один прецедент, когда нарушителя наказали и заставили устранить нарушение.
Игорю Петровичу звонили еще вчера по моей просьбе, у меня не оказалось с собой его номера. Сегодня разговаривал и с Дмитрием Васильевичем и с Игорем Петровичем. Оба выразили готовность предпринять ряд действий. Посмотрим, что из этого выйдет. Этот случай будет хорошим индикатором того, как работают общественные организации, ведь вопрос о траншее не рядовой, письмами и бумагами здесь не обойтись…
Полностью разделяю Ваше мнение об «мелочах». Это далеко не мелочи, окна это орган- составляющая памятника. т.е. его внутренняя или внешняя составляющая. Отыми у человека- глаз- окно и он навсегда останется уродом, потеряет значительную стоимость в денежном эквиваленте. Сегодня в Самаре преобладает не культура, а экономически востребованная низкопробная «культурка». Наша проблема в том, что на местах сидят не специалисты, а карманные бизнесмены. Как в прокуратуре, где зам прокурора подписывает письмо, где со слов Рыбаковой хрустальную люстру 70 летнего производства и стоящую миллионы не считают культурной ценностью, хотя есть закон по этому поводу так и в минкульте. Как пишет госпожа Рыбакова- Система органа охраны сложилась законодательно. Это минкульт и Агенство возглавляемое Черновой. Что по сути. Мы-общество знаем. КТО министр. Вопрос КТО Чернова? Жулик воровавший документы из архива горадминистрации во время конфликта с казаками… Воздержусь от других фактов биографиии. Это часть госоргана???. Это чистой воды коррупция крышуемая на самом высоком уровне. Видимо откат от бюджета востребован…
Удивляюсь позиции общественности. Любой житель может обратиться в любые органы гос.власти, и это обращение очень даже документ! И чем более грамотно составленный и обоснованный, тем более — документ. И на него обязаны реагировать. Наши чиновники привыкли реагировать одним образом — отписками. Но отписка — это тоже документ! И ее нужно передавать дальше — в следующие инстанции. С соответствующими комментариями. Вот, мол, отписка, сделайте что-нибудь. И, повторяю, это может любой житель! Вот грамотно написанный пост, практически — обращение. Взять конкретное здание, пусть Фрунзе, 75. Выкинуть эмоции, добавить приложения в виде фото и список (на ваш взгляд) нарушений, и просьбу вернуть все в нормальный вид, т.к. этот оскорбляет высокие чувства культурных жителей города (что-нибудь в этом роде). И по инстанциям. Чиновники очень любят, когда с ними разговаривают. Т.к. разговор — это не документ. И не очень любят, когда пишут. То есть когда грамотно пишут. Обращение (правильно оформленное) — документ. И очень серьезный документ.