Как я создал современное искусство.

Спу­стя два года после про­шлой Ширя­ев­ской биен­на­ле совре­мен­но­го искус­ства несколь­ко сот людей выстро­и­лись в дол­гую оче­редь у при­ча­ла, что­бы добрать­ся до села Ширя­е­во и посе­тить нома­ди­че­ское шоу – глав­ное собы­тие биен­на­ле. Неуте­ши­тель­ный про­гноз и ноч­ной дождь вне­зап­но сме­ни­лись почти без­об­лач­ным небом, что само по себе созда­ва­ло при­ят­ную атмо­сфе­ру, царив­шую сре­ди пас­са­жи­ров суд­на. Что каса­ет­ся настро­е­ний по пово­ду пред­сто­я­ще­го «шоу», то они были, как все­гда различные.

Те, кто посе­ща­ет биен­на­ле в Ширя­е­во в пер­вый раз жда­ли новых откры­тий и впе­чат­ле­ний от совре­мен­ных худож­ни­ков, а завсе­гда­таи в боль­шин­стве сво­ем пред­ска­зы­ва­ли, что она мало чем будет отли­чать­ся от преды­ду­щих. И это вполне объ­яс­ни­мо. Состав участ­ни­ков биен­на­ле каж­дый раз меня­ет­ся, но основ­ная груп­па худож­ни­ков тра­ди­ци­он­но при­ез­жа­ет в Ширя­е­во для демон­стра­ции сво­их про­ек­тов. Опыт­ный зри­тель вполне может пред­по­ло­жить что мож­но ожи­дать от пер­фор­ман­сов того же Ханнс-Миха­е­ля Руп­прех­те­ра или Мари Кар­тау, запом­нив­шей­ся мно­гим сво­и­ми доволь­но эпа­таж­ны­ми пер­фор­ман­са­ми на про­шлых фестивалях.

Дей­стви­тель­но, в боль­шин­стве сво­ем, от орга­ни­за­ции и до самих работ все было пред­ска­зу­е­мо и момен­та­ми даже созда­ва­лось, как пра­виль­но заме­ти­ла Вика Суш­ко, ощу­ще­ние дежа-вю. Та же неор­га­ни­зо­ван­ность, мало­чис­лен­ность печат­но­го вари­ан­та про­грам­мы, незна­ние зри­те­ля­ми марш­ру­та, труд­но­до­ступ­ность мно­гих пер­фор­ман­сов и инстал­ля­ций. Все это, как и в про­шлые разы, созда­ва­ло дис­ком­форт и в конеч­ном сче­те дела­ло все более мало­чис­лен­ным груп­пу пере­ме­ща­ю­щих­ся люби­те­лей совре­мен­но­го искус­ства. В резуль­та­те, сол­неч­ная пого­да, зной, уста­лость и отсут­ствие чет­ко­го сце­на­рия побу­ди­ли мно­гих зри­те­лей «сой­ти с дистан­ции» и устро­ит­ся поудоб­нее в живо­пис­ней­шем месте Самар­ской Луки.

Самое же глав­ное это то, как вос­при­ни­ма­ет­ся все это дей­ство зри­те­ля­ми и мно­ги­ми чле­на­ми арт-сооб­ще­ства. Суще­ству­ет два самых частых мне­ния на счет нома­ди­че­ско­го шоу. Одно из них озву­чил извест­ный в самар­ском арт-сооб­ще­стве кри­тик: «Самое ужас­ное не то, что дела­ют худож­ни­ки в Ширя­е­во, а то, что зри­те­ли едут туда думая, что это и есть совре­мен­ное искус­ство». Что же такое пока­зы­ва­ют нам в Ширя­е­во ели не искус­ство, ска­же­те вы? Тогда сле­ду­ет вспом­нить вто­рое весь­ма рас­про­стра­нен­ное мне­ние о нома­ди­че­ском шоу. Мне­ние заклю­ча­ет­ся в том, что при­е­хав­шие в Ширя­е­во худож­ни­ки в тече­ние неде­ли зани­ма­ют­ся чем угод­но, толь­ко не сво­и­ми арт-объ­ек­та­ми, а нака­нуне само­го дей­ства лепят про­из­ве­де­ния из под­руч­ных мате­ри­а­лов. «Очу­ме­лые руч­ки», как их назвал один из ЖЖ-бло­ге­ров. Без­услов­но, это каса­ет­ся не всех худож­ни­ков, но это утвер­жде­ние часто быва­ет неда­ле­ко от исти­ны. Слиш­ком мно­гое, что демон­стри­ру­ет­ся нам на биен­на­ле под видом совре­мен­но­го искус­ства, не что иное, как под­ме­на, фаль­шив­ка, и спо­рить здесь, к сожа­ле­нию, не о чем. Но есть и про­ду­ман­ные, хоро­шо испол­нен­ные, а глав­ное соот­вет­ству­ю­щие кон­цеп­ции объ­ек­ты. Мало, но они все-таки есть.

Нома­ди­че­ское шоу в этом году ста­ло для меня не толь­ко пред­ме­том наблю­де­ния, но мне посчаст­ли­ви­лось при­нять уча­стие в созда­нии одно­го из пер­фор­ман­сов по прось­бе Лены Ден­ди­бе­рия и Ана­то­лия Гай­ду­ка. Насту­пи­ло свет­лое буду­щее и я вос­поль­зо­вал­ся сво­им пра­вом на 15 минут славы.

Этно-рели­ги­оз­ный пер­фор­манс, заду­ман­ный Ден­ди­бе­рия и Гай­ду­ком был наве­ян кино­ше­дев­ра­ми Сер­гея Пара­джа­но­ва. На оди­но­ко сто­я­щем на склоне хол­ма дубе рас­по­ло­жи­лась Лена в бело­снеж­ном пла­тье, шлейф кото­ро­го сви­сал с дере­ва и на несколь­ко мет­ров сте­лил­ся вниз по хол­му. Хол­ми­стый ланд­шафт Ширя­е­ва, напо­ми­на­ю­щий зеле­ные хол­мы Восточ­ной Гру­зии и паря­щие в ясном небе кор­шу­ны созда­ва­ли иллю­зию того, что дей­ствие про­ис­хо­дит где-нибудь в низи­нах Карт­ли. Вне­зап­но зазву­ча­ла гру­зин­ская народ­ная музы­ка «Ты лоза» — гимн Бого­ро­ди­це, напи­сан­ный сыном леген­дар­но­го царя Гру­зии Дави­да IV Сиро­и­те­ля Дэм­эт­ре I‑м, дедуш­кой не менее леген­дар­ной цари­цы Тамар. В это вре­мя на краю шлей­фа я выпи­сы­вал «Отче наш» «каго­ром» по-гру­зин­ски. Крас­ные бук­вы, напи­сан­ные вином, быст­ро сох­ли и теря­ли свою крас­но­ту. Мно­гие зри­те­ли при­ня­ли за часть пер­фор­ман­са вне­зап­но появив­ше­е­ся рядом с нами ста­до коз. Ска­зать по прав­де, мы были крайне удив­ле­ны и обра­до­ва­ны их появ­ле­ни­ем. Козы ста­ли послед­ним штри­хом в пер­фор­ман­се. Бли­же к кон­цу молит­вы Лена сошла с дере­ва, оста­вив шлейф пла­тья сви­са­ю­щим с вет­вей, а я, допи­сав молит­ву и отпив слад­ко­го каго­ра из бутыл­ки, спу­стил­ся с хол­ма. Надо ска­зать, что сам выбор гру­зин­ской темы более чем отве­чал заяв­лен­ной теме биен­на­ле: «Чуже­стран­цы меж­ду Евро­пой и Ази­ей», ведь Гру­зия рас­по­ло­же­на на пере­шей­ке меж­ду дву­мя частя­ми света.