Один и в темноте

Чем вы сей­час заня­ты, чита­тель? Посколь­ку речь пой­дет о сле­по­глу­хих и их про­бле­мах, согла­си­тесь на малый экс­пе­ри­мент. Все про­сто: закрой­те гла­за, зало­жи­те уши ватой — вбей­те в каж­дое по хоро­ше­му мот­ку ваты; почув­ствуй­те, что отклю­чить слух про­бле­ма­тич­нее, чем зре­ние, вот и пер­вый резуль­тат. Вы навер­ня­ка нахо­ди­тесь в каком-то зна­ко­мом месте, дома, в офи­се, у любов­ни­цы, в гости­ни­це Нарьян-Мара, где при­выч­но рас­став­ле­ны пред­ме­ты инте­рье­ра и сту­лья за спи­ной не пре­вра­ща­ют­ся в кен­гу­ру. Попро­буй­те похо­дить туда-сюда, налить из кра­на воды в чаш­ку, отыс­кав пред­ва­ри­тель­но эту чаш­ку, и этот кран; попро­буй­те ори­ен­ти­ро­вать­ся на ощупь, сгла­жи­вая углы и биясь лбом о неиз­вест­но отку­да взяв­ши­е­ся две­ри. Попро­буй­те при­нять душ, попро­буй­те пере­одеть­ся, попро­буй­те пред­ста­вить, что твоя связь с миром через кон­чи­ки паль­цев – един­ствен­но воз­мож­ная, и это навсегда.

Я тоже закры­ваю гла­за, уши не заты­каю, пото­му что нечем. Дер­жу левую ладонь парал­лель­но полу, и сни­зу в нее упи­ра­ет свою неж­ную руку Татья­на Кон­стан­ти­но­ва, дирек­тор бла­го­тво­ри­тель­но­го фон­да под­держ­ки сле­по­глу­хих «Со-еди­не­ние». Татья­на обзы­ва­ет меня зря­че­слы­ша­шей (ты, чита­тель, тоже — зря­че­слы­ша­ший), и пыта­ет­ся объ­яс­нить, как ска­зать азбу­кой жестов дак­тиль, что ее зовут – Таня. Три сред­них паль­ца руки вытя­ну­ты, край­ние при­жа­ты, к ладо­ни – это «т». Мгно­вен­ная пау­за, и вот уже в ладонь упи­ра­ет­ся сжа­тый кулак, это «а». «Н» — соеди­нен­ные боль­шой и безы­мян­ный, «я» — мизи­нец и безы­мян­ный под­жа­ты. Таня, так про­сто ска­зать, два дви­же­ния губ. Не все могут услы­шать. Не все могут увидеть.


Ста­ти­сти­ка зна­ет все


Татья­на гово­рит, что по ста­ти­сти­че­ским дан­ным на 10 000 зря­че­слы­ша­ших при­хо­дит­ся один сле­по­глу­хой. Таким обра­зом, даже офи­ци­аль­но в нашей стране суще­ству­ет поряд­ка 12 500 сле­по­глу­хих людей. Фонд «Со-еди­не­ние» поста­вил себе целью, в первую оче­редь, сде­лать все­рос­сий­скую пере­пись сле­по­глу­хих. На дан­ный момент уда­лось выявить, опро­сить и пере­пи­сать все­го 2 500 чело­век. Татья­на про­сит всех, всех, кто зна­ет людей с одно­вре­мен­ным нару­ше­ни­ем зре­ния и слу­ха (частич­ным или тоталь­ным), сооб­щать в фонд, что­бы фонд взял их к себе – не пря­мо взял и куда-то там пере­вез, а сде­лал сво­и­ми, помог и поддержал.

2 500 сле­по­глу­хих извест­ны фон­ду, а где же осталь­ные, кото­рые есть? Боль­шей частью в етских домах и пси­хо­нев­ро­ло­ги­че­ских интер­на­тах, гово­рит Татья­на и вспо­ми­на­ет страш­ный слу­чай, когда жен­щи­на в такой ситу­а­ции про­сто умер­ла от голо­да. Сиде­ла на сво­ей бед­ной коеч­ке (одна и в тем­но­те), еще и голодала.

Вооб­ще сле­по­глу­хие труд­но идут на кон­такт, рас­ска­зы­ва­ет Татья­на. А чего бы им лег­ко идти на кон­такт? Мир враж­де­бен к ним. Но надо про­би­вать­ся, дели­кат­но и настой­чи­во, раз­го­ва­ри­вать, опре­де­лять потреб­но­сти каж­до­го, инди­ви­ду­аль­но. Быть про­вод­ни­ком меж­ду миром сле­по­глу­хих и зря­че­слы­ша­ших. Кому-то нуж­на соба­ка-пово­дырь. Кому-то – наво­ро­чен­ный слу­хо­вой аппа­рат, а попро­буй полу­чить наво­ро­чен­ный слу­хо­вой аппа­рат, если госу­дар­ство счи­та­ет, что ты – инва­лид по зре­нию? Или соба­ку-пово­ды­ря, если ты счи­та­ешь­ся глу­хим? Ну зачем глу­хо­му соба­ка-пово­дырь, прав­да же, ну.

Татья­на рас­ска­зы­ва­ет о маль­чи­ке Арте­ме, кото­рый в этом году сво­и­ми сила­ми и на обыч­ных осно­ва­ния сдал ЕГЭ и посту­пил в вуз. Сей­час его на заня­тия возит мама, а когда мама не может, то това­ри­щи по инсти­тут­ской груп­пе. Чего это все руга­ют моло­дежь, — гово­рит Татья­на, — нор­маль­ные ребя­та, пер­вый курс, еще друг с дру­гом тол­ком не зна­ко­мы, а как узна­ли, что с ними будет учить­ся Артем, взя­ли над ним шеф­ство и возят туда-сюда.

А когда у Арте­ма будет соба­ка-пово­дырь, он смо­жет быть вооб­ще само­сто­я­тель­ным, и доби­рать­ся на уче­бу сам. Или не на уче­бу. Или на сви­да­ние, напри­мер, а поче­му бы нет. Соба­ка-пово­дырь для Арте­ма дрес­си­ро­ва­лась по-ново­му, и будет пер­вой в сво­ем роде – ведь пово­ды­ри для сле­пых ори­ен­ти­ру­ют­ся на коман­ды с голо­са, а тут совсем дру­гое дело.

На наших семи­на­рах мы про­во­дим интер­ак­тив­ные заня­тия, рас­ска­зы­ва­ет Татья­на. Берём пару людей, одно­му завя­зы­ва­ем гла­за и заты­ка­ем уши — он сле­по­глу­хой, вто­ро­му даём зада­ние — дать воды сле­по­глу­хо­му чело­ве­ку, про­во­дить по како­му-то марш­ру­ту или что-то еще. Реак­ция каж­дый раз доволь­но ожив­лён­ная. Как-то жен­щи­на, побы­вав­шая в роли сле­по­глу­хой, сня­ла мас­ку и расплакалась.


Един­ствен­ный в России


Татья­ну под­дер­жи­ва­ет Мари­на Вик­то­ров­на Пере­вер­зе­ва, педа­гог шко­лы-интер­на­та для сле­по­глу­хих детей. Такое заве­де­ние в Рос­сии толь­ко одно, рас­по­ло­же­но в Сер­ги­е­вом Поса­де, и сей­час там вос­пи­ты­ва­ет­ся-обу­ча­ет­ся око­ло двух­сот человек.

Суще­ству­ют отлич­ные обра­зо­ва­тель­ные про­грам­мы, рас­счи­тан­ные для сле­пых, рас­ска­зы­ва­ет Мари­на Вик­то­ров­на. В них глав­ная роль отво­дит­ся слу­ху. И есть отлич­ные обра­зо­ва­тель­ные про­грам­мы для глу­хих, где исполь­зу­ет­ся вовсю зре­ние. И ниче­го хоро­ше­го не полу­чит­ся, сер­ди­то гово­рит Мари­на Вик­то­ров­на, если как-то эти про­грам­мы сум­ми­ро­вать. И поче­му так дума­ют неко­то­рые спе­ци­аль­ные обу­чен­ные люди в мини­стер­ствах, ей совер­шен­но непо­нят­но. Сле­по­глу­хо­та тре­бу­ет дру­го­го подхода.

Чаще все­го быва­ет как? — гово­рит Мари­на Вик­то­ров­на. Рож­да­ет­ся сле­пой ребе­нок. Мама сидит с ним дома, кор­мит, поит. Зани­ма­ет­ся в силу воз­мож­но­стей. Ребен­ку испол­ня­ет­ся шесть лет, потом семь, и вро­де бы его пора отда­вать в шко­лу, а тут вдруг! раз! и обна­ру­жи­ва­ет­ся! что ребе­нок не толь­ко сле­пой, а еще и глу­хой. Или туго­ухий в высо­кой сте­пе­ни. Поэто­му в быто­вых усло­ви­ях глу­хо­ту не зафик­си­ро­ва­ли: мла­де­нец реа­ги­ро­вал на гром­кие зву­ки, пытал­ся их вос­про­из­во­дить – гудок, к при­ме­ру, паро­во­за. А то, что не раз­ви­ва­лась речь, так это «а что вы, мамоч­ка, хоти­те, у вас задерж­ка пси­хи­че­ско­го раз­ви­тия». И никто не сове­ту­ет про­ве­рить слух, а меж тем мла­де­нец с рож­де­ния совер­шен­но лишен воз­мож­но­стей спон­тан­но­го раз­ви­тия – наблю­дая за кем-то, под­ра­жая. Он не зна­ет, что есть нуж­но лож­кой, пото­му что не видит, как кто-то ест лож­кой, и не слы­шит, как вокруг гово­рят о том, что вот как хоро­шо и удоб­но есть лож­кой. Или вилкой.

Есть две груп­пы сле­по­глу­хо­ты – при­об­ре­тен­ная и врож­ден­ная. Татья­на рас­ска­зы­ва­ет об одном под­опеч­ном фон­да, быв­шем то ли сек­рет­ном аген­те то ли кем-то таким; так вот у него под носом разо­рва­лась бом­ба, лишив его глаз и кистей рук. Осво­ил так­тиль­ное пись­мо, толь­ко ему пишут не на ладо­ни, а меж­ду лопаток.

Но педа­го­гам нет ника­ко­го дела до этио­ло­гии сле­по­глу­хо­ты, заме­ча­ет Мари­на Вик­то­ров­на. Есть ребе­нок, и с ним нуж­но что-то делать.


Совет­ский Союз – не все­гда отстой


В СССР, к сло­ву ска­зать, сле­по­глу­хо­ту настой­чи­во изу­ча­ли, раз­ра­ба­ты­ва­ли мето­ди­ки и стре­ми­лись по совет­ской при­выч­ке вырвать­ся на пере­до­вые рубе­жи. И вырва­лись. В 1963 году в Сер­ги­е­вом Поса­де был открыт дет­ский дом для сле­по­глу­хих. При­ни­ма­лись дети «чистые», то есть с сохран­ным интел­лек­том. Сей­час таких, кон­ста­ти­ру­ет Мари­на Вик­то­ров­на, все мень­ше и мень­ше. А поче­му? А пото­му, что мы не спар­тан­цы, кива­ет Татья­на, мы недо­но­шен­ных детей выха­жи­ва­ем, напри­мер, а нау­ка идет впе­ред семи­миль­ны­ми шага­ми, и вот уже пре­дель­но мало­вес­ные дети вскарм­ли­ва­ют­ся и пус­ка­ют­ся в жизнь, и ско­ро сле­по­глу­хих будет мно­го боль­ше, чем сейчас.

Так вот, в 1963 году в Сер­ги­е­вом Поса­де собра­ли серьез­ных уче­ных, и с ребя­та­ми зани­ма­лись настоль­ко успеш­но, что четы­ре чело­ве­ка закон­чи­ли МГУ, один стал про­фес­со­ром, это все­мир­но извест­ный Алек­сандр Васи­лье­вич Суво­ров, кото­рый ослеп в три года, оглох – в шесть лет, а на дан­ный момент вре­ме­ни тоталь­но глу­хой и тоталь­но слепой.

Чита­тель, сно­ва закры­вай­те гла­за. Это быст­ро забы­ва­ет­ся, ощу­ще­ние пол­ной бес­по­мощ­но­сти в пол­ной тем­но­те. У фон­да «Со-еди­не­ние» есть соци­аль­ный ролик: муж­чи­на в тем­ных очках сто­ит посре­ди ожив­лен­но­го про­спек­та, мимо него, сле­ва и спра­ва, экви­ди­стант­но обте­кая и нико­гда не стал­ка­и­ва­ясь, идут люди, мно­го людей. Голос за кад­ром: как я пой­му, что я умер? гово­рят, когда смерть, видишь свет в кон­це тон­не­ля, но я не знаю, что такое свет. как я пой­му, что умер? когда ко мне никто не придет.


Если твой мир – толь­ко театр


В Рос­сии нет тако­го поня­тия в пра­во­вом поле, как сле­по­глу­хо­та. Обыч­ный слу­чай для род­но­го госу­дар­ства, отка­зы­ва­ю­ще­го вос­при­ни­мать реаль­но суще­ству­ю­щее явле­ние. Одна из задач фон­да «Со-еди­не­ние» — ситу­а­цию пере­ло­мить. И еще – мгно­вен­ный учет сле­по­глу­хих. Татья­на счи­та­ет, что это важ­но, так же, как и инди­ви­ду­аль­ные стра­те­гия раз­ви­тия деток, исполь­зо­ва­ние тех­ни­че­ских нови­нок (а вы слы­ха­ли, чита­тель, о прин­те­ре для сле­пых? он печа­та­ет текст по брай­лю, в отли­чие от при­выч­но­го нам пло­ско­пе­чат­но­го, еще одно спе­ци­фи­че­ское сло­во), и теат­раль­ный про­ект. Тут всем заве­ду­ет Евге­ний Миро­нов, худо­же­ствен­ный руко­во­ди­тель Госу­дар­ствен­но­го теат­ра наций.

Татья­на гово­рит: когда мы впер­вые обсуж­да­ли с Евге­ни­ем Вита­лье­ви­чем воз­мож­ность поста­нов­ки спек­так­ля сила­ми сле­по­глу­хих, воз­ник­ло мно­же­ство сомне­ний. Не хоте­лось, что­бы зри­те­ли ходи­ли смот­реть на чело­ве­че­скую немочь и хло­па­ли инва­ли­дам из жалости.

Спек­такль «При­ка­са­е­мые», соеди­нив­ший в еди­ном про­стран­стве сле­по­глу­хих и арти­стов теат­ра наций, полу­чил­ся по-насто­я­ще­му хоро­шим. Уни­каль­ным. Доб­рым. Вол­ну­ю­щим. Чест­ным. Он номи­ни­ро­ван в этом года на «Золо­тую мас­ку», и Татья­на наде­ет­ся эту пре­мию полу­чить, хотя и сама по себе номи­на­ция доро­го­го стоит.

Татья­на рас­ска­зы­ва­ет, как одна из сле­по­глу­хих актрис, Вера, до собы­тий здо­ро­во кон­флик­то­ва­ла с невест­кой, баналь­ная исто­рия из раз­ря­да «обе вы хоро­ши»; но баналь­ная в том слу­чае, когда обе участ­ни­цы бое­вых дей­ствий могут встать друг напро­тив дру­га и поорать всласть. Вера же неде­ля­ми не выхо­ди­ла из сво­ей ком­на­ты, и про­сто тихо заги­ба­лась там, от тос­ки и неспра­вед­ли­во­сти мира. И тут она выхо­дит на сце­ну, вспо­ми­на­ет Татья­на, в чер­ной шляп­ке с вуа­лью и звез­дой, и Евге­ний Миро­нов ей целу­ет руки, и апло­дис­мен­ты, и цве­ты, и оглу­ши­тель­ный успех. Все у Веры очень нала­ди­лось с невест­кой и сыном, теперь дру­жат, гоня­ют чаи и так далее.

Мари­на Вик­то­ров­на пока­зы­ва­ет фото­гра­фию девоч­ки. Это Але­на, — гово­рит. Иде­аль­но­го ова­ла лицо, чисто рус­ская кра­со­та, при­ня­то ведь счи­тать, что чисто рус­ская кра­со­та – это высо­кие ску­лы, чуть узко­ва­тые гла­за, боль­шой рот с чет­ко обо­зна­чен­ны­ми без­упреч­ны­ми кон­ту­ра­ми, тра­ги­че­ский излом бро­вей, и эти русые воло­сы, тяже­лые, по пле­чам. Але­на тоже игра­ет в спек­так­ле «При­ка­са­е­мые», ездит сей­час по стране с гастро­ля­ми, и в фон­де обсуж­да­ют ее пер­спек­ти­вы выучить­ся на про­фес­си­о­наль­ную актри­су (Але­на — пят­на­дцать, она вос­пи­тан­ни­ца Сер­ги­е­во-Посад­ско­го интерната).

Немно­го отвле­ка­ет­ся от теат­ра и рас­ска­зы­ва­ет, как это непро­сто – про­бить­ся через чер­ный ваку­ум и объ­яс­нить малень­ко­му чело­ве­ку, что такое мама. Или зуб­ная щет­ка. Или небо. Или анги­на. Или кури­ца. Или циф­ра «восемь», или бук­ва «а».

Про­шу ска­зать мне еще что-нибудь дак­ти­лем. Татья­на рит­мич­но посту­ки­ва­ет сни­зу в мою ладонь; может быть, это сти­хи Пастер­на­ка, а может быть, она про­сто хва­лит эти новые сапо­ги. Закры­ваю гла­за и уши, это так про­сто, это смо­жет каж­дый. А вот сле­по­глу­хие не вынут себя из тем­но­ты, зато туда можем мы. Непре­мен­но с теп­лы­ми рука­ми. Ведь если к тебе никто не при­хо­дит, ты умер.


Коор­ди­на­ты фон­да под­держ­ки сле­по­глу­хих «Со-еди­не­ние» в Москве

+7 (495) 212 92 09

charity@so-edinenie.org

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.