Самара: 425

Два­дцать пять лет Сама­ра отме­ча­ла свой день рож­де­ния в мае, в этом году это про­иc­хо­дит в послед­ний раз – теперь име­ни­ны будут празд­но­вать­ся в нача­ле сен­тяб­ря. Два­дцать пять лет назад Сама­ра еще назы­ва­лась Куй­бы­ше­вом и школь­ные груп­по­вые фото­гра­фии оформ­ля­ли неиз­мен­ным «Люб­лю тебя, гор­жусь тобой, орде­но­нос­ный город мой».

Два­дцать пять лет назад вы еще носи­ли пио­нер­скую фор­му и был пер­вый в новей­шей исто­рии День горо­да, цве­ла сирень, мод­ные девуш­ки в бле­стя­щих лег­гин­сах хру­сталь­но сме­я­лись, от вет­ра взле­та­ли их кру­то наче­сан­ные воло­сы, а вы меч­та­ли, что через несколь­ко лет ста­не­те пол­но­цен­ным участ­ни­ком тор­же­ства, а не шпа­ной в белых носоч­ках и тупо­но­сых туф­лях. Что ж, это про­изо­шло давно.

Сей­час же набе­реж­ная от бас­сей­на СКА до Пер­во­май­ско­го спус­ка ого­ро­же­на низ­ким, но метал­ли­че­ским забо­ром, забор отста­ет от зем­ли на неко­то­рое рас­сто­я­ние, сан­ти­мет­ров трид­цать, и в неко­то­рых уже местах совер­ше­ны под­ко­пы для более сво­бод­но­го про­ник­но­ве­ния на стро­и­тель­ную пло­щад­ку. Зачем? Непо­нят­но, что стре­мят­ся обна­ру­жить там все эти быв­шие погра­нич­ни­ки, пар­ни в зеле­ных фураж­ках – их празд­ник сов­па­да­ет в этом году с празд­ни­ком города.

Но про­би­ра­ют­ся, цара­па­ют спи­ны, пере­прав­ля­ют пяти­лит­ро­вые баклаж­ки с пивом, виз­жа­щих деву­шек в мини-юбках, рельеф­но облеп­ля­ю­щих бедра.

В сем­на­дцать часов ожи­да­ет­ся нача­ло меро­при­я­тий на Ладье, и вы иде­те – по пути сле­до­ва­ния мно­го мили­ци­о­не­ров, целые авто­бу­сы. Соот­вет­ству­ю­щая тер­ри­то­рия ого­ро­же­на, через каж­дые три мет­ра – посто­вой, сум­ки досмат­ри­ва­ют, све­тят фона­ри­ком; с алко­го­лем вро­де бы не про­пус­ка­ют, но наход­чи­вые горо­жане про­но­сят его ста­рым кон­тра­бан­дист­ским спо­со­бом: в желудках.

Про­хо­ди­те дальше.

Закан­чи­ва­ет­ся что-то чисто дет­ское, орга­ни­зо­ван­ное шоко­лад­ной фаб­ри­кой «Рос­сия»: асфальт рас­чер­чен рисун­ка­ми, маль­чи­ки и девоч­ки при­ня­ты в раз­ные игры и фото­гра­фи­ру­ют­ся спе­ци­аль­ным обра­зом, плюс раз­да­ют­ся мел­кие шоко­лад­ки и набо­ры кон­фет. Ах! При­ят­но. Уно­си­те в сумке.

Камен­ные пара­пе­ты, широ­кие лест­ни­цы непо­сред­ствен­но под носом у Ладьи плот­но запол­не­ны сидя­щи­ми, сто­я­щи­ми, тан­цу­ю­щи­ми и ино­гда пою­щи­ми людь­ми. Отыс­ки­ва­е­те себе место, мгно­вен­но на руки пада­ет посто­рон­ний ребе­нок и пач­ка­ет вашу одеж­ду чем-то розо­вым. На ниж­ней тер­ра­се набе­реж­ной – ско­ло­че­на сце­на, по бокам – боль­шие экра­ны. На сцене появ­ля­ют­ся двое муж­чин в мат­рос­ских костю­мах, но «яблоч­ко» не испол­ня­ют, а начи­на­ют тор­же­ствен­ную речь.

Мож­но преду­га­дать ее содержание:

1. В Сама­ре самые кра­си­вые девушки;
2. В Сама­ре пив­за­вод, и его выстро­ил фон Вакано;
3. В Сама­ре шоко­лад­ная фаб­ри­ка, и она щед­ра душой;
4. В Сама­ре – набережная!
5. Вок­зал;
6. Пло­щадь Куй­бы­ше­ва очень вели­ка, на целый гек­тар боль­ше Красной;
7. Сама­ра — кос­ми­че­ский центр России;
8. Запас­ная сто­ли­ца во вре­мя войны.

Все так и про­ис­хо­дит, мат­ро­сы логич­но завер­ша­ют свой спич: «Как гово­рил древ­ний Ари­сто­тель, город – это сооб­ще­ство разных».

Древ­ний Ари­сто­тель, кра­си­во. А вот «сооб­ще­ство раз­ных» – это вер­но. В древ­но­сти часто гово­ри­ли пра­виль­ное. Чуть ниже и пра­вее две пол­ные жен­щи­ны сред­них лет тан­цу­ют без оста­нов­ки. Они дер­жат в руках воз­душ­ные шары и пля­шут на тра­ве даже без вся­кой музы­ки, даже под инфор­ма­цию о высо­те шпи­ля желез­но­до­рож­но­го вок­за­ла и пер­вом самар­ском трамвае.

Чуть выше и левее – две девуш­ки, пре­крас­ные фигу­ры, неж­ные лица, пря­мые воло­сы. На одной длин­ное фио­ле­то­вое пла­тье, вто­рая в джин­сах и май­ке выше пуп­ка. Девуш­ки без музы­ки не тан­цу­ют, а с музы­кой – тан­цу­ют, и тан­цу­ют хоро­шо. Место мат­ро­сов на сцене зани­ма­ет музы­каль­ная груп­па, зву­чит бал­кан­ская музы­ка, очень жиз­не­ра­дост­ная, скло­ня­ю­щая при­со­еди­нить­ся. На пле­че у девуш­ки в фио­ле­то­вом пла­тье сидит неболь­шая крыс­ка, темно-серая.

Хоро­шо влюб­лять­ся на дне горо­да, под­ска­зы­ва­ют вновь укре­пив­ши­е­ся на сцене мат­ро­сы, ох, как хоро­шо! Давай­те пере­счи­та­ем все влюб­лен­ные пары, под­ни­ми­те руки!

Руки под­ни­ма­ют­ся охот­но. Влюб­лен­ные пары целу­ют­ся по мат­рос­ской прось­бе, кто пишет им сце­на­рий, дума­е­те вы.

Мно­го детей вокруг, они пры­га­ют по вашим ногам, они выли­ва­ют вам на голо­ву жид­кость для мыль­ных пузы­рей, а потом рыда­ют басом в ухо, дети выма­за­ны моро­же­ным и шоко­ла­дом, они теря­ют­ся и тут же нахо­дят­ся и сно­ва теряются.

Утом­лен­ные мате­ри заго­ра­жи­ва­ют­ся тем­ны­ми очка­ми и зво­нят по теле­фо­нам, пыта­ясь пере­кри­чать вокаль­но-тан­це­валь­ный кол­лек­тив «Эква­тор», испол­ня­ю­щий попу­ляр­ную чужую пес­ню «Поло­ви­на сердца».

Пол­ные жен­щи­ны сред­них лет про­дол­жа­ют дви­же­ние, к ним при­со­еди­ня­ет­ся худой муж­чи­на с внеш­но­стью алко­го­ли­ка, он чешет пле­чо и тан­цу­ет тоже. Нетрез­вых людей мно­го; к сожа­ле­нию, пре­об­ла­да­ет свой­ствен­ный наше­му горо­ду тип опья­не­ния – агрес­сив­но-напо­ри­стый и хамоватый.

Вы два­дцать пять лет по-раз­но­му, но справ­ля­е­те дни рож­де­ния Сама­ры в мае, вы буде­те справ­лять их и в после­ду­ю­щие годы – в сен­тяб­ре, поэто­му име­е­те пра­во кри­ти­ко­вать сво­их зем­ля­ков. Посто­рон­ние – нет, они тако­го пра­ва лишены.

Девуш­ка в фио­ле­то­вом пла­тье при­гла­ша­ет к тан­цу неиз­вест­но­го юно­шу, юно­ша польщен, но отка­зы­ва­ет­ся. Гастар­бай­тер в тель­няш­ке с тос­кой смот­рит на голый живот девуш­ки в джин­сах и корот­кой майке.

Рядом со сце­ной дежу­рит КамАЗ. Вече­ре­ет. Солн­це кра­дет­ся к про­ти­во­по­лож­но­му бере­гу Вол­ги. Отку­да-то берут­ся кома­ры. Утом­лен­ные мате­ри воло­кут сопро­тив­ля­ю­щих­ся детей по домам, их место зани­ма­ют по виду сту­ден­ты, они тай­но про­нес­ли спирт­ное и весе­ло стал­ки­ва­ют алю­ми­ни­е­вые бан­ки, исхо­дя­щие оран­же­вой пеной.

Моло­дая жен­щи­на рядом обни­ма­ет сидя­ще­го на сту­пень­ке муж­чи­ну, муж­чи­на мно­го стар­ше и абсо­лют­но седой, жен­щи­на гла­дит его по голо­ве, через какое-то вре­мя они вста­ют, направ­ля­ют­ся на выход, муж­чи­на опи­ра­ет­ся на палочку.

Мимо про­хо­дят два юно­ши, их лица в первую страш­ную мину­ту кажут­ся сплошь испещ­рен­ны­ми тату­и­ров­ка­ми, но это – грим, про­сто грим. У одно­го нари­со­ва­но коша­чье лицо, у вто­ро­го – неиз­вест­но­го живот­но­го, воз­мож­но, уже вымер­ше­го. Или даже птицы.

Тем вре­ме­нем мат­ро­са­ми объ­яв­ля­ет­ся «Шоу сила­чей», шоу сила­чей при­е­ха­ло из Сара­то­ва, это муж­чи­ны атле­ти­че­ско­го сло­же­ния, чело­век десять. Их пред­став­ля­ют пооче­ред­но, про одно­го гово­рит­ся «Шрек нашей совре­мен­но­сти», вы недоумеваете.

Сила­чи про­во­дят на сцене поря­доч­но вре­ме­ни, поиг­ры­вая муску­ла­ми, сила­чи – это так тра­ди­ци­он­но, в духе моло­дец­ких улич­ных забав, силач Бам­бу­ла под­ни­ма­ет три вен­ских сту­ла и так далее.

Веду­щий при­зы­ва­ет зри­те­лей любо­вать­ся шоу и при­со­еди­нять­ся к празд­не­ству: «Все, что от вас тре­бу­ет­ся, – это мас­са энер­гии», — доволь­но сомни­тель­но фор­му­ли­ру­ет он, кто все-таки писал им сценарий?

Зри­те­ли гор­ла­нят раз­ное, две пол­ные жен­щи­ны тан­цу­ют с алко­го­ли­ком и шари­ка­ми в руках, кра­си­вые девуш­ки исчез­ли вме­сте со сво­ей крыс­кой. На боль­ших экра­нах чере­ду­ет­ся рекла­ма пиво­ва­рен­но­го заво­да «Бал­ти­ка» и кон­ди­тер­ской фаб­ри­ки «Рос­сия».

Маль­чик и девоч­ка в иден­тич­ных май­ках с раз­ны­ми поло­вин­ка­ми Котоп­са – муль­ти­пли­ка­ци­он­но­го пер­со­на­жа. Очень мило, над­пи­си на май­ках гла­сят: «It is my boyfrend», «It is my girlfrend».

Моло­дые люди в фут­боль­ных шор­тах и гет­рах пина­ют мяч, мяч при­цель­но попа­да­ет в грудь погра­нич­ни­ку, тот пада­ет. С тру­дом под­ни­ма­ет­ся, угро­жая моло­дым людям боль­ши­ми непри­ят­но­стя­ми. Судя по все­му, непри­ят­но­сти неми­ну­е­мо после­ду­ют. Погра­нич­ни­ка и фут­бо­ли­стов окру­жа­ют погра­нич­ни­ки еще, из неболь­шой тол­пы доно­сят­ся воз­буж­ден­ные крики.

«Итак, на дне рож­де­ния Сама­ры собра­лись не толь­ко ее род­ствен­ни­ки, а так­же дру­зья и сосе­ди!», — выкри­ки­ва­ет мат­рос со сце­ны, его дефи­ни­ции непо­нят­ны. Кто род­ствен­ник Сама­ры? Кто друг?

Фей­ер­вер­ка дожи­дать­ся не буде­те. Отпра­ви­тесь домой. Буде­те думать.

Рус­ский народ в его, услов­но гово­ря, интел­ли­гент­ной части не уме­ет весе­лить­ся мас­со­во. Ну там, пры­гать через кост­ры, лазать по мас­ле­нич­но­му шесту, водить на пло­ща­ди хоро­во­ды под баян.

Рус­ский народ в его интел­ли­гент­ной части пред­по­чи­та­ет соби­рать­ся под кры­ша­ми и хва­стать­ся друг перед дру­гом новы­ми наря­да­ми, любов­ни­ца­ми и собра­ни­я­ми сочинений.

На улич­ных празд­ни­ках мож­но встре­тить рус­ский народ в части про­ле­та­ри­а­та, жур­на­ли­стов, сту­ден­че­ства, работ­ни­ков пра­во­охра­ни­тель­ных орга­нов при испол­не­нии, а так­же роди­те­лей детей, кото­рых (детей) надо как-то раз­вле­кать мыль­ны­ми пузы­ря­ми и прочим.

Иде­те, сту­па­е­те по густо засы­пан­но­му бумаж­ным и про­чим мусо­ром асфаль­ту. Уж такой Сама­ра город – сколь­ко ни ставь урн, их все­гда не хватает.