Самара перехватила эстафету карательной психиатрии?

На про­шлой неде­ле поста­нов­ле­ни­ем феде­раль­но­го суда Про­мыш­лен­но­го рай­о­на горо­да Сама­ры Андрей Касат­кин направ­лен на при­ну­ди­тель­ное лече­ние в пси­хи­ат­ри­че­ский ста­ци­о­нар обще­го типа. Он про­сто раз­ме­стил кар­тин­ку в интернете.

До суда самар­ские сле­до­ва­те­ли посчи­та­ли, что 27-лет­ний мест­ный житель нуж­да­ет­ся в лече­нии за раз­ме­ще­ние в соц­се­ти «Вкон­так­те» кар­тин­ки сомни­тель­но­го содер­жа­ния. На ней изоб­ра­жен муль­ти­пли­ка­ци­он­ный пер­со­наж в кло­ун­ской мас­ке, напо­ми­на­ю­щей лицо пер­со­на­жа из совет­ско­го мульт­филь­ма «Шай­бу, шай­бу!». Герой на изоб­ра­же­нии дер­жит в руке топор, а рядом с ним при­пис­ка: «Бери топор! Встре­чай гостей с гор». Пра­во­охра­ни­те­ли сочли, что дей­ствия муж­чи­ны «направ­ле­ны на воз­буж­де­ние нена­ви­сти либо враж­ды в отно­ше­нии груп­пы лиц по при­зна­кам наци­о­наль­но­сти и про­ис­хож­де­ния». А за это гро­зит уго­лов­ная ответ­ствен­ность, преду­смот­рен­ная ч.1 ст. 282 УК РФ. При­ме­ча­тель­но, что сле­до­ва­те­ли не уточ­ни­ли, какая кон­крет­но это груп­па лиц. Мне­ния раз­де­ли­лись: всту­пив­шие в дис­кус­сию в Интер­не­те по пово­ду ново­сти об этом уго­лов­ном деле утвер­жда­ют: на кар­тин­ке и в над­пи­си ника­ки­ми дета­ля­ми не обо­зна­че­но, что под­ра­зу­ме­ва­ют­ся жите­ли Кав­ка­за. «Сете­вые трол­ли» даже выдви­га­ют пред­по­ло­же­ния, что это может быть намек на оби­та­те­лей Пами­ра, Тибе­та или Альп. Воз­ник­ла ситу­а­ция, когда «всем все понят­но», но дока­за­тель­ная база постро­е­на на домыслах.

Осо­бое вни­ма­ние к делу Андрея Касат­ки­на при­вле­ка­ет то обсто­я­тель­ство, что кари­ка­ту­ру он не рисо­вал и даже не раз­ме­щал в Сети, загру­зив с ком­пью­те­ра, а толь­ко, слу­чай­но наткнув­шись на нее в соци­аль­ной сети, «лайк­нул» и затем сохра­нил на сво­ей стра­ни­це. Это вполне невин­ное дей­ствие было совер­ше­но еще в фев­ра­ле 2012 года. Касат­кин уже успел забыть о кар­тин­ке, когда 10 декаб­ря в его квар­ти­ру ворва­лись поли­цей­ские с поня­ты­ми и кон­фис­ко­ва­ли систем­ный блок ком­пью­те­ра. Так Касат­кин узнал о заве­ден­ном на него уго­лов­ном деле. Тот факт, что про­во­ка­ци­он­ная кар­тин­ка нахо­дит­ся на стра­ни­цах у десят­ков дру­гих поль­зо­ва­те­лей, поли­цию и суд не заин­те­ре­со­вал. Обсто­я­тель­ства дела ослож­ни­лись тем, что две судеб­но-меди­цин­ские комис­сии, про­шед­шие в янва­ре и в мае это­го года, соста­ви­ли заклю­че­ние о невме­ня­е­мо­сти Касат­ки­на. Более того, сам Андрей отме­ча­ет: «Вра­чи откро­вен­но сме­я­лись, ухмы­ля­лись и сопро­вож­да­ли рас­смот­ре­ние мое­го дела откро­вен­но изде­ва­тель­ски­ми шут­ка­ми на тему, что теперь мне одна доро­га – в пси­хуш­ку». Еще один нюанс в том, что Касат­кин явля­ет­ся инва­ли­дом тре­тьей груп­пы и в свое вре­мя уже про­хо­дил лече­ние в нев­ро­ло­ги­че­ском дис­пан­се­ре от депрес­сии, сра­зу после служ­бы в армии. 

«Из заклю­че­ния судебно–психиатрической комис­сии экс­пер­тов сле­ду­ет, что по сво­е­му пси­хи­че­ско­му состо­я­нию муж­чи­на в насто­я­щее вре­мя нуж­да­ет­ся в при­ме­не­нии при­ну­ди­тель­ных мер меди­цин­ско­го харак­те­ра», – сооб­ща­лось в пресс-рели­зе след­ствен­но­го управ­ле­ния След­ствен­но­го коми­те­та РФ по Самар­ской области. 

С нача­лом уго­лов­но­го пре­сле­до­ва­ния Андрей лишил­ся рабо­ты – места охран­ни­ка, кро­ме того, сле­до­ва­те­ли и так не вер­ну­ли ему изъ­ятый ком­пью­тер. По сло­вам обви­ня­е­мо­го, его адво­кат еще в нача­ле про­цес­са откро­вен­но при­знал­ся, что не зна­ет, как его защи­щать. Интер­вью с Касат­ки­ным и его отцом запи­са­но в кон­це авгу­ста, еще до пер­во­го засе­да­ния суда. 

— Как все началось?

Андрей Касат­кин: Без каких-либо пове­сток или звон­ков утром 10 декаб­ря к нам в квар­ти­ру ста­ли ломить­ся люди, пред­ста­вив­ши­е­ся опе­ра­тив­ни­ка­ми. Кста­ти, удо­сто­ве­ре­ний и бумаг они нам так и не пока­за­ли. С ними были поня­тые. Поли­цей­ские ста­ли тре­бо­вать ком­пью­тер, я воз­ра­жал, и в ответ услы­шал угро­зу, что если буду сопро­тив­лять­ся, то изы­мут и сото­вый теле­фон. После это­го я с план­шет­ни­ка жены уда­лил эту кар­тин­ку из сво­е­го акка­ун­та в Сети. 

— Был шанс, что дело раз­ва­лит­ся, не дой­дя до суда?

А.К.: Да, еще в июле мне позво­нил сле­до­ва­тель Алек­сандр Рома­нов и при­гла­шал прий­ти и под­пи­сать бума­ги. Я его попро­сил по-чело­ве­че­ски: пожа­луй­ста, ну закрой­те это неле­пое дело. Он отве­тил мне, что он уже его закры­вал, но «про­ку­рор про­тив закры­тия дела, и несколь­ко раз воз­вра­щал, после того как след­ствен­ный коми­тет отправ­лял дело на закры­тие, и тре­бо­вал возобновить».

- Как дело подо­шло к при­ну­ди­тель­но­му лечению?

А.К.: Я когда-то был гостем в пси­хи­ат­ри­че­ской боль­ни­це, когда при­шел после армии и впал в депрес­сию, так как моя девуш­ка меня ни дожда­лась. И с тех пор, что­бы я ни сде­лал, мне все вре­мя угро­жа­ют «дур­кой». А я там уже был и воз­вра­щать­ся не хочу. По мне луч­ше уж на зону.

- Как дума­е­те, поче­му имен­но вас ста­ли преследовать?

А.К.: Я не знаю. Эту кар­тин­ку я не рисо­вал, она в соци­аль­ных сетях у сотен людей до сих пор на стра­ни­цах. При­чем у меня кар­тин­ка была сохра­не­на в режи­ме «доступ­но толь­ко дру­зьям». Мне кажет­ся, про­ку­ра­ту­ре про­сто нуж­на отчет­ность по такой ста­тье. Я спро­сил у сво­е­го сле­до­ва­те­ля, сколь­ко еще по Сама­ре таких дел, он ска­зал, что ни одно­го, мое пер­вое. Про­сто на меня пал жре­бий. В груп­пе «Вкон­так­та», где я нашел эту кар­тин­ку, никто ниче­го с тех пор не убрал. Я нико­гда не зани­мал­ся ника­кой про­па­ган­дой, не участ­во­вал в каких-либо шестви­ях или мар­шах, не состо­ял в поли­ти­че­ских орга­ни­за­ци­ях. И вдруг я не выхо­дя из дома, полу­чил реаль­ный «срок» в дур­до­ме. А пре­бы­ва­ние там на при­ну­ди­тель­ном лече­нии по регла­мен­ту не мень­ше шести меся­цев. Это мини­маль­ный срок. После это­го, через пол­го­да, будет созва­на вра­чеб­ная комис­сия, и если они решат, что им надо меня там оста­вить, то я могу завис­нуть в пси­хуш­ке и на год, и на два. И даже пожиз­нен­но. А я уже лежал один раз, мне хва­ти­ло «по самое не хочу». Луч­ше уж в тюрьму!

- Вам близ­ки какие-то наци­о­на­ли­сти­че­ские взгляды?

А.К.: Мне все рав­но, какой чело­век наци­о­наль­но­сти или веро­ис­по­ве­да­ния. У меня в дру­зьях и тата­ры, и евреи, и армяне. Со все­ми нор­маль­но обща­юсь. Конеч­но, у каж­до­го наро­да, как гово­рит­ся, «в семье не без уро­да». Доста­точ­но посмот­реть ново­сти и все понять. Но я не при­зы­вал нико­го угне­тать или изго­нять. Шут­ли­вая кар­тин­ка – это все­го лишь мне­ние, за него не долж­ны судить.

- Как счи­та­е­те, поче­му заве­ли дело на ваше­го сына?

Касат­кин Евге­ний Нико­ла­е­вич (под­пол­ков­ник ФСБ в отстав­ке, отец Андрея Касат­ки­на): Полу­ча­ет­ся, что в про­ку­ра­ту­ре и в след­ствии чув­ству­ют пол­ную без­на­ка­зан­ность. Это откро­вен­ный пле­вок. Они дают понять, что вот, смот­ри­те, быв­ший сотруд­ник гос­бе­зо­пас­но­сти вырас­тил яро­го наци­о­на­ли­ста. Хотя ника­ким наци­о­на­ли­стом он не явля­ет­ся. Он сам гово­рит, и я знаю, что он пат­ри­от сво­е­го Оте­че­ства. Я его вос­пи­ты­вал в духе интер­на­ци­о­на­лиз­ма, а не наци­о­на­лиз­ма. И у него в дру­зьях есть тата­ры, узбе­ки, армяне и евреи. Кар­тин­ка, за кото­рую судят Андрея, до того абсурд­на и комич­на – из нее нель­зя выжать ниче­го. Если учесть, что в послед­нее вре­мя вез­де мус­си­ру­ют­ся ново­сти про Эдвар­да Сно­уде­на и ком­пью­тер­ная тема мод­ная, то мож­но понять инте­рес. Но какой мож­но этой кар­тин­кой нане­сти ущерб госу­дар­ству или обще­ству? Или кому-то конкретно?

- Но у вас же оста­лись свя­зи в ФСБ, неуже­ли нель­зя было попро­бо­вать «спу­стить дело на тормозах»?

К.Е.: Я чело­век ста­ро­го поко­ле­ния и нико­гда не обра­щал­ся за покро­ви­тель­ством, не давал и не брал взя­ток. Это сей­час все при­ня­то, а я вос­пи­тан выкру­чи­вать­ся сам, ни к кому не обра­ща­ясь. Гово­рят, что быв­ших чеки­стов не быва­ет, но это миф – я живу на одну воен­ную пен­сию, боль­ших денег у меня не водит­ся, Куче­ре­ну в адво­ка­ты я нанять не могу. Если есть это дело, зна­чит, оно нуж­но про­ку­ра­ту­ре. Захо­те­ли пока­зать, что рабо­та по наци­о­на­ли­сти­че­ско­му направ­ле­нию ведет­ся. Дело заказ­ное, оно нуж­но, пото­му что таких нет – а потом в ста­ти­сти­ке про­ку­ра­ту­ра поста­вит себе оче­ред­ную «пал­ку». Види­мо, свер­ху уже все реши­ли, и Андрею при­дет­ся сидеть. Девять меся­цев про­ку­ра­ту­ра мусо­ли­ла дело, пока нако­нец нашли судью, кото­рый согла­сил­ся его взять. Види­мо, все осталь­ные отка­зы­ва­лись. Пото­му что тух­лень­кое дело: не за что чело­ве­ка сажать. А Андрей удоб­ная кан­ди­да­ту­ра, как бы он ни оправ­ды­вать­ся, какие бы дово­ды ни при­во­дил – ему никто не пове­рит, и все будут ссы­лать­ся на его «боль­ное вооб­ра­же­ние». А он же абсо­лют­но нор­маль­ный: он женат, у него семья, недав­но начал стро­ить квар­ти­ру. И сей­час его буду лечить – от чего? От кар­тин­ки в Интер­не­те? Его в пси­хуш­ке про­сто зако­лют пре­па­ра­та­ми. Вме­сто того что­бы сосре­до­то­чить­ся на кор­руп­ции, пре­сле­ду­ют за какие-то картинки.