Условная борьба с безусловным злом

В про­цес­се медиа­а­та­ки на «Пра­вое дело» осо­бен­но доста­лось Евге­нию Ройз­ма­ну. Под­кон­троль­ные СМИ устро­и­ли отвра­ти­тель­ную кам­па­нию трав­ли. Впро­чем, само­го Ройз­ма­на так про­сто не выбъ­ешь, а вот его делу может быть нане­сен непо­пра­ви­мый урон. Лече­ние геро­и­но­вых нар­ко­ма­нов дело труд­ное и страш­ное. А теперь еще и поли­ти­че­ское. Госу­дар­ство борет­ся с этим злом тра­ди­ци­он­но. Кры­ше­ва­ни­ем. И Рос­сия уве­рен­но лиди­ру­ет в мире по уров­ню геро­и­но­вой нар­ко­ма­нии. Дело Ройз­ма­на гораз­до важ­нее, чем кажет­ся сей­час бор­зым писа­кам. Что­бы понять, как выгля­дит эта про­бле­ма сего­дня, мы зада­ли через Интер­нет несколь­ко вопро­сов Андрею Бере­зов­ско­му — прак­ти­ку­ю­ще­му вра­чу-пси­хо­те­ра­пев­ту. Андрей име­ет боль­шой опыт реа­би­ли­та­ции геро­и­но­вых нар­ко­ма­нов, в девя­но­стые годы он рабо­тал в фон­де «Вто­рое рождение».

- Ты, насколь­ко мне извест­но, быва­ешь на Ура­ле сей­час. Насколь­ко серьез­на там ситу­а­ция с наркоманией?

- На Ура­ле бываю, ситу­а­ция с нар­ко­ма­ни­ей там, веро­ят­но, серьез­ная. Мож­но уви­деть шпри­цы в подъ­ез­дах, явно «упо­тре­бив­ших» людей на ули­цах. Ну, и мест­ные жите­ли гово­рят, что ситу­а­ция серьез­ная. По моим внеш­ним впе­чатл­ни­ям — это тяже­лее, чем в 90‑е в Самаре.

- Изле­чи­ма ли геро­и­но­вая нар­ко­ма­ния теми мето­да­ми, кото­рые исполь­зу­ют в цен­тре «Город без наркотиков»?

- Мне не извест­ны мето­ды реа­би­ли­та­ции, кото­рые исполь­зу­ет «Город без нар­ко­ти­ков» — я не был в их реа­би­ли­та­ци­он­ных цен­трах. Но я видел людей из этой орга­ни­за­ции, и они про­из­ве­ли на меня хоро­шее впе­чат­ле­ние. Кро­ме того, я слы­шал, что к их дея­тель­но­сти в плане помо­щи пра­во­охра­ни­тель­ным орга­нам мно­гие отно­сят­ся поло­жи­тель­но. Очень поло­жи­тель­но. Про мето­ды реа­би­ли­та­ции ниче­го ска­зать не могу. Един­ствен­ное — по пово­ду оцен­ки каких-либо мето­дов вооб­ще — надо учи­ты­вать, что нар­ко­ма­нии отно­сят­ся к пси­хи­че­ским рас­строй­ствам. А Урал отно­сит­ся к Азии. И раз­де­ле­ние на Евро­пу и Азию — и в гео­гра­фии, и в умах — на мой взгляд, совер­шен­но не иллю­зор­ное. Оно абсо­лют­но реально.

- Насколь­ко оправ­да­но вме­ша­тель­ство и наси­лие над лич­но­стью в рам­ках такой «тера­пии»?

- Не пони­маю, о чем идет речь. Любое лече­ние — это вме­ша­тель­ство. Даже лече­ние грип­па — это вме­ша­тель­ство. Опе­ра­ция апен­д­эк­то­мии — вме­ша­тель­ство, кото­рое про­из­во­дит­ся с пись­мен­но­го раз­ре­ше­ния паци­ен­та. Вся меди­ци­на пред­став­ля­ет собой вме­ша­тель­ство. По отно­ше­нию к пси­хи­че­ским рас­строй­ствам дей­ству­ет очень стро­гий закон об ока­за­нии пси­хи­ат­ри­че­ской помощи. 

До меня дохо­ди­ли слу­хи о «наси­лии» над лич­но­стью в цен­трах «Горо­да без нар­ко­ти­ков». При­ме­ча­тель­но, что эти слу­хи дохо­ди­ли до меня здесь, в евро­пей­ской части Рос­сии. На Ура­ле я ни разу ни от кого ниче­го подоб­но­го не слышал. 

- В свое вре­мя ты тоже рабо­тал в цен­тре с неод­но­знач­ным руко­вод­ством. Как вы лечи­ли нар­ко­ма­нов и како­ва была эффек­тив­ность вашей работы?

- Я нико­гда не рабо­тал в цен­трах с неод­но­знач­ным руко­вод­ством. Если вы име­е­те в виду «Вто­рое рож­де­ние», то это был не центр, а фонд . И руко­вод­ство там было вполне одно­знач­ное. Я гор­жусь тем, что я там рабо­тал, и счи­таю, что мы что-то сде­ла­ли для изме­не­ния ситу­а­ции в Самар­ской обла­сти и в Поволж­ском реги­оне. Дей­стви­тель­но, к нашей дея­тель­но­сти отно­си­лись неод­но­знач­но. Я еще тогда заме­тил — сто­ит толь­ко под­сту­пить­ся к теме нар­ко­ти­ков, как тебя немед­лен­но начи­на­ют вос­при­ни­мать несколь­ко свое­об­раз­но. Веро­ят­но, это свя­за­но с табу­и­ро­ван­но­стью самой темы. Я уве­рен, что есть про­бле­мы, кото­ры­ми мож­но и нуж­но зани­мать­ся, как гово­рит­ся, «всем миром». 

С точ­ки зре­ния реа­би­ли­та­ции мы, как мне кажет­ся, были эффек­тив­ны. Фонд поз­во­лял посвя­щать каж­до­му паци­ен­ту очень мно­го вре­ме­ни. Это, может быть, эко­но­ми­че­ски было не совсем целе­со­об­раз­но, осо­бен­но для тех лет. Но с точ­ки зре­ния тера­пии — полез­но. Я до сих пор встре­чаю людей отту­да, у нас хоро­шие отно­ше­ния. В общем, «Вто­рое рож­де­ние» было не напрасно.

- Во «Вто­ром рож­де­нии» вме­сте с тобой рабо­та­ли луч­шие пси­хо­ло­ги Сама­ры. У вас не было мораль­ных или каких-то про­фес­си­о­наль­ных кон­флик­тов с вла­дель­ца­ми центра?

- «Вто­рое рож­де­ние» было фон­дом. Там, насколь­ко мне извест­но, были учре­ди­те­ли, а не вла­дель­цы. Мы рабо­та­ли тогда как еди­ная коман­да, обсуж­да­ли сво­бод­но любые вопро­сы. Мне кажет­ся, у нас было вза­и­мо­по­ни­ма­ние. Мораль­ный кон­фликт мог быть один — по пово­ду того, дол­жен ли являть­ся реа­би­ли­та­ци­он­ный центр биз­не­сом в усло­ви­ях, когда госу­дар­ство не выде­ля­ет доста­точ­но средств на реа­би­ли­та­цию. Но это­го кон­флик­та не было — «Вто­рое рож­де­ние» биз­не­сом не являлось.

- Нуж­ны ли подоб­ные цен­тры в Сама­ре сегодня?

- В Сама­ре сло­жи­лась очень мощ­ная сеть реа­би­ли­та­ци­он­ных цен­тров и групп. Мно­гие из них дей­ству­ют по мето­ди­ке «Две­на­дцать шагов». В насто­я­щее вре­мя Сама­ра — раз­ви­тый город по вопро­сам раби­ли­та­ции. Если уж рас­смат­ри­вать «исто­ри­че­скую» роль «Вто­ро­го рож­де­ния» — может быть, мы долж­ны были пока­зать, что если про­бле­мой зай­мут­ся все вме­сте — спе­ци­а­ли­сты и паци­ен­ты, поли­ти­ки и моло­деж­ные лиде­ры, — про­бле­ма сдви­нет­ся с места. В этом смыс­ле мне кажет­ся, что новое «Вто­рое рож­де­ние» не нуж­но. Но ведь мы зани­малсь толь­ко реа­би­ли­та­ци­ей и про­па­ган­дой. У «Горо­да без нар­ко­ти­ков», насколь­ко мне извест­но, немнож­ко дру­гой формат.

- Какие мето­ды борь­бы с геро­и­но­вой нар­ко­ма­ни­ей ты счи­та­ешь наи­бо­лее эффективными?

- Сооб­ще­ства ано­ним­ных паци­ен­тов. На мой взгляд, они дока­за­ли свою эффек­тив­ность в евро­пей­ской куль­ту­ре. Вполне допус­каю, что в более «ази­ат­ском» мен­та­ли­те­те долж­ны воз­ник­нуть дру­гие модели.

- Как ты оце­ни­ва­ешь обще­ствен­ное отно­ше­ние к этой проблеме?

- Как хре­но­вое. Мы склон­ны впа­дать в исте­ри­ку по любо­му пово­ду и при этом не реша­ем про­стых и насущ­ных проблем.

- Како­вы соци­аль­ные пред­по­сыл­ки нар­ко­ма­нии («кро­ко­дил», напри­мер), кото­рая уби­ва­ет очень быст­ро, жесто­ко и неизбежно? 

- Соци­аль­ные пред­по­сыл­ки мне труд­но систем­но оце­нить, я врач. Ино­гда мне кажет­ся, что рас­про­стра­не­ние «кро­ко­ди­ла» и ему подоб­ных веществ свя­за­но с тем, что мы про­фи­нан­си­ро­ва­ли и более-менее орга­ни­зо­ва­ли сило­вую борь­бу с про­бле­мой, но поза­бы­ли про­фи­нан­си­ро­вать и орга­ни­зо­вать про­фи­лак­ти­ку и реабилитацию.

- Твое лич­ное отно­ше­ние к Ройз­ма­ну и его деятельности?

- Я не зна­ком лич­но с Ройз­ма­ном. Читал книж­ку его сти­хов, и сти­хи мне понра­ви­лись. Они очень ураль­ские, очень пере­кли­ка­ют­ся с мои­ми впе­чат­ле­ни­я­ми об этом уди­ви­тель­ном месте.

Я встре­чал людей из «Горо­да без нар­ко­ти­ков» — они про­из­ве­ли на меня хоро­шее впе­чат­ле­ние. Ува­жаю нерав­но­душ­ных людей.

- Счи­та­ешь ли ты, что свя­зи с кри­ми­на­ли­те­том оста­ют­ся пят­ном на чело­ве­ке на всю жизнь и могут быть пово­дом для огра­ни­че­ний на про­фес­сию или дру­гие фор­мы деятельности?

- Самый стран­ный вопрос, кото­рый мож­но задать вра­чу :). Ниче­го в этом не пони­маю. Но в нашей стране, с ее про­шлым, с ее исто­ри­ей, о каких огра­ни­че­ни­ях может идти речь? Наша стра­на постро­е­на зека­ми, и быто­вой язык, на кото­ром мы гово­рим, систе­ма наших цен­но­стей и про­чее, про­чее… Мои­ми гла­за­ми сама поста­нов­ка вопро­са об огра­ни­че­ни­ях абсурдна.

- Счи­та­ешь ли ты, что упо­треб­ле­ние нар­ко­ти­ков (осо­бен­но тяже­лых) оста­ет­ся пят­ном на чело­ве­ке на всю жизнь и могут быть пово­дом для огра­ни­че­ний на про­фес­сию или дру­гие фор­мы деятельности?

- Кате­го­ри­че­ски нет. Им и так труд­но выздо­рав­ли­вать. Если мы еще будем ста­вить на них какие то пят­на, клей­мить… Жесть какая-то.

- Како­ва твоя общая оцен­ка ситу­а­ции с нар­ко­ма­ни­ей в России? 

- Я не вла­дею общей ситу­а­ци­ей. Но Урал меня встревожил.