Сергей Курт-Аджиев: «Я готов ответить на этот вопрос, если вы этот ответ опубликуете»

«Новая газе­та» суще­ству­ет в Сама­ре боль­ше деся­ти лет. Совер­шен­но не важ­но, как она юри­ди­че­ски зовет­ся — «Новая в Сама­ре» или «Новая в Повол­жье». В любом слу­чае она оста­ет­ся «Новой газе­той» и про­дол­жа­ет писать об акту­аль­ных вопро­сах жиз­ни Сама­ры и Самар­ской обла­сти. Реше­ние Октябрь­ско­го рай­он­но­го суда, обя­зав­ше­го мини­стер­ство финан­сов выпла­тить ком­пен­са­цию в 450 тысяч руб­лей Сер­гею Курт-Аджи­е­ву, явля­ет­ся тор­же­ством спра­вед­ли­во­сти. Мы не мог­ли не при­гла­сить Сер­гея Осма­но­ви­ча побе­се­до­вать за чашеч­кой чая о про­изо­шед­шем собы­тии, а так­же выска­зать свое мне­ние о про­ис­хо­дя­щих в реги­оне про­цес­сах и рабо­те нашей газеты.

- Сер­гей Осма­но­вич, есть раз­ные вер­сии при­чин воз­буж­де­ния уго­лов­но­го дела про­тив Вас. С одной сто­ро­ны, это вро­де как поли­ти­че­ский заказ. Ходят слу­хи, что это сво­ди­мые с Вами лич­ные сче­ты. А может, это свя­за­но с дея­тель­но­стью «Новой газе­ты в Сама­ре»? Как Вы считаете?

- Поли­ти­че­ский заказ упал на бла­го­дат­ную поч­ву, пото­му что пра­во­охра­ни­тель­ные орга­ны и до это­го пыта­лись воз­буж­дать про­тив меня уго­лов­ные дела. Самое шум­ное – по фак­ту кле­ве­ты. На про­сто­рах Интер­не­та бро­дит ответ ГУВД Самар­ской обла­сти по пово­ду моей ста­тьи об убий­стве в РОВД Про­мыш­лен­но­го рай­о­на. Это где-то год 2001–2002. Они кри­ча­ли, что я их окле­ве­тал, но через два года выяс­ни­лось, что пра­во­охра­ни­те­ли дей­стви­тель­но совер­ши­ли убий­ство. Они меня все­гда не люби­ли, вза­им­но с моей сто­ро­ны. А тут им кар­та лег­ла. Ну они и рас­ста­ра­лись, но, как все­гда, в тупую, без­гра­мот­но и плюя на зако­ны. А что им зако­ны — стар­ший приказал.

- А был ли повод, из-за кото­ро­го все это про­изо­шло, или так сло­жи­лись обстоятельства?

- Пово­да, думаю, было два: и я и «Новая газе­та» дав­но были для них как кость в гор­ле. Вто­рой повод — моя дочь Настя, кото­рая ста­ла одним из заяви­те­лей на про­ве­де­ние в Сама­ре «Мар­ша несо­глас­ных». Со мной пыта­лись про­во­дить бесе­ды о том, что я дол­жен подей­ство­вать на ребен­ка, на что я всем отве­чал, что счи­таю Настю взрос­лым чело­ве­ком и, как нор­маль­ный отец, ее все­гда под­дер­жи­вал и буду под­дер­жи­вать до кон­ца, что бы ни слу­чи­лось. А даль­ше началось…

- Состо­яв­ший­ся 2 фев­ра­ля судеб­ный про­цесс фак­ти­че­ски дока­зы­ва­ет Вашу неви­нов­ность. Это реа­би­ли­та­ция. Т.е. все эти годы Вас неза­кон­но пре­сле­до­ва­ли по уго­лов­но­му делу.

- Конеч­но. Я им гово­рил: ребя­та, вы прес­су­е­те не меня, на про­сто­рах Самар­ской обла­сти вы прес­су­е­те зако­но­да­тель­ство Рос­сии. Дело не во мне. Я дока­жу вам, что на тер­ри­то­рии Самар­ской обла­сти зако­ны Рос­сий­ской Феде­ра­ции надо испол­нять. Сей­час вро­де все закон­чи­лось, уго­лов­ное дело в отно­ше­нии меня закры­то. Я при­знан чест­ным чело­ве­ком, но суще­ству­ет закон, по кото­ро­му про­ку­рор от име­ни госу­дар­ства обя­зан при­не­сти мне изви­не­ния. Рашид Арах­ма­но­вич Бада­лов, про­ку­рор горо­да Сама­ры, либо дела­ет вид, что он ниче­го не пони­ма­ет, либо он ассо­ци­и­ру­ет себя с госу­дар­ством и счи­та­ет, что его лич­ные амби­ции выше, чем зако­ны стра­ны, и изви­нять­ся не жела­ет. Повто­рюсь, я счи­таю, что закон РФ на тер­ри­то­рии Самар­ской обла­сти обя­за­ны испол­нять все: и я, и вы, и тем более прокурор.

Повто­рюсь, я счи­таю, что закон РФ на тер­ри­то­рии Самар­ской обла­сти обя­за­ны испол­нять все: и я, и вы, и тем более прокурор»

- Сер­гей Осма­но­вич, судеб­ный про­цесс, кото­рый Вы выиг­ра­ли, по сути, явля­ет­ся тор­же­ством спра­вед­ли­во­сти, соблю­де­ни­ем зако­на РФ. Если рас­смат­ри­вать суд как еди­ную систе­му, то, с одной сто­ро­ны, мы име­ем спра­вед­ли­вое реше­ние Октябрь­ско­го суда горо­да Сама­ры, а с дру­гой сто­ро­ны, эта же судеб­ная систе­ма выно­сит обви­ни­тель­ный при­го­вор Миха­и­лу Ходорковскому.

- В суде мы все-таки име­ем дело с субъ­ек­тив­но­стью. Да и не в суде у нас субъ­ек­тив­ность зашка­ли­ва­ет. Напри­мер, я дово­лен реше­ни­ем суда по делу Куту­зо­ва, но, с дру­гой сто­ро­ны, это изде­ва­тель­ство. Суд при­су­дил маме Геор­гия Куту­зо­ва Полине Андре­евне 200 тысяч в каче­стве мораль­но­го ущер­ба. У нас нет прейс­ку­ран­та на цен­ность чело­ве­че­ской жиз­ни, но у нас есть нац­ли­дер, кото­рый после тер­ак­та в Домо­де­до­во озву­чил, что всем семьям погиб­ших выпла­тят по 3 мил­ли­о­на руб­лей. Т.е. гос­по­дин Путин озву­чил, по его мне­нию, цену чело­ве­че­ской жиз­ни на сего­дняш­ний день в нашей стране. По этой логи­ке ком­пен­са­ция за гибель Геор­гия Куту­зо­ва так­же долж­на соста­вить три мил­ли­о­на. Какое име­ет зна­че­ние, погиб чело­век в Домо­де­до­во, где пра­во­охра­ни­тель­ные орга­ны пло­хо сра­бо­та­ли либо совсем не сра­бо­та­ли, или погиб здесь, где винов­ни­ка­ми его гибе­ли ста­ли сотруд­ни­ки милиции?

- Вы гово­ри­ли, что на Вас суще­ство­вал поли­ти­че­ский заказ. Если воз­вра­щать­ся к делу Ходор­ков­ско­го и Лебе­де­ва, при­го­вор в их слу­чае – поли­ти­че­ское реше­ние. Нынеш­нее реше­ние в вашу поль­зу – это про­яв­ле­ние субъ­ек­тив­ной спра­вед­ли­во­сти судьи, кото­ро­му дали шанс спра­вед­ли­во рас­су­дить, или поли­ти­че­ская ситу­а­ция изме­ни­лась, и Сер­гея Осма­но­ви­ча Курт-Аджи­е­ва уже мож­но при­знать невиновным? 

- Уже мож­но обхо­дить­ся с ним по зако­ну, я бы ска­зал. Я, встре­ча­ясь в нефор­маль­ной обста­нов­ке с круп­ны­ми началь­ни­ка­ми, гово­рил им: мужи­ки, ну ска­жи­те, кто сто­ит за про­цес­сом про­тив меня, я ему дол­жен поста­вить ящик конья­ка, пото­му что тот PR, не рос­сий­ский, не самар­ский, а меж­ду­на­род­ный, кото­рый вы сво­и­ми дей­стви­я­ми мне устро­и­ли, сто­ит мил­ли­о­ны дол­ла­ров. Любой меж­ду­на­род­ный жур­на­лист, при­ез­жа­ю­щий в Сама­ру, счи­та­ет сво­им дол­гом посе­тить Жигу­лев­ский пив­за­вод, бун­кер Ста­ли­на и встре­тить­ся со мной. Хотя я для это­го ниче­го не делал. Вот и хоте­лось бы узнать, кто меня так воз­вы­сил, и по-чест­но­му про­ста­вить­ся. Надо же как-то чело­ве­ка отбла­го­да­рить, даже и за дурь его, кото­рая пошла мне на поль­зу. Пока никто не сознался…

Любой меж­ду­на­род­ный жур­на­лист, при­ез­жа­ю­щий в Сама­ру, счи­та­ет сво­им дол­гом посе­тить Жигу­лев­ский пив­за­вод, бун­кер Ста­ли­на и встре­тить­ся со мной.

- Недав­но в обзо­ре прес­сы по одно­му из теле­ка­на­лов была про­ци­ти­ро­ва­на ста­тья, в кото­рой гово­ри­лось, что дело про­тив жур­на­ли­ста Курт-Аджи­е­ва было закры­то в свя­зи с тем, что Microsoft отка­зал­ся от каких-либо пре­тен­зий в его адрес.

- Microsoft – это отдель­ная исто­рия. Ком­па­ния отка­за­лась от пре­тен­зий в отно­ше­нии меня еще в 2008 году, но кто бы об этом знал. Пред­ста­ви­тель Microsoft давал сви­де­тель­ские пока­за­ния про­тив меня и в ходе след­ствия, и в суде, делая вид, что он не в кур­се реше­ния руко­вод­ства ком­па­нии. Дело в том, что Microsoft, «Microsoft – Рос­сия» в лице гос­по­ди­на Пря­нич­ни­ко­ва и Microsoft в Сама­ре в лице гос­по­ди­на Бар­чу­ги­на – раз­ные вещи. Microsoft в Рос­сии живет по несколь­ко дру­гим пра­ви­лам, чем во всем мире. 

- Сер­гей Осма­но­вич, Ваши отно­ше­ния с Вик­то­ром Тар­хо­вым носят лич­ный харак­тер, и Вы все­гда отзы­ва­лись о нем как о чест­ном и поря­доч­ном чело­ве­ке. Ста­ло извест­но, что адми­ни­стра­ция Тар­хо­ва рас­про­да­ва­ла муни­ци­паль­ную соб­ствен­ность по зани­жен­ным ценам. Гла­ва горо­да не мог об этом не знать. Како­во Ваше к отно­ше­ние к происходящему?

- Мои вза­и­мо­от­но­ше­ния с Вик­то­ром Тар­хо­вым нача­лись в 1991 году. Как я к нему тогда отно­сил­ся, так отно­шусь и сей­час. Про поря­доч­ность — два при­ме­ра. Вик­тор Алек­сан­дро­вич в нача­ле девя­но­стых ста­но­вит­ся пред­се­да­те­лем област­но­го Сове­та депу­та­тов и пред­се­да­те­лем Куй­бы­шев­ско­го обл­ис­пол­ко­ма. При­хо­дит к нему мать вось­ми детей, а у него лежит ордер на быв­шую квар­ти­ру пер­во­го сек­ре­та­ря обко­ма КПСС Евге­ния Мура­вье­ва в доме на Вило­нов­ской, 1. Он берет ордер, выпи­сан­ный на него, и велит пере­пи­сать квар­ти­ру на нее. 

Я не знаю нико­го из нынеш­них власть пре­дер­жа­щих, спо­соб­но­го так поступить. 

- Но ведь одно дру­го­му не мешает?

- Дру­гой при­мер: при­хо­дит ко мне извест­ный спор­тив­ный жур­на­лист Сере­жа Вол­ков и гово­рит: слу­шай, девять лет суще­ству­ет тур­нир по пляж­но­му фут­бо­лу «Золо­тые пес­ки Сама­ры», сей­час он накры­ва­ет­ся — спон­со­ров нет, орга­ни­за­то­ры люди, любя­щие спорт, но денег у них тоже нет, Тар­хов гово­рил, что готов тур­нир под­дер­жать. Я пошел к Вик­то­ру Алек­сан­дро­ви­чу и ска­зал об этом, пред­ло­жив, что­бы «Золо­тые пес­ки» про­ве­ла «Самар­ская газе­та», но где день­ги взять? Мы, газе­та, все под­го­то­вим и про­ве­дем, необ­хо­ди­мо, что­бы под­клю­чи­лась Гор­бу­но­ва как зам, в чьем веде­нии нахо­дит­ся город­ской спорт. Тогда я впер­вые услы­шал оцен­ку мадам Гор­бу­но­вой: «Мы что, будем пору­чать это дело Кате и зава­ли­вать его?» Кон­чи­лось все тем, что я пере­дал Вик­то­ру Алек­сан­дро­ви­чу сме­ту на про­ве­де­ние тур­ни­ра, а он дал на это свои соб­ствен­ные день­ги, ска­зав, что раз обе­щал – зна­чит обещал.

А по, как вы гово­ри­те, про­да­же город­ско­го иму­ще­ства я не в кур­се. Если что-то было, навер­ное, нынеш­ний мэр или вез­де­су­щий город­ской про­ку­рор об этом когда-нибудь объявят.

- Давай­те вер­нем­ся к «Самар­ской газе­те»? Како­ва была при­чи­на Ваше­го ухо­да на самом деле?

- Я готов отве­тить на этот вопрос, если вы этот ответ опубликуете.

- Да, конеч­но опубликуем.

- Ситу­а­ция такая. У меня нико­гда не было каких-то отри­ца­тель­ных эмо­ций в отно­ше­нии Дмит­рия Иго­ре­ви­ча Аза­ро­ва. Когда мы встре­ча­лись с ним в декаб­ре 2009-го во вре­мя его интер­вью газе­те, я ему чест­но ска­зал, что если на выбо­ры пой­дет Вик­тор Тар­хов, то я буду под­дер­жи­вать Вик­то­ра Алек­сан­дро­ви­ча. Если пой­дет Сер­гей Арсен­тьев и вы не отка­же­тесь от моей под­держ­ки, я буду под­дер­жи­вать вас.

Что же каса­ет­ся мое­го ухо­да из «Самар­ской газе­ты», я пре­крас­но знал, что все этим и закон­чит­ся, но мне было инте­рес­но, как это про­изой­дет. Я пре­крас­но знал, что мне надо будет уйти, и я уйду, ибо Дмит­рий Иго­ре­вич шел под зна­ме­на­ми «Еди­ной Рос­сии», а я хочу высту­пить как сви­де­тель обви­не­ния, когда лет через десять будет про­хо­дить судеб­ный про­цесс над «ЕР» как пре­ступ­ной орга­ни­за­ци­ей. Дмит­рий Иго­ре­вич назна­чен пар­ти­ей, и он вынуж­ден испол­нять реше­ния и поже­ла­ния партии.

- Т.е. Ваш уход — это про­дик­то­ван­ное реше­ние, а не лич­ная ини­ци­а­ти­ва Дмит­рия Игоревича?

- Это не его лич­ное реше­ние, о чем он мне чест­но ска­зал. Спа­си­бо ему, при­знал меня при­лич­ным чело­ве­ком, хоро­шим про­фес­си­о­на­лом. Но под дав­ле­ни­ем свер­ху вынуж­ден был попро­сить меня напи­сать заявление.

- Был вари­ант, что Вас уво­лят, если Вы не напи­ше­те сами заявление?

- Да. Было гото­во уве­дом­ле­ние о моем уволь­не­нии. Мож­но было побо­дать­ся, устро­ить шуми­ху, но, счи­таю, это не тот слу­чай, когда сто­ит упи­рать­ся, да и рабо­тать под неусып­ным оком пар­тии вла­сти я не смогу.

- У Вас в редак­ции рабо­тал Вик­тор Долонь­ко, кото­рый ушел из «ГИСа» и из «Самар­ской газе­ты» перед выбо­ра­ми. Было мне­ние, что «кры­сы бегут с корабля». 

- Думаю, Вик­то­ру Долонь­ко, как и мне, не нра­ви­лось рабо­тать с теми людь­ми, кото­рые зани­ма­лись выбо­ра­ми в коман­де у Тархова. 

В первую оче­редь, с гос­по­ди­ном Арсен­тье­вым, кото­рый не столь­ко выбо­ра­ми зани­мал­ся, сколь­ко интри­га­ми. Ну, для Сер­гея Юрье­ви­ча это нор­маль­ное состо­я­ние, он и ныне интри­гу­ет в борь­бе за власть в «Спра­вед­ли­вой Рос­сии». А вооб­ще, если Вам инте­рес­ны поступ­ки и моти­ва­ция Долонь­ко, луч­ше спро­сить у него — при­гла­си­те его в редак­цию и пого­во­ри­те с ним.

- Вы счи­та­е­те, что «Еди­ную Рос­сию», воз­мож­но, будут судить в буду­щем. Если гово­рить о ситу­а­ции в самар­ской поли­ти­ке, с кото­рой Вы очень хоро­шо зна­ко­мы. Недав­но Вик­тор Долонь­ко в одной из сво­их пере­дач на «Эхо Моск­вы в Сама­ре» рез­ко кри­ти­ко­вал самар­ское «Ябло­ко» в лице Иго­ря Ермо­лен­ко за то, что он толь­ко и может что участ­во­вать во флеш-мобах за воз­вра­ще­ние cамар­ско­го вре­ме­ни, хотя Вик­тор Долонь­ко и сам участ­во­вал в пер­вом подоб­ном меро­при­я­тии. Миха­ил Мат­ве­ев, кото­ро­го мно­гие счи­та­ют лицом самар­ской оппо­зи­ции, то пози­ци­о­ни­ру­ет себя как неза­ви­си­мо­го поли­ти­ка, то всту­па­ет во фрак­цию КПРФ, то под­дер­жи­ва­ет Вла­ди­ми­ра Пути­на. «Спра­вед­ли­вая Рос­сия», кото­рая никак не может разо­брать­ся с про­бле­ма­ми внут­ри рег­от­де­ле­ния пар­тии. Ана­ло­гич­но с КПРФ. Кого, по-Ваше­му, мож­но назвать оппо­зи­ци­о­не­ром в Сама­ре не толь­ко по раз­го­во­рам, но и по делу? Есть ли оппо­зи­ция в Самаре?

- К Мат­ве­е­ву я отно­шусь более поло­жи­тель­но, чем к боль­шин­ству депу­та­тов, име­ну­ю­щих себя избран­ни­ка­ми наро­да. Сужу по его делам. 

А оппо­зи­ции в Сама­ре нет. Дело в том, что у нас одно из самых «эффек­тив­ных» управ­ле­ний «Э» в Рос­сии. Все, кто хоть чуть-чуть были поли­ти­че­ски актив­ны, дав­но уеха­ли из горо­да. С ними мог­ло про­изой­ти все что угод­но, нашли бы нар­ко­ти­ки, сфаб­ри­ко­ва­ли бы дело, в край­нем слу­чае наня­ли бы под­руч­ных и поби­ли все стек­ла в квар­ти­ре. Ожи­дать от них мож­но мно­го­го — вер­ные оприч­ни­ки режима.

- Как же тогда дей­ству­ют те люди, кото­рых мы пере­чис­ли­ли. Управ­ле­ние «Э» не реа­ги­ру­ет на их действия?

- Они бы сре­а­ги­ро­ва­ли, но тру­со­ва­ты на депу­та­тов наез­жать, да и коман­ды «фас», види­мо, не посту­па­ло. Кро­ме того, назван­ные вами люди, с моей точ­ки зре­ния, — не оппо­зи­ция. В первую оче­редь, оппо­зи­ция это такие люди, как Ваган Гай­ко­вич Кар­ка­рьян, кото­рый зна­ет, как долж­но быть, и его воз­му­ща­ет иди­о­тизм, кото­рый про­ис­хо­дит в горо­де с архи­тек­ту­рой, застрой­кой и уни­что­же­ни­ем памят­ни­ков исто­ри­че­ских. Акции про­тив мос­ков­ско­го вре­ме­ни опять же при­ду­мал не Миша Мат­ве­ев и не Игорь Ермо­лен­ко. Там есть барыш­ня, кото­рая это начала. 

В первую оче­редь, оппо­зи­ция это такие люди, как Ваган Гай­ко­вич Кар­ка­рьян, кото­рый зна­ет, как долж­но быть, и его воз­му­ща­ет иди­о­тизм, кото­рый про­ис­хо­дит в горо­де с архи­тек­ту­рой, застрой­кой и уни­что­же­ни­ем памят­ни­ков исто­ри­че­ских. Акции про­тив мос­ков­ско­го вре­ме­ни опять же при­ду­мал не Миша Мат­ве­ев и не Игорь Ермо­лен­ко. Там есть барыш­ня, кото­рая это начала. 

- Вы хоти­те ска­зать, что оппо­зи­ция начи­на­ет­ся с поли­ти­че­ски неан­га­жи­ро­ван­ных граж­дан? Ваган Гай­ко­вич, Свет­ла­на, с кото­рой нача­лись флеш-мобы…

- Да, конечно. 

- Т.е. поли­ти­ки не могут встро­ить­ся в оппо­зи­цию и что-то изменить?

- Поли­ти­ки, может быть, и могут что-то изме­нить, но они часто быва­ют дале­ки от народа. 

- Мы с Вами нача­ли раз­го­вор с «Новой газе­ты в Сама­ре», дирек­то­ром кото­рой Вы явля­лись. На сего­дняш­ний день Вы явля­е­тесь соб­ко­ром феде­раль­ной «Новой газе­ты» в Сама­ре. Хоте­лось бы услы­шать Ваше мне­ние по пово­ду дея­тель­но­сти «Новой газе­ты в Повол­жье». Что бы Вы посо­ве­то­ва­ли или поже­ла­ли ей?

- В «Новой газе­те в Повол­жье» есть куча авто­ров, кото­рых не сто­ит печа­тать или надо печа­тать, кате­го­ри­че­ски редак­ти­руя их тек­сты. Нуж­но вни­ма­тель­нее читать феде­раль­ную «Новую». А то под одним назва­ни­ем выхо­дят два прин­ци­пи­аль­но раз­лич­ных изда­ния — ваше и феде­раль­ное. Зани­мать­ся надо не толь­ко вопро­са­ми куль­ту­ры и сохра­не­ния памят­ни­ков — сохра­не­ние памят­ни­ков в стране, в кото­рой пен­си­о­не­ры нищие, невоз­мож­но. Нуж­но писать обо всем и к людям быть бли­же. Людей у вас в газе­те прак­ти­че­ски нет.

Мы еще дол­го бесе­до­ва­ли с Сер­ге­ем Осма­но­ви­чем о про­бле­мах реги­о­на и о том, насколь­ко важ­но их обсуж­дать на стра­ни­цах газе­ты. Упре­кая нас в акцен­ти­ро­ва­нии вопро­сов куль­ту­ры, Сер­гей Осма­но­вич при­зна­ет, что это явля­ет­ся важ­ным аспек­том жиз­ни горо­да. Речь шла даже не о куль­тур­ных меро­при­я­ти­ях и насле­дии в част­но­сти, а о том вли­я­нии, кото­рое они долж­ны ока­зы­вать на жите­лей. Одно оче­вид­но – все мы зани­ма­ем­ся общим делом, и на стра­ни­цах «Новой» любой чита­тель най­дет мате­ри­а­лы на жела­е­мую тему, либо в реги­о­наль­ной вклад­ке, либо в феде­раль­ном дайджесте.