Близкие женщины

«Лиля, не под­ни­мая голо­вы, улыб­ну­лась, выре­за­ла из золо­той бума­ги звёз­доч­ку и накле­и­ла её на синюю крышечку. 

— Вам для чего эта коро­боч­ка? — впол­го­ло­са спро­сил Никита. 

— Это коро­боч­ка для куколь­ных пер­ча­ток, — отве­ти­ла Лиля серьёзно, 

— вы маль­чик, вы это­го не поймёте». 

А. Тол­стой ( «Дет­ство Никиты») 

С 26 нояб­ря в залах доме-музея Алек­сея Тол­сто­го рабо­та­ет автор­ская выстав­ка «Руч­ная рабо­та в инте­рье­ре». В раз­ное вре­мя все чле­ны нашей семьи пыта­лись зани­мать­ся руко­де­ли­ем. Напри­мер, мой бли­жай­ший род­ствен­ник как-то решил сма­сте­рить скво­реч­ник. Выбрал луч­шие дос­ки под­хо­дя­щих сор­тов дере­ва, отлич­ные гвоз­ди, руба­нок и дру­гие необ­хо­ди­мые в про­из­вод­стве скво­реч­ни­ков инстру­мен­ты. Навер­ное, лоб­зик, что­бы акку­рат­но выпи­лить округ­лый вход для буду­щих пер­на­тых дру­зей. И он все пре­крас­но сма­сте­рил, скво­реч­ник радо­вал глаз, насто­я­щий пти­чий домик под клас­си­че­ской дву­скат­ной крышей. 

Бли­жай­ший род­ствен­ник гор­де­ли­во при­ко­ло­тил его на достой­ное дере­во и стал ожи­дать. Он меч­тал начать наблю­де­ние за пти­чьей семьей: как они будут гнез­до­вать­ся, откла­ды­вать яйца и кор­мить птен­цов чер­вяч­ка­ми, это так мило. Но на род­ствен­ни­ко­вое горе ни один скво­рец не засе­лил­ся, даже самый глу­пый, даже голубь, даже воро­бей. В кон­це сезо­на род­ствен­ник все-таки решил разо­брать­ся, что же не так с гад­ким скво­реч­ни­ком. Ока­за­лось, по какой-то стран­ной, неле­пой при­чине у него отсут­ство­ва­ло дно. 

Или вот я сама. Как-то перед ответ­ствен­ным меро­при­я­ти­ем при­во­ди­ла в поря­док свое малень­кое чер­ное пла­тье для кок­тей­ля – наши­ва­ла на подол кру­жев­ную тесь­му, что­бы пла­тье изме­ни­лось неузна­ва­е­мо и сошло за новое. И был вечер. Тесь­му я при­ши­ла. С чув­ством хоро­шо про­де­лан­ной рабо­ты лег­ла спать. Во сне виде­ла себя Коко Шанель, толь­ко, понят­но, еще живой. И было утро. Пла­тье выгля­де­ло — убо­и­щем. Ока­за­лось, тесь­му я при­ши­ла не чер­ны­ми, а зеле­ны­ми нит­ка­ми, и это очень-очень замет­но. Как это вооб­ще мог­ло произойти.

Спе­ци­аль­но не вспо­ми­наю о слу­ча­ях поде­лок для детей в учеб­ные и вос­пи­та­тель­ные учре­жде­ния. Сыну одна­жды при­шлось делать музы­каль­ный инстру­мент. В буты­лоч­ку из-под йогур­та «имму­не­ле» мы насы­па­ли горо­ху и закру­ти­ли крыш­ку плот­но. Это был сти­ли­зо­ван­ный бубен. Сын его немно­го стес­нял­ся. А когда ему пона­до­бил­ся костюм индю­ка для фран­цуз­ско­го спек­так­ля, я соору­ди­ла пре­лест­ную таб­лич­ку с над­пи­сью «индюк», толь­ко по-фран­цуз­ски: «dindon». Сын был недо­во­лен пона­ча­лу, но я спо­кой­но объ­яс­ни­ла ему, что когда у Шекс­пи­ра были труд­но­сти с день­га­ми, он выхо­дил на пустую сце­ну и гово­рил: «лес», или: «море». И зри­те­ли бла­го­го­вей­но аплодировали. 

В общем, про­дол­жать тему руко­дель­ной ущерб­но­сти мож­но дол­го, а поче­му такие мыс­ли воз­ник­ли вооб­ще, а все из-за автор­ской выстав­ки «Шко­лы деко­ра» Еле­ны Шилы­ков­ской». Это уди­ви­тель­ная выставка.

Авто­ры работ, посе­ти­те­ли – жен­щи­ны. Ни одно­го муж­чи­ны. (Часа через пол­то­ра после нача­ла собы­тий появил­ся один, но он не счи­та­ет­ся, так как сопро­вож­дал авто­ра.) Пре­крас­ные раз­ные жен­щи­ны, они иде­аль­но впи­сы­ва­лись в исто­ри­че­ские инте­рье­ры дома-музея, пере­ме­ща­лись по неболь­шо­му залу, сплошь устав­лен­но­му и заве­шан­но­му экспонатами. 

В цен­тре – ново­год­няя елка, для пра­виль­но­го ори­ен­ти­ро­ва­ния пуб­ли­ки на празд­нич­ный лад. Елка укра­ше­на автор­ски­ми игруш­ка­ми. Зай­цы из папье-маше, анге­лы из вой­ло­ка, кукол­ки из тек­сти­ля и пла­сти­ка с тон­ко нари­со­ван­ны­ми лицами. 

Кукол вооб­ще неве­ро­ят­но мно­го, неболь­шие раз­ме­ще­ны пест­рой игру­шеч­ной тол­пой на сдви­ну­тых сто­лах, круп­ные, в чело­ве­че­ский почти рост, сидят на ска­ме­еч­ках и выгля­дят вну­ши­тель­но. Кук­лы в тща­тель­но про­ду­ман­ных и мастер­ски поши­тых наря­дах, их руч­ки сло­же­ны так кра­си­во, их гла­за смот­рят так довер­чи­во, хочет­ся немед­лен­но стать девоч­кой и поиг­рать вот с этой кра­са­ви­цей, и вот с этой тоже. Пусть ходят друг к дру­гу в гости, пьют чай и раз­го­ва­ри­ва­ют на темы любви.

Жен­щи­ны смот­рят на кукол и дела­ют­ся похо­жи­ми на них. Фар­фо­ро­вые щеки, лег­кий румя­нец, улыб­ка готов­но­сти к чуду. Жен­щи­ны фото­гра­фи­ру­ют друг дру­га на фоне мини­а­тюр­но­го вер­те­па с кро­шеч­ным ново­рож­ден­ным Иису­сом, уса­жи­ва­ют­ся на пред­ме­ты тема­ти­че­ской экс­по­зи­ции «Его вели­че­ство стул». 

«Такие пред­ме­ты мебе­ли есть в каж­дом доме, — счи­та­ет руко­во­ди­тель Шко­лы Деко­ра Еле­на Шилы­ков­ская, — при­выч­ные, очень удоб­ные, но часто изряд­но потре­пан­ные. Не сто­ит спе­шить рас­ста­вать­ся с ними. С любо­вью отре­ста­ври­ро­ван­ные, они еще послу­жат вам в каче­стве укра­ше­ния и непо­вто­ри­мой изю­мин­ки интерьера…» 

Еле­на в длин­ном тем­но-крас­ном пла­тье, затей­ли­во вывя­зан­ном, пла­тье явно суще­ству­ет в един­ствен­ном экзем­пля­ре. Высо­кая, уве­рен­ная, рыже­ва­тые воло­сы, при­ят­ный говор, немно­го не мест­ный. Где отре­ста­ври­ро­ван­ный стул, там и отре­ста­ври­ро­ван­ный стол. И нет ника­ких сомне­ний, что это дела­лось с любо­вью и вкла­ды­ва­ни­ем души в про­цесс. Что бы чело­век ни делал при таких усло­ви­ях, полу­ча­ет­ся очень тро­га­тель­но. А если он еще тер­пе­лив и вни­ма­те­лен к дета­лям, то непре­мен­но кра­си­во. Вос­пи­тан­ни­цы «Шко­лы деко­ра» терпеливы. 

Необык­но­вен­но хоро­ши шар­фы из шел­ка, рас­пи­сан­но­го в тех­ни­ке батик, есть даже шел­ко­вые бусы. Тра­ди­ци­он­ные раз­мы­тые узо­ры, неж­ные оттен­ки, и как же хочет­ся вон ту блед­но-лило­вую нит­ку, или вот эту, про­зрач­но-оран­же­вую. Здесь же рос­сы­пью тек­стиль­ные цве­ты: розы, хри­зан­те­мы, лилии. Цве­ток мож­но при­ко­лоть себе на пле­чо, это будет почти как у Миле­ди из «Трех муш­ке­те­ров». Она носи­ла лилию, и хоть вся эта исто­рия и не очень хоро­шо ее харак­те­ри­зу­ет, как чест­ную жен­щи­ну, но Миле­ди была чер­тов­ски умна и кра­са­ви­ца, с этим не поспоришь. 

Зна­чи­тель­ная часть сте­ны заня­та кар­ти­на­ми в сти­ле «готи­че­ский наив», эти кар­ти­ны пишут­ся не на полотне, а на дере­ве, при­чем непре­мен­но заклю­че­ны в широ­кие рамы, кото­рые сами по себе явля­ют­ся пред­ме­та­ми искус­ства. Юлия Коти­на, пре­по­да­ва­тель Шко­лы деко­ра, рас­ска­зы­ва­ет: «Стиль Готи­че­ский Наив изоб­ре­тен худож­ни­ком Пав­лом Нико­ла­е­вым. Это направ­ле­ние име­ет мно­же­ство поклон­ни­ков. Каж­дая рама выпол­ня­ет­ся для кон­крет­ной рабо­ты. Цвет, фак­ту­ра, спо­со­бы обра­бот­ки дере­ва под­би­ра­ют­ся инди­ви­ду­аль­но. Все боль­ше людей хотят осво­ить Готи­че­ский Наив; я ска­жу, поче­му: кар­ти­ны полу­ча­ют­ся теп­лы­ми, пози­тив­ны­ми, но в то же вре­мя — без излиш­ней сентиментальности…». 

Ее вни­ма­тель­но слу­ша­ет посе­ти­тель­ни­ца выстав­ки, моло­дая жен­щи­на в серой туни­ке и джи­нах, запи­сы­ва­ет теле­фо­ны, уточ­ня­ет, спо­со­бен ли осво­ить эту тех­ни­ку совсем не худож­ник. Ее уве­ря­ют, что вполне. 

На стен­де с кар­маш­ка­ми из орг­стек­ла рас­став­ле­ны открыт­ки руч­ной рабо­ты, при­сут­ству­ет как ново­год­няя тема­ти­ка, так и обще­че­ло­ве­че­ская, с лозун­га­ми «я тебя люб­лю» или «ты мой капи­тан». Кра­си­вые открыт­ки, мно­гие стре­мят­ся их при­об­ре­сти, не желая выпус­кать из рук. 

Меня же очень заин­те­ре­со­ва­ла дос­ка — пред­по­ло­жи­тель­но для запи­сей. Весе­ло оформ­лен­ная цве­точ­ка­ми и листи­ка­ми, она содер­жа­ла сле­ду­ю­щее фак­си­ми­ле, раз­мно­жен­ное раз при­мер­но десять: «Я есть: силь­ный, уве­рен­ный и любя­щий муж­чи­на. Сер­гей». Ста­ло ужас­но любо­пыт­но посмот­реть на Сер­гея. Заози­ра­лась в поисках.

Но муж­чин не было. Окру­жа­ли жен­щи­ны. Ожив­лен­но бол­та­ли, сме­я­лись и охот­но пили шам­пан­ское от орга­ни­за­то­ров. Отра­жа­лись в зер­ка­лах с бога­то деко­ри­ро­ван­ны­ми рама­ми, поправ­ля­ли при­чес­ки. Запи­сы­ва­лись на мастер-клас­сы по деку­па­жу, рос­пи­си тка­ней, валя­нию шер­сти и мыло­ва­ре­нию. Что­бы при­об­щить­ся, при­мкнуть и создать. Эта идея заво­ра­жи­ва­ет, как любая твор­че­ская идея. Хочет­ся нари­со­вать на ста­ром сту­ле новых котят, вышить сал­фет­ку мереж­кой, скру­тить цве­ток из тка­ни или под­ру­бить кухон­ное поло­тен­це. Непре­одо­ли­мо тянет занять­ся чем-нибудь таким, бес­ко­неч­но жен­ским. Я вот напи­са­ла дан­ный текст, например. 

Про­сто пото­му, что наша семья гене­ти­че­ски не склон­на к руко­де­лию (см. выше).