Время назад

Ино­гда путе­ше­ствия из пунк­та А в пункт Б не про­сто раз­мо­тан­ные коле­са­ми кило­мет­ры, а брос­ки во вре­ме­ни, ред­ко — впе­ред, чаще — назад. Ска­зоч­ный Муром малень­кий, и на его окра­ин­ной ули­це Меха­ни­за­то­ров за пер­вые пять минут про­гул­ки встре­ча­ешь даже с какой-то носталь­ги­ей опас­ных ребят в спор­тив­ных шта­нах «адидас» и таких же олим­пий­ках, на битых судь­бой «вось­мер­ках», с сумоч­ка­ми-бар­сет­ка­ми и узна­ва­е­мы­ми раз­го­во­ра­ми: ну чо, Диман, поре­ша­ем сего­дня с Андре­и­чем? Диман сумрач­но кива­ет меж­ду дву­мя глот­ка­ми пива. Пиво наду­ва­ет­ся и лопа­ет­ся в бутыл­ке огром­ны­ми пузы­ря­ми. Ребя­та одно­вре­мен­но заку­ри­ва­ют, одно­вре­мен­но пуле­мет­но хло­па­ют дверь­ми и едут решать с Андре­и­чем, кото­ро­му не повез­ло. «Бан­ди­ты!» — с вос­тор­гом думаю я и отправ­ляю детям корот­кое сооб­ще­ние о том, в 90‑х годах каж­дая девуш­ка име­ла зна­ко­мо­го бан­ди­та. И ты? — через деся­ти­ми­нут­ную пау­зу спра­ши­ва­ют дети с неболь­шим инте­ре­сом. И я, — удо­вле­тво­рен­но отве­чаю я.

Был черт-те какой уже лох­ма­тый 91‑й год, и мы с теку­щим маль­чи­ком отпра­ви­лись в пафос­ный (не было сло­ва пафос­ный, не было еще даже сло­ва кру­той, а какое было? нор­маль­ный?) ресто­ран под цир­ком, вро­де бы «пик­ник», там, где бассейн.

Маль­чик был влюб­лен и подат­лив, я стре­ля­ла гла­за­ми, пото­му что он скуч­но­ва­то что-то буб­нил про диа­грам­му, допу­стим, состо­я­ния желе­зо-угле­род, а это не очень увле­ка­ет. На сто­ле сто­я­ла тарел­ка с фрук­та­ми, в бед­ном самар­ском фев­ра­ле 91-го — вино­град, инжир, гру­ши и черт-те еще что, чуть не ман­го. Посчи­тав тарел­ку подар­ком от заве­де­ния, я лов­ко одо­ле­ла все пло­ды, интел­ли­гент­но оста­вив пару слив. Но тарел­ка подар­ком не была, а сто­и­ла что-то такое бес­по­во­рот­ное, что маль­чик побе­лел и забор­мо­тал, что возь­ми­те в залог часы, возь­ми­те пас­порт, а вот есть зажи­гал­ка зип­по, я через день при­не­су всю сумму.

Офи­ци­ант глум­ли­во сооб­щил, что это им запре­ще­но, зажи­гал­ки еще зип­по, и пусть маль­чик оста­вит в залог меня, а сам пошуст­рит насчет. Маль­чик встал в полу­об­мо­ро­ке, дер­жась за спин­ку сту­ла, ска­зал мне: пой­ду при­ду­маю что-нибудь, и ушел, пока­чи­ва­ясь от горя.

Я оста­лась. За акку­рат­но при­кры­той маль­чи­ком две­рью тара­щил зен­ки 91‑й год, и в Заго­род­ном пар­ке назна­ча­лись «стрел­ки», и мерт­вые тела в «адида­сов­ских» костю­мах нико­го уже не то что не удив­ля­ли, а я даже не знаю, что. Нищая стра­на гна­ла само­гон, на сахар были тало­ны, кол­бас­ные изде­лия заво­зи­ли стро­го по гра­фи­ку, и этот гра­фик выве­ши­ва­ли в пере­до­вых гастро­но­мах. Лап­шу тоже отпус­ка­ли по тало­нам, и в каж­дой семье сто­я­ли рядом мешок муки и мешок саха­ра, что­бы блин­ки там, ола­дьи. Наклад­ные пле­чи рва­ли жен­ские пиджа­ки, чел­ки выстри­га­лись и «ста­ви­лись» торч­ком лаком «пре­лесть», джин­сы «пира­ми­да» уже ото­шли, и поне­мно­гу начи­нал царить «том кляйм» со сво­и­ми костю­ма­ми цве­та ярко­го электричества.

И вот я, напо­ми­наю, оста­лась в ресто­ране «пик­ник» одна, и не пита­ла, кажет­ся, надежд, что маль­чик вер­нет­ся. В момент, когда я серьез­но рас­смат­ри­ва­ла вари­ант побе­га через малое окно в туа­ле­те, ко мне подо­шел моло­дой чело­век. Он был тра­ди­ци­он­но одет в алую олим­пий­ку и алые шта­ны с тре­мя зна­ко­вы­ми полос­ка­ми вме­сто лам­па­сов. Его зва­ли тоже тра­ди­ци­он­но — Витек; пото­му что всех самар­ских бан­ди­тов зва­ли либо Витек, либо — Колян; ну, или мне так везло.

- Чего, сест­ру­ха, — ска­зал он, очень ста­ра­ясь быть раз­вяз­ным, — кида­ну­ли тебя, ага?

При­шлось согла­сить­ся. Витек рос­кош­но щелк­нул паль­ца­ми, под­зы­вая офи­ци­ан­та, назвал его хал­де­ем и так же рос­кош­но опла­тил наш с маль­чи­ком ужин. Я немно­го содро­га­лась под наклад­ны­ми пле­ча­ми парад­ной блу­зы и юбкой, пере­ши­той из паль­то состо­я­тель­ной соседки.Я ожи­да­ла рас­пла­ты. Но все ока­за­лось, в общем, не так страш­но, про­сто вот так я позна­ко­ми­лась с бан­ди­том, кото­рый непре­мен­но дол­жен был вхо­дить в круг обще­ния каж­дой девуш­ки в девя­но­стых; поправь­те меня, если ошибаюсь.

Муром­ские ребя­та уже пред­по­ло­жи­тель­но достиг­ли (малые рас­сто­я­ния!) бедо­ла­гу Андре­и­ча и пома­ха­ли (не дай бог) перед его сосре­до­то­чен­ным лицом паяль­ни­ком, а на ули­це Меха­ни­за­то­ров меж тем появ­ля­ют­ся две парад­но оде­тые деви­цы: сия­ю­щие лоси­ны (кля­нусь!), кру­жев­ные блу­зы, туфли-лодоч­ки на 12-сан­ти­мет­ро­вых каб­лу­ках. К деви­цам лени­во под­ва­ли­ва­ет креп­кий какой-то хозяй­ствен­ник с упру­гой пач­кой денег, откле­и­ва­ет деви­цам при­мер­но одну пятую, ком­мен­ти­руя: вод­ки, запить и кол­ба­сы. А нам шам­пан­ско­го, — щебе­чут деви­цы, син­хрон­но-кокет­ли­во пере­бра­сы­вая воло­сы с одно­го пле­ча на дру­гое. Пере­бье­тесь, — согла­ша­ет­ся хозяй­ствен­ник, и я вос­хи­щен­но дога­ды­ва­юсь: шлюхи!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.