И придем еще

От редак­ции. Петер­бург­ский книж­ный мага­зин «Поря­док слов», создан­ный уси­ли­я­ми Еле­ны Косты­ле­вой и Кон­стан­ти­на Шав­лов­ско­го в нача­ле 2010 года, стал за год не менее замет­ной пло­щад­кой, чем мос­ков­ская «Билинг­ва» в ее луч­шие вре­ме­на. В «Поряд­ке слов» с пуб­лич­ны­ми лек­ци­я­ми высту­па­ли Кама Гин­кас, Авдо­тья Смир­но­ва, Кирилл Асс и мно­гие дру­гие. А вес­ной 2011 сов­мест­но с Мос­ков­ским Инсти­ту­том исто­рии куль­ту­ры УНИК здесь про­шел цикл «Новая соци­аль­ная жур­на­ли­сти­ка». В его рам­ках высту­пи­ли Олег Кашин, Андрей Лошак, Свет­ла­на Рей­тер, Еле­на Костю­чен­ко, Глеб Морев, Вяче­слав Измайлов. 

В 2012 году откры­лась вто­рая часть это­го цик­ла. Теперь он полу­чил под­за­го­ло­вок «Про­тест и новые медиа».

«Рус­ский Жур­нал» пуб­ли­ку­ет выступ­ле­ние Юрия Сапры­ки­на, кото­рое состо­я­лось 22 янва­ря 2012 года. 

Юрий Сапры­кин – жур­на­лист, музы­каль­ный кри­тик, шеф-редак­тор объ­еди­нен­ной ком­па­нии «Афи­ша-Рам­блер», в про­шлом – глав­ный редак­тор жур­на­ла «Афи­ша» и сай­та Slon.ru. Член орг­ко­ми­те­та по орга­ни­за­ции митин­га 4 февраля. 

* * *

Для меня вся эта исто­рия нача­лась, кажет­ся, в октяб­ре, когда мне позво­нил шеф-редак­тор раз­де­ла «Медиа» пор­та­ла Openspace Глеб Морев и ска­зал: «Юра, так и так, у нас будет пре­зен­та­ция оче­ред­ной книж­ки Пар­фё­но­ва «2000‑е годы», тра-ля-ля, будет она 5‑го декаб­ря в 8 вече­ра, пожа­луй­ста, при­хо­ди к нам, при­ми уча­стие». Я гово­рю: «Конеч­но, отче­го же», забыл, что выбо­ры 5‑го декаб­ря, види­мо, как и все осталь­ные участ­ни­ки, кро­ме одно­го. Наваль­ный ска­зал: «Нет, зна­е­те, 5‑го декаб­ря я не могу, у нас рево­лю­ция, никак не полу­чит­ся». Зна­чит, 5‑го декаб­ря я и ещё ряд жур­на­ли­стов как иди­о­ты собра­лись в редак­ции, вме­сто того, что­бы идти на митинг на Чистые Пру­ды, как иди­о­ты собра­лись в редак­ции пор­та­ла Openspace и за круг­лым сто­лом пове­ли неспеш­ную бесе­ду о каких-то зна­ко­вых фено­ме­нах нача­ла 2000‑х гг. За этим сто­лом сиде­ли два чело­ве­ка, кото­рым очень слож­но было при­ни­мать в этом уча­стие. Это жур­на­лист Кашин и я. Пото­му что Кашин читал в твит­те­ре непре­рыв­но сооб­ще­ния с Чистых Пру­дов, и пери­о­ди­че­ски, пере­би­вая чей-нибудь длин­ный моно­лог, гово­рил так: «Задер­жа­ли Яши­на», «тол­па пошла на Лубян­ку», и т. д., было очень нерв­но. А я про то же самое читал в facebook’е.

Я, конеч­но, ужас­но жалею, что меня не было на Чистых Пру­дах в этот момент, но для меня это был абсо­лют­ней­ший пере­лом ста­ро­го мира со ста­ры­ми медиа, где газет­чи­ки и колум­ни­сты не спе­ша рас­суж­да­ют и выска­зы­ва­ют свои мне­ния о каких-то фено­ме­нах путин­ской эпо­хи, пере­ход к очень быст­ро­му миру соци­аль­ных медиа, кото­рые про­сто момен­таль­ным обра­зом сооб­ща­ют свод­ки с каких-то фронтов. 

Надо, навер­но, опре­де­лить­ся для нача­ла с тер­ми­на­ми и попро­бо­вать опре­де­лить, как это – «новые медиа». Для меня они кон­сти­ту­и­ру­ют­ся тре­мя фак­то­ра­ми. Это, во-пер­вых, медиа, у кото­рых вре­мя не ухо­дит на под­го­тов­ку, редак­ту­ру, выкла­ды­ва­ние и, тем более, печа­та­ние мате­ри­а­ла, это медиа, где всё про­ис­хо­дит здесь и сей­час. Сей­час аре­сто­ва­ли Наваль­но­го, ты узна­ёшь это в эту же секун­ду. Это медиа, кото­рые созда­ют­ся не редак­ци­он­ным обра­зом, а каким-то кол­лек­тив­ным, рас­пре­де­лён­ным, вирус­ным спо­со­бом. Это медиа, кото­рые так или ина­че, в той или иной сте­пе­ни созда­ёт каж­дый из нас. Это медиа, кото­рые достав­ля­ют сиг­нал бук­валь­но вам в карман. 

Неко­то­рая эйфо­рия по пово­ду новых медиа во всём мире, без­услов­но, наблю­да­ет­ся уже не пер­вый год. И одна из состав­ных частей этой эйфо­рии – это то, какую роль эти медиа игра­ют в тех или иных про­тестных дви­же­ни­ях. Дол­жен ска­зать, что в Рос­сии, отча­сти, у этой эйфо­рии есть ещё более серьёз­ные кор­ни и осно­ва­ния. Они свя­за­ны с тем, что ста­рые медиа фак­ти­че­ски сда­ли поле без боя. То есть если, гру­бо гово­ря, какой-нибудь аме­ри­кан­ский новост­ной канал страш­но шур­шит и пыта­ет­ся каким-то обра­зом кон­ку­ри­ро­вать с эти­ми новы­ми медиа на их пло­щад­ке, то здесь, в силу преж­де все­го поли­ти­че­ских при­чин, боль­шие медий­ные хол­дин­ги оста­лись крайне непо­во­рот­ли­вы­ми. В общем, боят­ся сде­лать какие-то лиш­ние неосто­рож­ные дви­же­ния в сво­их теле­эфи­рах и на сво­их газет­ных поло­сах, и уж тем более они боят­ся пере­хо­дить к это­му мол­ние­нос­но­му цик­лу, кото­рый тре­бу­ет суще­ство­ва­ния на каких-то кар­ман­ных, элек­трон­ных, соц­се­те­вых плат­фор­мах. Полу­чи­лось так, что мы ока­за­лись на какой-то более про­дви­ну­той ста­дии, чем наши заоке­ан­ские кол­ле­ги, пото­му что эти новые медиа — это вещи, кото­рые дела­ем мы сами. Нет ника­ких взрос­лых дядек или редак­ци­он­ных спе­ци­а­ли­стов, кото­рые мог­ли бы в этот про­цесс вме­ши­вать­ся. Какие-то взрос­лые дядь­ки и какие-то редак­ци­он­ные спе­ци­а­ли­сты есть и, без­услов­но, есть и Openspace, Slon.ru, к кото­ро­му я имел недав­но неко­то­рое отно­ше­ние, и lenta.ru, и мно­го чего ещё. Но в каком-то отно­ше­нии эти элек­трон­ные медиа – это такие ресур­сы для тех, кто ещё не сумел пра­виль­но настро­ить френд­лен­ту. «Доро­гой друг, тебе вот этот яркий пре­крас­ный мир интер­не­та ещё в новин­ку, ты как-то его ещё не очень осво­ил, поэто­му мы сей­час выдер­нем из facebook’а, твит­те­ра, жж и все­го на све­те самое инте­рес­ное и как-то это упа­ку­ем, пере­ком­по­ну­ем и пока­жем тебе мате­ри­ал из 10 пере­по­стов в неде­лю». Если ты живёшь внут­ри этих соци­аль­ных медиа, 10 пере­по­стов в неде­лю тебе уже не нуж­ны, они уже тебе вот где сидят за эту неде­лю. Но, тем не менее, сидят серьёз­ные редак­ции и для како­го-то потре­би­те­ля весь этот есте­ствен­ным обра­зом создан­ный кон­тент пыта­ют­ся пере­па­ко­вать и ещё про­дать. Если они это дела­ют, навер­но, потре­би­тель ещё такой есть, но понят­но, что для этих элек­трон­ных редак­ци­он­ных медиа это неко­то­рый путь в никуда. 

Есть вещь, кото­рая недо­ступ­на соц­се­тям и вооб­ще, этим кол­лек­тив­ным рас­пре­де­лён­ным меха­низ­мам, по той при­чине, что у них нет бюд­же­та, кошель­ка, из кото­ро­го мож­но было бы выта­щить энное коли­че­ство денег и потра­тить их на ту или иную редак­ци­он­ную зада­чу. С ней по-преж­не­му пре­крас­ней­шим обра­зом справ­ля­ют­ся редак­ци­он­ные СМИ. Допу­стим, РИА «Ново­сти» дела­ет пано­ра­му, сня­тую с вер­то­лё­та митин­га на Про­спек­те ака­де­ми­ка Саха­ро­ва, потом по спе­ци­аль­но­му алго­рит­му счи­та­ет, сколь­ко там было наро­ду и пред­став­ля­ет всё это в каком-то затей­ли­вом инфо­гра­фи­че­ском виде. На то, что­бы сде­лать эту шту­ку, нуж­но запу­стить чело­ве­ка с каме­рой, нуж­но поса­дить рисо­вать худож­ни­ков эту инфо­гра­фи­ку. РИА «Ново­сти», дей­стви­тель­но, в этом туре выиг­ры­ва­ет у абстракт­но­го кол­лек­тив­но­го разу­ма. Но при этом в пря­мой транс­ля­ции с митин­га кол­лек­тив­ный разум выиг­ры­ва­ет у РИА-новостей. 

Когда мы гово­рим об этих кол­лек­тив­ных разу­мах, – кол­лек­тив­ные разу­мы, без­услов­но, быва­ют раз­ны­ми, в их при­ме­не­нию к нынеш­не­му дви­же­нию. Конеч­но, я имею вви­ду facebook. Пото­му что facebook чем даль­ше, тем боль­ше сно­сит абсо­лют­но всех. И здесь совер­шен­но нет како­го-то пре­не­бре­же­ния к, допу­стим, поль­зо­ва­те­лям сети Вкон­так­те или люби­те­лям твит­те­ра, это всё вещи хоро­шие в каких-то отно­ше­ни­ях, но facebook, имен­но в свя­зи с про­ис­хо­дя­щи­ми сей­час про­цес­са­ми, ока­зал­ся неве­ро­ят­но поле­зен и эффек­ти­вен в тех вещах, на кото­рые мы рань­ше совер­шен­но не обра­ща­ли внимания. 

Ока­за­лось, что в нём зарыт ещё один очень важ­ный функ­ци­о­нал, кото­рый вот сей­час начал рабо­тать. Это, соб­ствен­но, изви­ни­те, не сюр­приз, но тем не менее, это воз­мож­ность созда­вать груп­пы и собы­тия. Это то, что все­гда каза­лось вто­ро­сте­пен­ным для всех людей, кро­ме каких-то кон­церт­ных про­мо­у­те­ров, кото­рые мучи­ли нас сво­им спа­мом. А сей­час вдруг ока­за­лось, что в этом весь пойнт. И голо­со­ва­ния ещё. Пото­му что это вдруг пре­вра­ща­ет­ся в инстру­мент пря­мой элек­трон­ной демо­кра­тии. Если ты хочешь собрать людей для выпол­не­ния той или иной кон­крет­ной зада­чи и момен­таль­но посо­ве­то­вать­ся с ними о том, как эта зада­ча долж­на выпол­нять­ся — пожа­луй­ста, Марк Цукер­берг тебе всё при­нёс, бери, поль­зуй­ся, доро­гой това­рищ. В этом самом facebook’е, точ­но так же, как в реаль­ной жиз­ни, ста­но­вит­ся быст­ро понят­но, кто моло­дец, а кто не очень. Пото­му что вдруг один митинг наби­ра­ет трид­цать тысяч участ­ни­ков, а дру­гой — три­ста. При этом, вро­де бы, они за одно и то же, при этом, вро­де бы, их орга­ни­зу­ют какие-то более-менее похо­жие люди. Поче­му так про­ис­хо­дит? Ну вот, на этот вопрос инте­рес­но было бы най­ти ответ. Ответ, на самом деле, заклю­ча­ет­ся в том, что вся эта такая орга­ни­за­ци­он­ная мене­джер­ская актив­ность, она в facebook’е тоже носит абсо­лют­но медий­ный харак­тер. То есть всё зави­сит не толь­ко от коли­че­ства спа­ма, кото­рый ты разо­шлёшь, но и от того, какую исто­рию ты можешь в допол­не­ние к этой груп­пе, стра­ни­це, или что ты там созда­вал, какую исто­рию ты можешь рас­ска­зать. Всё зави­сит в конеч­ном счё­те от жур­на­лист­ско­го уме­ния упа­ко­вать про­ис­хо­дя­щее так, что­бы оно ста­ло инте­рес­но. Заме­чу, это опыт не пиар­ный ни в коем слу­чае, это опыт жур­на­лист­ский. Пото­му что как толь­ко начи­на­ет­ся пиар, как толь­ко люди даже в этих груп­пах начи­на­ют зани­мать­ся пиа­ром, это сра­зу рез­ко чув­ству­ет­ся, и это сра­зу вся эта актив­ность ухо­дит в нику­да. Любое меха­ни­че­ское пере­по­щи­ва­ние даёт эффект близ­кий к нуле­во­му. Любые вещи, кото­рые дела­ют­ся искренне и на инте­ре­се – дают эффект мак­си­маль­ный. Facebook, дей­стви­тель­но, по состо­я­нию на сей­час явля­ет­ся той самой иде­аль­ной ленин­ской газе­той, кол­лек­тив­ным про­па­ган­ди­стом, аги­та­то­ром и орга­ни­за­то­ром, вокруг кото­ро­го это всё сплетается. 

Одну из про­блем facebook’а мы сей­час можем наблю­дать, бук­валь­но посмот­рев внутрь себя. Про­бле­ма эта заклю­ча­ет­ся в том, что вот 10 декаб­ря и 18 декаб­ря нам всем очень хоте­лось идти на митинг, а сей­час не очень. То есть мы пони­ма­ем, что надо, но 10-го и 18-го нам туда страш­но хоте­лось, и было понят­но мно­гим из нас, что это такое дело жиз­ни и смер­ти, а сей­час это уже такое не дело жиз­ни и смер­ти, но, вро­де, надо бы, ввя­за­лись уже в это дело, как-то уже не по-пацан­ски отсту­пать, но как-то холод­но и непо­нят­но зачем. Эта про­бле­ма вызва­на исклю­чи­тель­но такой прин­ци­пи­аль­ной пото­ко­во­стью facebook’а и вооб­ще соци­аль­ных сетей. Там нет яко­рей, там нет посто­ян­ных тем, к кото­рым эта маши­на воз­вра­ща­ет­ся. Как это назы­ва­лось в ста­рых совет­ских газе­тах – «Воз­вра­ща­ясь к теме» или «Редак­ция высту­пи­ла», «Что сде­ла­но» – вот тако­го не быва­ет. Зна­чит, редак­ция высту­пи­ла, потом куда-то уеха­ла, и потом редак­ция ста­ла высту­пать по совер­шен­но дру­гим вопро­сам. Дело даже не в том, что вме­сто постов про рево­лю­цию вер­ну­лись фот­ки коти­ков — нет. Посты про рево­лю­цию так или ина­че про­дол­жа­ют­ся, но это уже какие-то дру­гие посты с дру­гим настро­е­ни­ем и по дру­гим вопро­сам. То настро­е­ние, вот ту энер­гию, её про­сто смы­ло. На самом деле нуж­но, что­бы что-то про­изо­шло, иначе… 

Нет, есть ещё один вари­ант. Нуж­но, что­бы на эти акции вышли люди, кото­рые не сидят в facebook’е. Они и так выхо­дят. На них сей­час боль­ше надеж­ды, чем на поль­зо­ва­те­лей соци­аль­ных сетей. Пото­му что у них нет этих рез­ких пере­мен настро­е­ния и пере­мен кон­цен­тра­ции на раз­ных объ­ек­тах. Нор­маль­ный ком­му­ни­сти­че­ский пен­си­о­нер, он два­дцать лет нена­ви­дел Гор­ба­чё­ва за раз­вал стра­ны, так он его и сей­час с той же абсо­лют­но силой нена­ви­дит. Если он разо­злил­ся на Пути­на, что у Зюга­но­ва укра­ли голо­са, то он до сих пор зол. 

Вто­рая про­бле­ма – это прин­ци­пи­аль­ная неве­ри­фи­ци­ру­е­мость. Инфор­ма­ция рас­про­стра­ня­ет­ся мол­ние­нос­но, а под­твер­жда­ет­ся или опро­вер­га­ет­ся – немол­ние­нос­но. И вот этот лаг, кото­рый про­хо­дит меж­ду появ­ле­ни­ем неко­то­ро­го инфор­ма­ци­он­но­го виру­са и его опро­вер­же­ни­ем, допу­стим, он доста­точ­но велик для того, что­бы эти виру­сы зажи­ли сво­ей жиз­нью. Это нам кажет­ся, что в facebook’е сидят дру­зья, но там сидят и вра­ги. Это нам кажет­ся, что там всё уют­но и все­му мож­но дове­рять. Но на самом деле, это про­сто инстру­мент, кото­рым ваши дру­зья, кото­рым вы дове­ря­е­те, поль­зу­ют­ся для каких-то дру­же­ских целей, а какие-то инфо­тех­но­ло­ги сво­и­ми коря­вы­ми рука­ми поль­зу­ют­ся для вра­же­ских целей. А ино­гда кто-нибудь про­сто по глу­по­сти что-нибудь дела­ет. В кри­ти­че­ских ситу­а­ци­ях, когда каж­дая секун­да на сче­ту и когда от появ­ле­ния той или иной ново­сти зави­сит, в ту или в иную сто­ро­ну пой­дут десять тысяч чело­век, это очень стрём­ная шту­ка. Как это всё филь­тро­вать и как от это­го защи­тить­ся? Никто не зна­ет, надо про­сто иметь это в виду. К сожа­ле­нию, коли­че­ство книг, вос­пе­ва­ю­щих рево­лю­ци­он­ную роль facebook’а и роль facebook’а в рево­лю­ции, оно в разы пре­вы­ша­ет коли­че­ство книг, гово­ря­щих об этих опас­но­стях. Такую кни­гу я знаю одну. Её напи­сал такой бело­рус­ский дис­си­дент Евге­ний Моро­зов на англий­ском язы­ке, назы­ва­ет­ся она «The Net Delusion». Это доволь­но подроб­ное иссле­до­ва­ние того, как вся­кие спец­служ­бы, сур­ков­ские про­па­ган­ди­сты и про­чие злыд­ни всех стран и наро­дов исполь­зу­ют эти соц­се­ти для сво­их гнус­ных целей. Исполь­зу­ют они их совер­шен­но заме­ча­тель­но. Более того, если верить Моро­зо­ву, они их исполь­зу­ют гораз­до эффек­тив­нее, чем эти шту­ки исполь­зу­ют­ся для тех или иных про­тестных дви­же­ний в таких попу­ляр­ных в миро­вых медиа историях. 

Тре­тья опас­ность, недо­ста­ток или стрём­ный момент, свя­зан­ный с facebook’ом, это такая иллю­зия объ­ек­тив­но­сти. Нам кажет­ся, что если у нас в дру­зьях нахо­дит­ся тыся­ча чело­век, то эта тыся­ча чело­век дей­стви­тель­но сво­им кол­лек­тив­ным разу­мом зада­ёт какую-то объ­ек­тив­ную повест­ку дня. Они при­сы­ла­ют нам ссыл­ки на все инте­рес­ные ста­тьи, они нам рас­ска­зы­ва­ют так или ина­че все инте­рес­ные ново­сти. Они обсуж­да­ют темы, кото­рые дей­стви­тель­но важ­ны для обсуж­де­ния, и нас эта кар­ти­на вполне устра­и­ва­ет, не нуж­на уже ника­кая редак­ция газе­ты «Прав­да» или «Совет­ская Рос­сия», что­бы нас заин­те­ре­со­вать. Что-то из рабо­ты редак­ции попа­да­ет в резуль­та­те в лен­ту, лен­та для нас пре­крас­но заме­ня­ет любые эти цен­тра­ли­зо­ван­ные источ­ни­ки инфор­ма­ции. А в эту лен­ту мы спе­ци­аль­но для себя подо­бра­ли из людей, кото­рых нам инте­рес­но читать, чьи выска­зы­ва­ния нам кажут­ся реле­вант­ны­ми. Это люди, кото­рые нам кажут­ся инте­рес­ны­ми. Даль­ше, если мы на секун­ду заду­ма­ем­ся над меха­низ­ма­ми, по кото­рым эта лен­та фор­ми­ру­ет­ся, то ока­жет­ся, что инфор­ма­ци­он­ная кар­ти­на дня у Вла­ди­ми­ра Пути­на фор­ми­ру­ет­ся очень похо­жим обра­зом. То есть все при­ду­ма­ли ругать­ся на Пути­на за то, что он вооб­ще там, до него ника­кая инфор­ма­ция не дохо­дит, он уже ниче­го не пони­ма­ет и несёт какую-то око­ле­си­цу. Но на самом деле, для него его помощ­ни­ки тоже отфиль­тро­ва­ли френд­лен­ту и оста­ви­ли ему источ­ни­ки, кото­рые ему инте­рес­но читать, кото­рым он поста­вил услов­ный лайк, и убра­ли отту­да источ­ни­ки, на кото­рые он злит­ся, раз­дра­жа­ет­ся, кото­рые ему кажут­ся тоталь­ной глу­по­стью. Вот, Путин суще­ству­ет в неко­то­ром инфор­ма­ци­он­ном пузы­ре, но мы суще­ству­ем в точ­но таком же инфор­ма­ци­он­ном пузы­ре. Они не сопри­ка­са­ют­ся друг с дру­гом вооб­ще никак. То есть инфор­ма­ци­он­ный пузырь Вла­ди­ми­ра Соло­вьё­ва с путин­ским, навер­но, име­ет какие-то общие точ­ки пере­се­че­ния, а вот у боль­шин­ства из нас не очень. Пути­ну кажет­ся, что он вла­де­ет какой-то объ­ек­тив­ной кар­ти­ной реаль­но­сти, и нам кажет­ся, что мы вла­де­ем ею же. При этом ему кажет­ся, что все эти митин­ги про­пла­че­ны госде­пом, а нам кажет­ся, что Рос­сию раз­лю­бил Путин, и режим вот-вот рух­нет. В общем, вся эта исто­рия про пере­го­во­ры с оппо­зи­ци­ей и про диа­лог Пути­на то ли с Аку­ни­ным, то ли с Быко­вым, это всё, конеч­но, пол­ная чушь. Пото­му что даже если пред­ста­вить себе, что этих людей удаст­ся уса­дить за круг­лый стол, и даже если пред­ста­вить себе, что Аку­нин и Быков наде­ле­ны каки­ми-то вир­ту­аль­ны­ми пол­но­мо­чи­я­ми что-то решать, то они про­сто ни о чём не дого­во­рят­ся. У них не сов­па­да­ют кар­ти­ны реаль­но­сти пол­но­стью, сфор­ми­ро­ван­ные, в общем, вот таким соци­аль­но­се­те­вым спо­со­бом. Надо себе отда­вать отчёт в том, что эта кар­ти­на мира не есть неко­то­рое объ­ек­тив­ное отра­же­ние поли­ти­че­ской реаль­но­сти или какой-то медий­ной реаль­но­сти, а это та кар­ти­на мира, кото­рую нам нра­вит­ся видеть. И в этом, в общем, недо­ста­ток любой пер­со­на­ли­за­ции, каса­ю­щей­ся не толь­ко facebook’а, google, но и любых боль­ших интер­нет-машин, кото­рые вся­че­ски пыта­ют­ся пока­зы­вать тебе то, что ты хочешь уви­деть, зара­нее это уга­ды­вая. Если на что-то обра­щать вни­ма­ние, и чем-то име­ет смысл зани­мать­ся, то как раз взры­ва­ни­ем этих шаб­ло­нов и раз­би­ва­ни­ем этих инфор­ма­ци­он­ных пузырей. 

Нам всем очень не хва­та­ет инфор­ма­ции о мне­ни­ях, взгля­дах на жизнь, кар­ти­нах мира и людях, кото­рые нахо­дят­ся за пре­де­ла­ми это­го наше­го инфор­ма­ци­он­но­го пузы­ря. Один из глав­ных хитов доволь­но сомни­тель­ной в послед­нее вре­мя газе­ты «Изве­стия» – это репор­таж из Ива­но­ва про нашист­ку Све­ту несчаст­ную, кото­рая «более луч­ше» оде­ва­ет­ся. Понят­но, что если бы не этот иди­от­ский ролик, ни газе­та «Изве­стия», вооб­ще никто бы не поехал про неё писать. Меж­ду тем, в общем, мы все над ней ржём, но у неё есть какая-то своя правда. 

При этом, если на эту жизнь не обра­щать вни­ма­ния, – а на неё прав­да не обра­ща­ют вни­ма­ния, – и не научить­ся с ней каким-то обра­зом раз­го­ва­ри­вать (тут я уже гово­рю не с точ­ки зре­ния жур­на­ли­ста, а сточ­ки зре­ния вооб­ра­жа­е­мо­го Наваль­но­го или Нем­цо­ва, ну, или кого-то тако­го), то эта вся исто­рия дале­ко не уедет. Когда лиде­рам оппо­зи­ции ста­вят в укор то, что «вы не дума­е­те про рабо­чих из Ниж­не­го Таги­ла и учи­тель­ни­цу из Там­бо­ва», это зву­чит смеш­но, но ведь, в общем, дей­стви­тель­но, я думаю, что не все из них в дета­лях пред­став­ля­ют себе, как живут насто­я­щие, не эти ряже­ные из «Пря­мой линии» Пути­на, а насто­я­щие рабо­чие из Таги­ла и учи­тель­ни­ца из Там­бо­ва, на каком язы­ке с ними надо раз­го­ва­ри­вать. И Нем­цов и Наваль­ный тоже суще­ству­ет в сво­их инфор­ма­ци­он­ных пузырях. 

Бла­го­род­ная и насущ­ная зада­ча медиа – это каким-то обра­зом про­ры­вать эту дру­же­скую бло­ка­ду, кото­рую каж­дый из нас для себя уста­нав­ли­ва­ет, и сооб­щать дру­гие прав­ды и дру­гие кар­ти­ны мира, и научать­ся таким обра­зом мед­лен­но раз­го­ва­ри­вать, и при­ми­рять эти кар­ти­ны мира. В том чис­ле кар­ти­ну, где госдеп пла­тит за митин­ги и кар­ти­ну, где режим вот-вот рух­нет. Мы не можем ска­зать, что одна вер­на, а дру­гая — нет, и на этом успо­ко­ить­ся. Если гово­рить про вещи, кото­ры­ми ещё инте­рес­но заниматься. 

У меня есть ощу­ще­ние, что все эти наши дви­же­ния, они не то что­бы надол­го, они не то что­бы ещё дол­го не кон­чат­ся. У меня есть ощу­ще­ние, что нам пред­сто­ит ещё мно­го лет такой доволь­но нуд­ной и едва ли не бумаж­ной рабо­ты. Очень весе­ло соби­рать людей на митин­ги, выка­ты­вать на сце­ну 70 кило­ватт зву­ка, давать рок-н-ролл. Но это окош­ко воз­мож­но­стей ско­ро закро­ет­ся. Так или ина­че, тем или иным обра­зом, но к кон­цу мар­та, я подо­зре­ваю, это­го раз­вле­че­ния у нас боль­ше не будет. Пото­му что в нём уже не будет смыс­ла, или пото­му, что при­ду­шат, или поче­му-то ещё. И даль­ше нам надо будет подроб­но в тече­ние несколь­ких лет раз­би­рать­ся с кон­крет­ны­ми веща­ми, кото­рые на самом деле не устра­и­ва­ют нас в той систе­ме, кото­рую мы для про­сто­ты назы­ва­ем путин­ским режи­мом. И в этом смыс­ле, на самом деле, очень может при­го­дить­ся опыт глян­це­вой жур­на­ли­сти­ки, кото­рая при­вык­ла рас­кла­ды­вать раз­но­об­раз­ные слож­ные нели­ней­ные вещи каким-то пре­дель­но удоб­ным спо­со­бом. «Пять вещей, за кото­рые сто­ит любить Набо­ко­ва». Вот эта вся хрень, кото­рой зани­ма­ют­ся изго­то­ви­те­ли глян­це­вых жур­на­лов и от кото­рой нас всех тош­нит, может ока­зать­ся вне­зап­но очень полез­ным умением. 

Пото­му что мате­ри­ал про «пять вещей о том, поче­му Феде­раль­ный закон №83 заво­дит в гроб всю систе­му обра­зо­ва­ния» — мне этот мате­ри­ал сей­час очень инте­рес­но было бы почи­тать. В неко­то­ром роде феде­раль­ный закон 83 и был-то при­нят, пото­му что этот мате­ри­ал в какой-то момент никто из нас не про­чи­тал и не схва­тил­ся за голо­ву. Смысл его в том, что­бы сокра­тить коли­че­ство бес­плат­ных услуг пред­при­я­тий обра­зо­ва­ния, учре­жде­ний обра­зо­ва­ния и здра­во­охра­не­ния до неко­то­ро­го разум­но­го мини­му­ма, пере­ве­дя всё осталь­ное на плат­ную осно­ву. Мате­ри­ал про «пять осно­ва­ний для того, что­бы разо­гнать Госу­дар­ствен­ную Думу», навер­ное, мно­гим из нас сей­час страш­но инте­рес­но будет про­чи­тать. Очень важ­ная вещь сей­час – вот таким глян­це­вым обра­зом разъ­яс­нять все­воз­мож­ные тон­ко­сти госу­дар­ствен­но­го устрой­ства и зако­но­да­тель­ных актов и уло­же­ний Рос­сий­ской Федерации. 

Ещё одна вещь, до кото­рой не дохо­ди­ли руки или на кото­рую не хва­та­ло сме­ло­сти у жур­на­ли­стов в послед­ние годы и кото­рая очень-очень-очень важ­на сей­час — это раз­вен­чи­ва­ние ими­та­ци­он­ных госу­дар­ствен­ных меха­низ­мов, кото­рые были созда­ны этим самым путин­ским режи­мом. «Еди­ная Рос­сия» — это, яко­бы, пар­тия, и «КПРФ» — это, яко­бы, пар­тия, «ЛДПР» — это, яко­бы, пар­тия. И все наши фруст­ра­ции, свя­зан­ные с дум­ски­ми выбо­ра­ми, на самом деле свя­за­ны не с тем, что эти голо­са непра­виль­но посчи­та­ли, а за тем, что … сама идея, что­бы пой­ти и отдать голос за кого-то из этих людей — это уже само по себе обман. Нас застав­ля­ют участ­во­вать в какой-то прин­ци­пи­аль­но нечест­ной игре. А суды — это, яко­бы, суды. И на самом деле то, как это всё внут­ри устро­е­но — это страш­но инте­рес­но. Я вот могу вспом­нить толь­ко одну вещь, напи­сан­ную на эту тему за послед­нее вре­мя — это книж­ка «Опе­ра­ция «Еди­ная Рос­сия» Ильи Жигу­лё­ва и Люд­ми­лы Рома­но­вой из изда­ния Forbes. Это не самое сен­са­ци­он­ное жур­на­лист­ское рас­сле­до­ва­ние, но это попыт­ка залезть внутрь и посмот­реть, как созда­ва­лась «Еди­ная Рос­сия», как она рабо­та­ет внут­ри. Никто же из нас это­го не зна­ет. Про­сто есть какая-то «пар­тия жули­ков и воров», сидят какие-то упы­ри страш­ные и тво­рят зло­де­я­ния. Но это же не так. Это слож­ный меха­низм, тоже состо­я­щий из каких-то живых людей, из каких-то пра­вил, по кото­рым он рабо­та­ет, у него своя исто­рия обра­зо­ва­ния. Вот люди, по край­ней мере, попы­та­лись всё это проследить. 

Дви­же­ние за чест­ные выбо­ры, кото­рое в раз­ных фор­мах под­тал­ки­ва­ет все эти про­цес­сы, навер­ное, рано или позд­но, – может быть, поз­же, чем нам хоте­лось бы, – но когда-то оно при­ве­дёт к успе­ху, мы полу­чим чест­ные выбо­ры. Даль­ше на этих чест­ных выбо­рах граж­да­нам Рос­сий­ской Феде­ра­ции пред­сто­ит про­го­ло­со­вать за совер­шен­но дру­гие пар­тии или обще­ствен­ные дви­же­ния или струк­ту­ры, неже­ли те, какие мы име­ем сей­час. Сей­час нам, в общем, слож­но понять, в чём раз­ни­ца меж­ду «Еди­ной Рос­си­ей», «КПРФ» и «ЛДПР», за исклю­че­ни­ем того, что Зюга­нов, яко­бы, за Совет­ский Союз, что­бы это ни зна­чи­ло в нынеш­них усло­ви­ях, а Жири­нов­ский с каки­ми-то часа­ми, сто­и­мо­стью с небо­скрёб, за бед­ных. Вот те самые ими­та­ци­он­ные меха­низ­мы. Но слу­чись это­му дви­же­нию добить­ся успе­ха, нам, дей­стви­тель­но, навер­ное, пред­сто­ит столк­нуть­ся с доволь­но неожи­дан­ны­ми для нас поли­ти­че­ски­ми сила­ми, выра­жа­ю­щи­ми, воз­мож­но, доволь­но неожи­дан­ные для нас поли­ти­че­ские инте­ре­сы. Я далёк от мыс­ли, попу­ляр­ной тоже в каких-то пуб­ли­ци­сти­че­ских кру­гах, о том, что если раз­ре­шить сво­бод­ные выбо­ры, то немед­лен­но выбе­рут Гит­ле­ра, про­сто через пять минут. Это неправ­да, это тоже такая стра­шил­ка, кото­рой при­ня­то оправ­ды­вать отсут­ствие этих чест­ных выбо­ров. Или, по край­ней мере, их спе­ци­аль­ный фар­со­вый ими­та­ци­он­ный харак­тер. Но, поло­жа руку на серд­це, если вни­ма­тель­но посмот­реть на те или иные реаль­ные поли­ти­че­ские выска­зы­ва­ния, уже сей­час зву­ча­щие, мы обна­ру­жим в них одну чер­ту. В них отсут­ству­ет неко­то­рая про­ект­ная зада­ча. Выска­зы­ва­ния не обра­ще­ны в буду­щее и не ста­вят перед собой целью достичь како­го-то состо­я­ния, кото­ро­го ещё не было. Все они так или ина­че сво­дят­ся к вос­ста­нов­ле­нию того или ино­го ста­ту­са кво, кото­рый уже когда-то был, может быть, в несо­вер­шен­ном виде и в непра­виль­ном, но когда-то он был нару­шен. Это может быть воз­вра­ще­ние к состо­я­нию, допу­стим, 2003-го года, когда сило­ви­ки не нача­ли кош­ма­рить биз­нес, а Путин не раз­дал всю эко­но­ми­ку Рос­сии дру­зьям из коопе­ра­ти­ва «Озе­ро». Это может быть воз­вра­ще­ние к состо­я­нию 99-го года, как раз к ста­ту­су сво­бод­ных выбо­ров, опять же, при либе­раль­ном пре­зи­ден­те и доволь­но вли­я­тель­ной оли­гар­хии, кото­рая этот про­цесс как-то моде­ри­ру­ет. Это может быть воз­вра­ще­ние к ста­ту­су 93-го года. Это, навер­но, самый ради­каль­ный вари­ант из тех, что рас­смат­ри­ва­ют­ся все­рьёз сей­час – тот или иной отказ от ито­гов при­ва­ти­за­ции и воз­вра­ще­ние к силь­но­му пар­ла­мен­ту. А может быть, что-то одно из двух. Но так или ина­че это про­грам­ма, кото­рая сво­дит­ся к вос­ста­нов­ле­нию како­го-то состо­я­ния, кото­рое уже было. Чест­ные выбо­ры, если мы все­рьёз доби­ва­ем­ся чест­ных выбо­ров, свя­за­ны сре­ди про­че­го с необ­хо­ди­мо­стью при­нять тот или иной выбор людей. Выбор того состо­я­ния, в кото­рое мы будем воз­вра­щать­ся. Не хоте­лось бы все­рьёз думать, что одним из вари­ан­тов може­жет быть воз­вра­ще­ние к 52-му году, к при­ме­ру, на более узкой усе­чён­ной тер­ри­то­рии без союз­ных рес­пуб­лик, но тем не менее, такой вари­ант тоже воз­мо­жен, как это пара­док­саль­но ни прозвучит. 

На самом деле, тут есть очень важ­ный момент. Очень хоте­лось бы, что­бы чест­ные выбо­ры состо­я­лись пря­мо сей­час, но при этом реаль­но гля­дя на вещи, может быть, это и не пло­хо, что до их окон­ча­тель­но­го наступ­ле­ния у нас есть ещё энное коли­че­ство лет. И вот это вре­мя, по уму, вот эти ста­рые медиа мог­ли бы исполь­зо­вать для моде­ли­ро­ва­ния обще­ствен­но­го диа­ло­га. Эти сло­ва очень скуч­но зву­чат, но смысл их в том, что, вооб­ще-то, было бы непло­хо выяс­нить, что дума­ет то самое насе­ле­ние, кото­рое пой­дёт даль­ше голо­со­вать на чест­ных выбо­рах. Необ­хо­дим какой-то содер­жа­тель­ный раз­го­вор о том, в какую точ­ку мы соби­ра­ем­ся воз­вра­щать­ся и, может быть, ещё не позд­но как-то попы­тать­ся уго­во­рить – опять же, не пиа­ра­ми, не про­па­ган­дист­ски­ми мето­да­ми, – а как-то уго­во­рить насе­ле­ние, к при­ме­ру, не воз­вра­щать­ся в 52‑й. Как-то дого­во­рить­ся, что это будет 2003‑й, а, может быть, чем чёрт не шутит, из этих раз­го­во­ров вый­дет и какой-то про­ект сле­ду­ю­щий Рос­сии, кото­ро­го нам сей­час не хва­та­ет. Для это­го, мне кажет­ся, нам даже не нуж­но созда­вать какое-то обще­ствен­ное теле­ви­де­ние, кото­рое в оче­ред­ной раз про­де­кла­ри­ро­вал Мед­ве­дев. Мне кажет­ся, что окош­ко немнож­ко при­от­кры­лось, даже на цен­траль­ных кана­лах, и вполне сей­час мож­но в это окош­ко с этим раз­го­во­ром посте­пен­но вле­зать. И самое глав­ное, воз­мож­но, клю­че­вую роль игра­ют во всех этих вещах вооб­ще не цен­траль­ные теле­ка­на­лы, а какая-нибудь мест­ная прес­са, кото­рую люди чита­ют. Воз­мож­но, это всё зву­чит немнож­ко путан­но и некон­крет­но, но мне кажет­ся, что мис­сия ста­рых медиа заклю­ча­ет­ся в том, что­бы сей­час стать плат­фор­мой для неви­ди­мо­го все­на­род­но­го схо­да на тему того, к чему мы хотим вер­нуть­ся, к чему мы хотим прийти. 

Вопрос из зала: Я всё чаще заме­чаю в интер­не­те соци­аль­ные сети, кото­рые зато­че­ны под очень узкие сооб­ще­ства, в част­но­сти для энка­ош­ни­ков, обще­ствен­ных дея­те­лей. Насколь­ко про­дук­тив­но созда­ние таких соци­аль­ных сетей с точ­ки зре­ния раз­ру­ше­ния инфор­ма­ци­он­но­го пузы­ря, о кото­ром Вы гово­ри­ли? И воз­мож­но ли, дей­стви­тель­но, созда­ние такой эффек­тив­ной соци­аль­ной сети для поли­ти­че­ско­го обще­ния, напо­до­бие того, что сде­лал Цукер­берг для Обамы? 

Юрий Сапры­кин: На самом деле, мне кажет­ся, что функ­ци­о­на­ла фэйс­буч­ной груп­пы на пер­вых порах для это­го доста­точ­но. Любое созда­ние тако­го сай­та тре­бу­ет как мини­мум пере­но­са функ­ци­о­на­ла или созда­ния подоб­но­го функ­ци­о­на­ла на дру­гой плат­фор­ме. Сей­час неко­то­рые акти­ви­сты, я знаю, дела­ют объ­еди­нён­ные сай­ты оппо­зи­ции… Я знаю штук пять, каж­дый из них — объ­еди­нён­ный сайт, кото­рый объ­еди­ня­ет всю оппо­зи­цию. Это сай­ты, создан­ные по такой поза­про­шлой моде­ли. Лен­та ново­стей, форум, чат, госте­вая книга. 

Вопрос из зала: Я соглас­на почти со все­ми ваши­ми тези­са­ми, но к одно­му хочу при­драть­ся: когда Вы ска­за­ли, что перед тем, как насту­пят чест­ные выбо­ры, с помо­щью СМИ народ дол­жен разо­брать­ся, к чему ему стремиться… 

Ю.С.: Да нет, это не народ дол­жен разо­брать­ся, это зада­ча поли­ти­ков, кото­рые могут неожи­дан­но для себя ока­зать­ся при помо­щи этой маши­ны вре­ме­ни совер­шен­но не в том вне­вре­мен­ном про­ме­жут­ке, в кото­ром они планировали. 

Вопрос из зала: Хоро­шее сло­во — в про­шлом. Точ­ки ста­ту­са кво, кото­рые были в про­шлом. Но есть мне­ние, что таких точек, к кото­рым надо стре­мить­ся, у нас ещё не было. 

Ю.С.: Это, может быть, было косо, кри­во, непра­виль­но, это кон­чи­лось пло­хо, но в Рос­сии, конеч­но, был очень корот­кий пери­од демо­кра­ти­че­ско­го устрой­ства, кото­рый начал­ся где-то при­бли­зи­тель­но году в 91‑м, закон­чил­ся году в 93‑м. Никто не обе­ща­ет, что при сле­ду­ю­щем демо­кра­ти­че­ском устрой­стве всё будет ста­биль­но и будет высо­кая цена на нефть. 

Вопрос из зала: Потом начал­ся кри­ми­наль­ный капи­та­лизм, но того, что есть в Евро­пе, это­го не было. Вот к это­му надо стре­мить­ся, а не толь­ко орать на митин­гах: «долой власть эту, давай другую!» 

Ю.С.: Послу­шай­те, про­бле­ма в том, что, что­бы сде­лать так, как есть в Евро­пе — это очень про­сто, надо пере­ехать в Евро­пу. Сама эта поста­нов­ка вопро­са «давай­те жить как в Евро­пе», этот про­ект, он не сего­дня воз­ник. И уже была совер­ше­на одна либе­раль­но-демо­кра­ти­че­ская рево­лю­ция, кото­рая в ито­ге при­ве­ла, а, может быть, сов­па­ла с обва­лом цен, кри­ми­наль­ным капи­та­лиз­мом и т. д., но тем не менее, если мы вспом­ним 91‑й год, на тот момент каза­лось, что сей­час мы отме­ним 6‑ю ста­тью кон­сти­ту­ции и изба­вим­ся от ком­му­ни­стов, и, в общем, доволь­но быст­ро это при­ве­дёт к жиз­ни как в Евро­пе. Я боюсь, что это не совсем тот про­ект, и не совсем та, изви­ни­те за выра­же­ние, ман­тра, кото­рой мож­но сей­час зажечь боль­шин­ство насе­ле­ния страны. 

Вопрос из зала: В вашей клас­си­фи­ка­ции медий­ной, кото­рую Вы нам пока­за­ли, про­ти­во­по­став­ле­ны ста­рые СМИ, с одной сто­ро­ны, с дру­гой сто­ро­ны — соци­аль­но-сете­вые, и есть тре­тьи, для тех, кто не успел настро­ить френд­лен­ту и кто не умеет… 

Ю.С.: Да, есть, новые медиа редак­ци­он­но­го типа. 

Вопрос из зала: Но вот в этом пей­за­же, напри­мер, теле­ка­нал «Дождь» и неко­то­рые дру­гие подоб­ные вещи, они, по-види­мо­му, что-то другое… 

Ю.С.: Я гово­рил, что ста­рые медиа сда­ли пози­ции без боя. Вот «Дождь» – это ста­рое медиа, взял и эти ста­рые пози­ции вдруг начал отво­ё­вы­вать обрат­но. То есть это ста­рое медиа, кото­рое пыта­ет­ся кон­ку­ри­ро­вать с новы­ми – и по части опе­ра­тив­но­сти, и по части лёг­ко­сти досту­па через вся­кие пор­та­тив­ные устрой­ства, и по части како­го-то кол­лек­тив­но­го дела­ния (в мень­шей сте­пе­ни, всё-таки боль­шая часть кон­тен­та там созда­ёт­ся кор­ре­спон­ден­та­ми, но при этом они совер­шен­но не гну­ша­ют­ся запи­сать интер­вью по скай­пу с кем-нибудь, с чело­ве­ком, кото­рый нахо­дит­ся на акции «Occupy wall street» и запу­стить его в эфир). Это, дей­стви­тель­но, очень удач­ный при­мер ста­ро­го медиа, кото­рое исполь­зу­ет новые воз­мож­но­сти. Беда его в том, что он един­ствен­ный. То, где мы его смот­рим и то, поче­му мы его смот­рим не на какой-нибудь тре­тьей кноп­ке, а где-то там в интер­не­те или на кабель­ных сетях. У меня дома нет теле­ка­на­ла «Дождь», к при­ме­ру. Это всё свя­за­но не с его каче­ством, и не с его про­дви­ну­то­стью, и не с его ауди­то­ри­ей, а про­сто с тем, что где-то в каби­не­те сидит чело­век, кото­рый дёр­га­ет за рубиль­ни­ки и кото­рый вклю­ча­ет или не вклю­ча­ет эфир. Вот это ста­рое медиа, кото­рое по идее в сво­ей кон­ку­рент­ной сре­де долж­но было обста­вить всех сво­их кол­лег на пять шагов впе­рёд, оно по-преж­не­му пере­би­ва­ет­ся с хле­ба на воду, про­сто пото­му, что эта кон­ку­рент­ная сре­да искус­ствен­но замо­ро­же­на, затор­мо­же­на. Беда-то в том, на самом деле, что таки­ми тем­па­ми у кана­ла «Дождь» про­сто в какой-то момент, изви­ни­те за прав­ду жиз­ни, могут кон­чить­ся день­ги, это очень доро­гая вещь. И это вещь, кото­рая, без­услов­но, была созда­на инве­сти­ци­он­ным обра­зом. Она эти день­ги долж­на начать при­но­сить. А при­но­сить эти день­ги обрат­но ей не дают. И, вро­де бы, не про­ис­хо­дит ника­ко­го уду­ше­ния сво­бо­ды сло­ва, всё, вро­де бы, мож­но. С дру­гой сто­ро­ны, канал постав­лен в те усло­вия искус­ствен­ным обра­зом, когда, при том, что он луч­ше, про­грес­сив­нее (про­грес­сив­нее не в поли­ти­че­ском смыс­ле, а чисто тех­но­ло­ги­че­ском), нуж­нее сво­ей ауди­то­рии, чем все осталь­ные кана­лы… И даже сам пре­зи­дент Мед­ве­дев туда ходил… А всё рав­но его надо смот­реть на каких-то элек­тро­чай­ни­ках, а не в теле­ви­зо­ре. А социо­ло­ги­че­ские служ­бы не меря­ют кана­лы, кото­рые пока­зы­ва­ют на элек­тро­чай­ни­ках. И поэто­му невоз­мож­но эти несу­ще­ству­ю­щие рей­тин­ги пока­зать рекла­мо­да­те­лям, поэто­му рекла­мо­да­тель у тебя не купит рекламу. 

Вопрос из зала: Теперь в све­те послед­них собы­тий в араб­ском мире, где, как извест­но, рево­лю­ции при­ве­ли к пол­но­му «аллах акбар», види­мо, такой маги­страль­ной лини­ей сур­ков­ской про­па­ган­ды будет то, что у нас, разу­ме­ет­ся, сто­ит чуть подви­нуть власть, сра­зу слу­чит­ся пол­ный «хайль гит­лер» и еже­днев­ный рус­ский марш, и Наваль­ный — это страш­ный-страш­ный фашист, как мы зна­ем, и т. д. Что, на ваш взгляд, нуж­но делать с этой линией? 

Ю.С.: Это отно­сит­ся к той части, где я гово­рил, что непло­хо бы выяс­нить, а воз­врат к како­му состо­я­нию на самом деле пред­по­чи­та­ет насе­ле­ние стра­ны. Про­бле­ма здесь в том, что мы ниче­го не зна­ем про рус­ский наци­о­на­лизм. То есть у нас есть неко­то­рое пред­став­ле­ние о самых ради­каль­ных и самых поли­ти­че­ски актив­ных выра­зи­те­лях этих настро­е­ний. Легаль­ным кры­лом рос­сий­ских наци­о­на­ли­стов, по мое­му глу­бо­ко­му убеж­де­нию, явля­ют­ся про­во­ка­то­ры на зар­пла­те спец­служб или Сур­ко­ва, или уж не знаю, кого… Это какие-то очень подо­зри­тель­ные мур­зил­ки, от кото­рых непо­нят­но чего ждать. И у меня есть очень чёт­кое ощу­ще­ние, что если им зав­тра позво­нят и сооб­щат, что «ребя­та, вво­дим в дей­ствие план Б», то они про­сто воткнут тому же Наваль­но­му нож в спи­ну и не помор­щат­ся совер­шен­но. И при­ни­мая их какое-то реаль­ное выра­же­ние рус­ско­го наци­о­на­лиз­ма, с кото­рым надо рабо­тать, как-то вза­и­мо­дей­ство­вать, мы, в общем, вза­и­мо­дей­ству­ем с оче­ред­ным фэй­ком, с оче­ред­ной под­дел­кой. Что делать с этой уста­нов­кой сур­ков­ской про­па­ган­ды? Мож­но, в общем, с ней мож­но обхо­дить­ся дву­мя спо­со­ба­ми. Мож­но ска­зать «а, ну и хрен с ним, глав­ное — чест­ные выбо­ры, выбе­рут Гит­ле­ра — зна­чит выбе­рут Гит­ле­ра, но зато про­це­ду­ра будет соблю­де­на». В прин­ци­пе, если утри­ро­вать, это более-менее та пози­ция, кото­рой при­дер­жи­ва­ют­ся сей­час лиде­ры этих оппо­зи­ци­он­ных дви­же­ний. «Давай­те ввя­жем­ся в дра­ку и добьём­ся чест­ных выбо­ров, а потом всё рав­но, что будет». Дру­гая пози­ция, совер­шен­но не исклю­ча­ю­щая пер­вой, заклю­ча­ет­ся в том, что­бы как-то попы­тать­ся дей­стви­тель­но выяс­нить – и попы­тать­ся повли­ять на рас­клад в обществе. 

Вопрос из зала: Кто побе­дит в пре­зи­дент­ских выборах? 

Ю.С.: Вопрос, на самом деле, не в том, кто побе­дит, а в том, как побе­дит. Вот это клю­че­вой сей­час вопрос. В одном туре или в двух, с каким коли­че­ством про­цен­тов, каким коли­че­ством глу­по­стей, мер­зо­стей и фаль­си­фи­ка­ций это будет окру­же­но, насколь­ко пуб­лич­но и без­за­стен­чи­во, как будут вести себя осталь­ные кан­ди­да­ты. Это, на самом деле, урав­не­ние со все­ми неиз­вест­ны­ми, кото­рое долж­но скле­ить­ся. К кон­цу мар­та, я думаю, мы пой­мём, надол­го ли мы с Вла­ди­ми­ром Пути­ным. Путин, кото­рый побеж­да­ет с резуль­та­том 80 про­цен­тов и с три­ум­фом въез­жа­ет на ураль­ском тан­ке в Кремль, и Путин, кото­ро­му с тру­дом, с каким-то скри­пом адским натя­ги­ва­ют 52 во вто­ром туре, и после это­го ещё неде­лю все сто­ли­цы гудят – это раз­ные Пути­ны, у них раз­ные воз­мож­но­сти. И то, что пер­во­го Пути­на уже не будет, это меди­цин­ский факт, и это наша с вами боль­шая заслу­га. Всем, что про­ис­хо­ди­ло в декаб­ре и, даст бог, будет про­ис­хо­дить и даль­ше, мы эту воз­мож­ность отсек­ли. Ура, всё ста­ло гораз­до слож­нее. А как, и куда, и чего — вре­мя покажет. 

Вопрос из зала: Facebook как про­тестное медиа поня­тен. И очень инте­рес­ное заме­ча­ние, что жур­на­ли­сты как пятая колон­на в рам­ках обыч­ной струк­ту­ры для facebook’а ста­но­вят­ся более зна­чи­мы, то есть она берёт власть по орга­ни­за­ции этих митин­гов. Вопрос такой, что орга­ни­за­ция про­те­стов – в осно­ве она лёг­кая. Будет ли рабо­тать facebook или дру­гие новые медиа на каком-то пози­ти­ве, на созда­нии чего-то? Смо­жет ли орга­ни­за­ция, тысяч­ные лай­ки соби­рать­ся не толь­ко на то, что­бы пой­ти на Болот­ную пло­щадь, но и про­го­ло­со­вать за этот 83 феде­раль­ный, за его отмену? 

Ю.С.: Тут вопрос в том, что такое пози­тив, а что такое нега­тив или про­тест. Дви­же­ние «За чест­ные выбо­ры», кото­рое тоже в каком-то смыс­ле явля­ет­ся пози­тив­ным. Дви­же­ние «За отме­ну феде­раль­но­го зако­на» тоже в каком-то смыс­ле явля­ет­ся про­тестным. Грань тон­ка. Мне ско­рее инте­рес­но было бы смот­реть на это не в таких тер­ми­нах, а в тер­ми­нах «какую роль будет играть facebook в кон­крет­ных неболь­ших ини­ци­а­ти­вах, ради кото­рых будет на вре­мен­ной осно­ве соби­рать­ся неболь­шие сооб­ще­ства людей». Пред­ставь­те себе, что, допу­стим, я, Сер­гей Пар­хо­мен­ко, Юрий Шев­чук, Ксе­ния Соб­чак бро­са­ют все свои дела и идут два меся­ца бить лбом, что­бы отме­ни­ли этот чёр­тов 83‑й закон. Его, навер­но, не отме­нят, но по край­ней мере какой-то коли­че­ство шума по это­му пово­ду нам удаст­ся создать. По край­ней мере удаст­ся вве­сти эту тему на повест­ку дня. Необя­за­тель­но с Шечу­ком и Ксе­ни­ей Соб­чак, это могут делать вполне себе лету­чие сете­вые отря­ды энту­зи­а­стов, кото­рые про­сто объ­еди­нят­ся ради какой-то кон­крет­ной исто­рии, ради какой-то кон­крет­ной цели, и в орг­ко­ми­те­тах на это не назна­ча­ют, они про­сто… у них есть такой удоб­ный интер­фейс, они собрались. 

Вопрос из зала: Ещё вопрос к Вам как к гла­ве хол­дин­га «Афи­ша». Какое назва­ние этой рево­лю­ции, кото­рая про­изо­шла сей­час или про­дол­жа­ет­ся до сих пор, Вам кажет­ся наи­бо­лее удач­ной с куль­тур­ной точ­ки зре­ния? Рево­лю­ция нор­ко­вых шуб, белая рево­лю­ция, снеж­ная рево­лю­ция? И поче­му у этой рево­лю­ции нет гимна? 

Ю.С.: У этой рево­лю­ции нет назва­ния, у этой рево­лю­ции нет гим­на. Давай­те на этом сой­дём­ся. Если бы это назва­ние было, то мы бы его уже зна­ли. Воз­мож­но, при­чи­на в том, что нет революции. 

Вопрос из зала: А Вас не сму­ща­ет неко­то­рая несты­ков­ка в лек­си­ке и в тер­ми­но­ло­гии, когда рево­лю­ци­ей назы­ва­ют отме­ча­ние в facebook’е? 

Ю.С.: Я же гово­рю, нет ника­кой революции. 

Вопрос из зала: Но это сло­во столь часто употребляется. 

Ю.С.: Оно зву­чит, как нетруд­но заме­тить, в доволь­но иро­ни­че­ском кон­тек­сте вся­кий раз. И этот кон­текст свя­зан ров­но с тем, о чём Вы гово­ри­те. Если бы рево­лю­ция была, у неё было бы назва­ние, был бы гимн, и мы бы просну­лись в дру­гой стране. А мы бодр­ству­ем в той же. 

Вопрос из зала: Воз­вра­ща­ясь к вопро­су о том, как имен­но Путин въедет в Кремль. В том вари­ан­те, кото­рый мне кажет­ся доста­точ­но веро­ят­ным, пой­дут навстре­чу и сде­ла­ют веб­ка­ме­ры, кото­рые будут реаль­но рабо­тать, фаль­си­фи­ка­ции будут све­де­ны к мини­му­му, при этом не будут свер­ху устра­и­вать реаль­но боль­ших фаль­си­фи­ка­ций, и будет реаль­но что-то, воз­мож­но, толь­ко на местах. И при этом чест­но побеж­да­ет Путин, и при этом бла­го­да­ря дру­гой подач­ке в виде Про­хо­ро­ва, нет ещё воз­мож­но­сти ска­зать, что голо­со­вать было вооб­ще не за кого, как это было в слу­чае с парламентскими. 

Ю.С.: Хоро­шо, лад­но, допустим. 

Вопрос из зала: Мне любо­пыт­но, что в таком слу­чае, по-ваше­му, про­изой­дёт с про­тестным дви­же­ни­ем, когда исчез­нут такие глав­ные при­чи­ны про­те­сто­вать, реаль­но оста­нут­ся, но внеш­ней воз­мож­но­сти их так про­го­ва­ри­вать боль­ше не будет. Оно сду­ет­ся? Или оно пере­клю­чит­ся с поли­ти­че­ских тем на кор­руп­ци­он­ные? Или ещё что-то? 

Ю.С.: Это самый страш­ный вопрос, от кото­ро­го я в холод­ном поту сре­ди ночи про­сы­па­юсь, прав­да. Пото­му что отве­та на этот вопрос, имен­но на этот вопрос, нет ни у кого. «Что делать, если Путин побе­дит чест­но?» Конеч­но, такой ответ есть, мы его зна­ем: всё рав­но идти на ули­цу и орать, что Путин побе­дил нечест­но. И без сомне­ния это про­изой­дёт. Но про­сто таким обра­зом без­услов­но мож­но спро­во­ци­ро­вать сило­вое раз­ре­ше­ние кон­флик­та или пере­вод его в какую-то дру­гую плос­кость. Но я боюсь, что что это будет очень пло­хо. То есть, если это про­изой­дёт, види­мо, при­дёт­ся при­ду­мать себе какую-то новую повест­ку дня, и эта повест­ка дня долж­на быть такой, что­бы, опять же, в эту орби­ту вовле­ка­лось по воз­мож­но­сти всё боль­ше людей. В конеч­ном счё­те люди же выхо­дят не пото­му, что не так посчи­та­ли, а пото­му что «доста­ло». У это­го «доста­ло» есть мно­же­ство резо­нов, свя­зан­ных не толь­ко с меха­низ­мом про­ве­де­ния выборов.

03.02.12 21:09

Напе­ча­та­но с раз­ре­ше­ни­ем. Ори­ги­нал: http://russ.ru/Mirovaya-povestka/I‑pridem-esche