Двадцать первый

Оче­ред­ной фести­валь прес­сы про­шел в Стру­ков­ском саду. Два­дцать пер­вый по сче­ту. Редак­ция «Новой в Повол­жье» любо­пыт­ство­ва­ла, что в фести­ва­ле появи­лось ново­го, что сохра­ни­лось ста­ро­го, и про­сто слонялась.

Кто регу­ляр­но посе­ща­ет Фести­ва­ли прес­сы в Сама­ре, тот уже зна­ет, что самой ожив­лен­ной пло­щад­кой будет пло­щад­ка газе­ты «Тюрь­ма и воля», офи­ци­аль­ная часть прой­дет на пло­щад­ке ТРК «Тер­ра», и здесь высту­пит гла­ва горо­да и реги­о­наль­ный пред­се­да­тель сою­за жур­на­ли­стов. Гла­ва горо­да ска­жет, что рад при­вет­ство­вать, а пред­се­да­тель сою­за жур­на­ли­стов: спа­си­бо за рабо­ту. Гла­ва горо­да будет в свет­лом костю­ме, пред­се­да­тель сою­за жур­на­ли­стов – в рос­кош­ном загаре.

фото: Ири­на Костровская

Око­ло «Волж­ской ком­му­ны» будет мак­си­маль­ное коли­че­ство детей, хотя нет, у стен­да ГУВД по Самар­ской обла­сти детей будет боль­ше, так как здесь ходит росто­вая кук­ла-мили­ци­о­нер, дарят воз­душ­ные шары и выстав­ле­ны рари­тет­ные авто­мо­би­ли. Росто­вая кук­ла мог­ла бы при­тво­рить­ся дядей Сте­пой, но она слиш­ком тол­ста для под­жа­ро­го вели­ка­на. По фами­лии Сте­па­нов, и по име­ни – Сте­пан. Сре­ди глав­ных вели­ка­нов самый глав­ный великан.

Поли­цей­ские всех будут кор­мить греч­не­вой кашей с тушен­кой и поить бес­плат­ным ква­сом, а вокруг «Тюрь­мы и воли» выста­вят про­дук­цию про­из­вод­ства мест­ных заклю­чен­ных – хала­ты, семей­ные муж­ские тру­сы и тряпочки-прихватки.

фото: Сер­гей Гольдштейн

«Самар­ская газе­та» рас­по­ло­жит­ся на сво­ем люби­мом месте у ста­рой танц­пло­щад­ки, а Дом друж­бы наро­дов выста­вит по бокам длин­ной аллеи малые народ­но­сти Повол­жья в пол­ном соста­ве и наци­о­наль­ных костюмах.

Обще­ствен­ная орга­ни­за­ция инва­ли­дов будет, с назва­ни­ем «Дес­ни­ца», устро­ят­ся в при­ят­ной тени. Поче­му-то мно­гие поли­цей­ские при­мут­ся носить­ся с соба­ка­ми на повод­ках бук­валь­но по все­му пар­ку, и неиз­вест­но, зачем. Соба­ки – восточ­но-евро­пей­ские овчар­ки, очень кра­си­вые и хоро­шо бега­ют, поли­цей­ские бега­ют поху­же. Но тоже кра­си­вые, в парад­ной фор­ме, эти белые рубашки! 

И вез­де раз­ло­же­но без­обид­ное в исполь­зо­ва­ние ору­жие для дет­ско­го раз­вле­че­ния: мож­но потро­гать авто­мат, писто­лет, само­дель­ное взрыв­ное устрой­ство. А потом поесть еще супу, гово­рят, у «Тюрь­мы и воли» дают насто­я­щий суп, чуть не гриб­ной, чуть не картофельный.

И все эти газе­ты, про­тя­ги­ва­е­мые пря­мо в руки про­хо­дим, все эти газе­ты с тру­дом дожи­вут до емких урн, а неко­то­рые не дожи­вут, и сыг­ра­ют счаст­ли­вую роль ска­тер­ти, при­няв на свое бумаж­ное тело груз даре­ной еды и (воз­мож­но) бутыл­ки пива, замас­ки­ро­ван­ной под голу­бя мира.

фото: Надя Литвиненко

Что ново­го: потря­са­ю­щей силы транс­па­ран­ты с лозун­га­ми: «Трез­вые дру­зья – реаль­ная сила». Транс­па­ран­ты неспо­кой­но окру­же­ны моло­ды­ми людь­ми, на белых май­ках кото­рых крас­не­ет принт: «Рус­ский – зна­чит трез­вый». Без­апел­ля­ци­он­ность суж­де­ния сму­ща­ет раз­ве­се­ло­го дед­ка, хро­ма­ю­ще­го на обе ноги, но живо помо­га­ю­ще­го себе при ходь­бе лыж­ной пал­кой. Дедок цеп­ля­ет­ся к носи­те­лям маек и дотош­но выспра­ши­ва­ет, кем же он ста­нет, если вдруг выпьет. «Трез­вый, — зна­чит рус­ский, — гово­рит дедок, — а пья­ный, зна­чит, какой?» Не дождав­шись отве­та, ухо­дит, не исклю­че­но, что плот­но экс­пе­ри­мен­ти­ро­вать. Трез­вые дру­зья смы­ка­ют круг. 

Еще из нови­нок: пред­се­да­тель сою­за жур­на­ли­стов Ири­на Цвет­ко­ва берет сло­во не в эле­гант­ном пла­тье из шел­ка, а рус­ском народ­ном костю­ме. Это Ири­на Цвет­ко­ва сде­ла­ла из ува­же­ния к теме фести­ва­ля – году куль­ту­ры. Про­ще гово­ря, фести­валь посвя­щен году куль­ту­ры, и поэто­му рус­ский народ­ный костюм, пото­му что какая же у нас куль­ту­ра, как не русская. 

А так все как все­гда. Те же люди, те же газе­ты, те же жур­на­лы. Мест­ные теле­ви­зи­он­ные кана­лы. Радио­стан­ции. Поли­цей­ские бегу­щие соба­ки. Воз­душ­ные шары. Бли­ки солн­ца, тень от листьев. Люди в пар­ке, вро­де бы чита­те­ли, вро­де бы при­шли пооб­щать­ся с жур­на­ли­ста­ми, да толь­ко о чем с нами говорить.