Танцы в стиле ретро

Лет­ним вече­ром в парк на Метал­лур­ге дело­ви­то спе­шат наряд­но оде­тые дамы эле­гант­но­го воз­рас­та и тща­тель­но выбри­тые немо­ло­дые муж­чи­ны. И вро­де бы ниче­го не обыч­но­го – ну, вышли пен­си­о­не­ры на про­гул­ку. Но сего­дня в пар­ке будут тан­цы. Те самые, кото­рые под музы­ку ретро.

Танц­пло­щад­ка, кото­рая в зим­ние вре­ме­на пре­вра­ща­ет­ся в каток, не ска­зать, что­бы запол­не­на наро­дом, но и не пусте­ет. Тех, кто ожи­да­ет услы­шать здесь мело­дии типа: «В город­ском саду игра­ет духо­вой оркестр» ждет разо­ча­ро­ва­ние. Отпля­сы­ва­ют в этом месте все боль­ше под хиты шести­де­ся­тых-семи­де­ся­тых годов. Ино­гда с вкрап­ле­ни­ем мело­дий, зву­чав­ших вось­ми­де­ся­тые. Впро­чем, ругать за такие сти­ли­сти­че­ские погреш­но­сти оди­но­ко­го ди-джея не сто­ит. Для него, судя по воз­рас­ту, любое из этих деся­ти­ле­тий — дале­кое про­шлое. А тан­цу­ю­щие пре­тен­зий по пово­ду музы­ки не выска­зы­ва­ют вовсе. Глав­ное, что­бы она вооб­ще была.

Пер­вы­ми на танц­пло­щад­ку выхо­дят дамы. Кава­ле­ры, в нагла­жен­ных рубаш­ках и брю­ках, сирот­ли­во жмут­ся по ска­мей­кам и дела­ют вид, что сюда попа­ли совер­шен­но слу­чай­но. Про­сто шли мимо, а тут музы­ка. Грех не зай­ти. Дам, впро­чем, это мало сму­ща­ет, и они тан­цу­ют от души. Гуля­ю­щая за пери­мет­ром пло­щад­ки моло­дежь загля­ды­ва­ет сквозь решет­ку и не скры­ва­ет эмо­ций: «Вот дают!». Неко­то­рое смя­те­ние в ряды вно­сит раз­ве что мед­лен­ная мело­дия. Лишь одна пара рис­ку­ет вый­ти на сере­ди­ну пло­щад­ки. На них смот­рят с уми­ле­ни­ем, пожи­лые муж­чи­на и жен­щи­на испол­ня­ют танец позд­ней и неж­ной люб­ви. Кава­лер гла­дит даму по руке, она счаст­ли­во улы­ба­ет­ся и смот­рит ему в глаза.

Осталь­ные при­са­жи­ва­ют­ся на ска­ме­еч­ку и изо всех сил углуб­ля­ют­ся в бесе­ду. «Ах, пого­да такая, что на даче ниче­го не рас­тет», — взды­ха­ет одна из дам. «Ой, что Вы, а у нас клуб­ни­ка уро­ди­лась. Я детям на варе­нье при­вез­ла, а они мне с упре­ком, мол, мама, ну кто сей­час варе­нье варит», — откли­ка­ет­ся сосед­ка. Все ста­ра­тель­но увле­че­ны раз­го­во­ром и совер­шен­но не заме­ча­ют пер­во­го под­няв­ше­го­ся со ска­мей­ки кава­ле­ра. Чем бли­же он дамам, тем боль­ший инте­рес у них вызы­ва­ют осо­бен­но­сти созре­ва­ния клуб­ни­ки в суро­вом самар­ском кли­ма­те. Дру­гое дело, что кра­еш­ком гла­за каж­дая успе­ва­ет посмот­реть: дой­дет ли, не пере­ду­мал? И через несколь­ко секунд счаст­ли­вая избран­ни­ца отправ­ля­ет­ся на сере­ди­ну пло­щад­ки — кру­жить­ся в мед­лен­ном тан­це. Раз­го­вор о клуб­ни­ке зати­ха­ет сам собой.

«А я, меж­ду про­чим, на тан­це­валь­ной пло­щад­ке с мужем позна­ко­ми­лась. Хоро­ший был муж­чи­на, но толь­ко умер рано», — рас­ска­зы­ва­ет мне одна из тех, кого не выбра­ли. Ее зовут Алек­сандра Сер­ге­ев­на («Как Пуш­кин, толь­ко девоч­ка» — реко­мен­ду­ет­ся собе­сед­ни­ца). На почти тез­ке вели­ко­го поэта свет­лые брюч­ки и рубаш­ка с вышив­кой. О таком наря­де гово­рят: скром­нень­ко, но со вкусом.

«А после тан­цев нас, быва­ло, на собра­нии про­ра­ба­ты­ва­ли. За корот­кие пла­тья и при­чес­ки. Руга­ли, конеч­но, те, кто такие пла­тья носить себе поз­во­лить не мог. И все вре­мя напи­ра­ли на то, что мы явля­ем­ся поклон­ни­ца­ми враж­деб­ной нам запад­ной идео­ло­гии. А мне было пле­вать на всю идео­ло­гию. Я про­сто была моло­да и хоте­ла тан­це­вать», — гово­рит Алек­сандра Сергеевна.

Я слу­шаю ее и толь­ко в этот момент осо­знаю, что тем отча­ян­ным мод­ни­цам, кото­рые когда-то отваж­но щего­ля­ли в коро­тень­ких пла­тьи­цах и добав­ля­ли объ­ем при­чес­кам, мас­ки­руя в воло­сах чул­ки и кон­серв­ные бан­ки, сей­час уже за семь­де­сят. Вре­мя летит так быст­ро! И вот уже сами они, сидя на ска­мей­ке, нет-нет, да прой­дут­ся по моло­де­жи, кото­рая «совсем стыд потеряла».

«А я зна­е­те, навер­ное, за моло­дость свою пыта­юсь натан­це­вать­ся. Я рано вышла замуж, потом дети пошли, рабо­та ответ­ствен­ная, я всю жизнь вра­чом тру­ди­лась. Не до тан­цев было. А теперь, дети вырос­ли, у них своя жизнь. А я вот при­стра­сти­лась», — рас­ска­зы­ва­ет мне уже дру­гая посе­ти­тель­ни­ца пло­щад­ки, Оль­га Бори­сов­на. Немно­го помол­чав, про­дол­жа­ет: «Толь­ко не поду­май­те, что я сюда зна­ко­мить­ся хожу. Это не мое. Хотя, зна­е­те, у меня подру­га, в дру­гом пар­ке встре­ти­ла свою первую любовь. У них в моло­до­сти такие стра­сти буше­ва­ли. А потом они раз­бе­жа­лись. Она замуж вышла, он женил­ся. И вдруг, смеш­но ска­зать, встре­ти­лись на тан­цах. Он раз­ве­ден, она вдо­ва. И зна­е­те, у них все сно­ва вспых­ну­ла. Теперь вме­сте живут, он ее под руч­ку все вре­мя водит». И жен­щи­на, всю жизнь про­ра­бо­тав­шая вра­чом, о чем-то заду­мы­ва­ет­ся. Воз­мож­но, вспо­ми­на­ет о том, что и у нее была пер­вая любовь, кото­рая может слу­чай­но услы­шать музы­ку и зай­ти на танц­пло­щад­ку. Сюда, на Металлург.

Меж тем, неожи­дан­но начи­на­ет­ся дождь, муж­чи­ны тянут­ся к выхо­ду, а из дам­ских сумо­чек извле­ка­ют­ся зон­ти­ки и дож­де­ви­ки. И тан­цов­щи­цы про­сят моло­день­ко­го ди-джея не оста­нав­ли­вать музы­ку, пото­му, что «дождь вот-вот прой­дет, и вооб­ще не страш­но, а тан­це­вать оста­лось и так не мно­го». И он что-то там муд­рит с аппа­ра­ту­рой, кото­рая не хочет рабо­тать в такую пого­ду, и сно­ва зву­чит музы­ка. И лет­ний дождь быст­ро закан­чи­ва­ет­ся. И всем не хочет­ся рас­хо­дить­ся, и кру­гом обме­ни­ва­ют­ся рас­ска­за­ми о дру­гих хоро­ших пар­ках, где тоже мож­но танцевать.

А потом мы сто­им око­ло озе­ра и смот­рим на лебе­дей. Мимо нас про­хо­дит та, кото­рую сего­дня при­гла­си­ли на мед­лен­ный танец. Она эле­гант­на, в длин­ной юбке, с без­упреч­ной при­чес­кой. Рядом с ней скром­ная подру­га, и тот, кто риск­нул. Дама кокет­ли­во пома­хи­ва­ет зон­ти­ком, оста­нав­ли­ва­ет­ся око­ло озе­ра, щурит гла­за и про­из­но­сит: «Ах, посмот­ри­те, какая кра­со­та!». «Да, кра­си­во», — под­да­ки­ва­ет ее скром­ная подру­га. Кава­лер ниче­го не гово­рит, но мно­го­зна­чи­тель­но взды­ха­ет. Галант­но пода­ет даме в длин­ной юбке руку. В кафе побли­зо­сти в это вре­мя моло­дые куд­ря­вые жен­щи­ны отпля­сы­ва­ют под пес­ню: «Полю­би же меня такую, как есть». И дела­ет­ся страш­но инте­рес­но, что же имен­но дожи­вет с наших вре­мен до ретро-пло­ща­док гря­ду­щих десятилетий.