Спасение утопающих

Помни­те мульт­фильм про коз­лен­ка, кото­рый умел счи­тать до деся­ти? С госу­дар­ствен­ной ста­ти­сти­кой все обсто­ит при­бли­зи­тель­но так же: пока всех посчи­та­ешь, бог весть сколь­ко раз собьешься.

По дан­ным ООН, коли­че­ство бежен­цев из Кры­ма и юго-восточ­ных обла­стей Укра­и­ны соста­ви­ло око­ло 230 тысяч чело­век, из них 100 тысяч пере­се­ли­лись в дру­гие реги­о­ны стра­ны, осталь­ные — пере­сек­ли гра­ни­цу с Рос­си­ей. Одна­ко мини­стер­ство соци­аль­ной поли­ти­ки заяв­ля­ет, что по Укра­ине рас­се­ли­лись 40 тысяч бежен­цев, а не 100. По их же дан­ным, в Киев­ской обла­сти вынуж­ден­ных пере­се­лен­цев заре­ги­стри­ро­ва­но око­ло трех тысяч; а Глав­ное управ­ле­ние Гос­санэпид­служ­бы наста­и­ва­ет, что в Кие­ве и обла­сти в кон­це июля насчи­ты­ва­лось более 12 тысяч бежен­цев — око­ло четы­рех тысяч крым­чан и при­бли­зи­тель­но восемь с поло­ви­ной тысяч жите­лей восточ­ных обла­стей. Послед­ние циф­ры при­мер­но схо­дят­ся с дан­ны­ми обще­ствен­ных организаций.

Со сто­ро­ны госу­дар­ства рабо­та­ет про­грам­ма помо­щи бежен­цам: соци­аль­ные служ­бы помо­га­ют с вос­ста­нов­ле­ни­ем доку­мен­тов для полу­че­ния пен­сий и дру­гих соц­вы­плат, мест­ные вла­сти по мере сил зани­ма­ют­ся рас­се­ле­ни­ем. Прав­да, боль­шая часть пере­се­лен­цев пред­по­чи­та­ет оста­нав­ли­вать­ся у род­ствен­ни­ков или зна­ко­мых, дале­ко не все­гда люди реги­стри­ру­ют­ся в спе­ци­аль­ных цен­трах, что­бы полу­чить ста­тус бежен­ца — отсю­да, во мно­гом, и пута­ни­ца с циф­ра­ми. Так, из более-менее реаль­ных 12 тысяч вынуж­ден­ных пере­се­лен­цев в Кие­ве и обла­сти толь­ко око­ло шести­сот вос­поль­зо­ва­лись воз­мож­но­стью жить в киев­ских сана­то­ри­ях, гости­ни­цах и обще­жи­ти­ях; осталь­ные раз­ме­ще­ны в част­ных квар­ти­рах и домах киев­лян и жите­лей Киев­ской обла­сти. И, в общем, от госу­дар­ства тра­ди­ци­он­но никто и ниче­го не ждет: при­вык­ли справ­лять­ся сами.

Неко­то­рое вре­мя назад в укра­ин­ской прес­се появи­лись сооб­ще­ния о том, что боль­шой лагерь бежен­цев рас­по­ло­жен на тер­ри­то­рии забро­шен­но­го заво­да неда­ле­ко от киев­ской стан­ции мет­ро «Выду­би­чи»: одна из мест­ных хри­сти­ан­ских общин при­юти­ла око­ло двух­сот чело­век, сре­ди кото­рых мно­го детей. Боль­шой ангар отдан под спаль­ни с двух­этаж­ны­ми нара­ми, отдель­ные бло­ки для жен­щин, муж­чин и семей­ных пар. Есть пра­чеч­ная, душе­вые, спорт­зал и даже интер­нет; поху­же с при­го­тов­ле­ни­ем еды — для это­го суще­ству­ет толь­ко поле­вая кух­ня. Питье­вую воду при­во­зят машинами. 

И в Кие­ве, и в осталь­ных обла­стях Укра­и­ны раз­вер­ну­ты граж­дан­ские ини­ци­а­ти­вы по сбо­ру и рас­пре­де­ле­нию гума­ни­тар­ной помо­щи: как обыч­ные граж­дане, так и орга­ни­за­ции, в том чис­ле бла­го­тво­ри­тель­ные, уже несколь­ко меся­цев обес­пе­чи­ва­ют бежен­цев всем необ­хо­ди­мым — от оде­ял и меди­ка­мен­тов до одеж­ды и быто­вой тех­ни­ки. Но основ­ным и самым ост­рым вопро­сом было и оста­ет­ся трудоустройство.

Крым­чане, выехав­шие с полу­ост­ро­ва, в основ­ном, еще вес­ной, надеж­ды ско­ро вер­нуть­ся домой не пита­ют и устра­и­ва­ют­ся на новых местах осно­ва­тель­но. Неко­то­рые из них пода­ют заяв­ки на полу­че­ние земель­ных участ­ков — это реши­ло бы и про­бле­му тру­до­устрой­ства, и вопрос с жильем. Дру­гие пере­ре­ги­стри­ро­ва­ли свой биз­нес на мате­ри­ке и про­дол­жа­ют рабо­тать на себя. Тре­тьи устра­и­ва­ют­ся через служ­бы заня­то­сти; по боль­шей части, там пред­ла­га­ют вакан­сии на рабо­чие спе­ци­аль­но­сти, так что люди вынуж­де­ны пере­ква­ли­фи­ци­ро­вать­ся, а вече­ра­ми порой допи­сы­вать дис­сер­та­ции «из про­шлой жиз­ни». Так или ина­че, пере­се­лен­цы из Кры­ма нача­ли жизнь с чисто­го листа.

Зако­но­мер­но по-дру­го­му обсто­ит дело с бежен­ца­ми из восточ­ных обла­стей: по мере раз­ви­тия собы­тий, в их соста­ве про­ис­хо­дит замет­ная рота­ция. Напри­мер, сей­час жите­лей Сла­вян­ска, кото­рые отпра­ви­лись вос­ста­нав­ли­вать свой город, сме­ни­ли люди из Донец­ка и Луган­ска, где обста­нов­ка наи­бо­лее нака­ле­на. Посто­ян­ной рабо­ты по про­фи­лю почти никто не ищет; муж­чи­ны нахо­дят места про­дав­цов, охран­ни­ков, идут в служ­бы так­си. Жен­щи­ны, в основ­ном, зани­ма­ют­ся непро­стым бытом, при­смат­ри­ва­ют за детьми, инва­ли­да­ми и ста­ри­ка­ми. Прак­ти­че­ски все они наде­ют­ся, что в ско­ром вре­ме­ни смо­гут вер­нуть­ся домой.

По сло­вам мини­стра соци­аль­ной поли­ти­ки Люд­ми­лы Дени­со­вой, для пере­се­лен­цев суще­ству­ет упро­щен­ная систе­ма тру­до­устрой­ства: во всех обла­стях созда­ны цен­тры помо­щи, кото­рые, в том чис­ле, заня­ты поис­ком вакан­сий для вновь при­быв­ших. Но часто люди не могут таким обра­зом най­ти рабо­ту по спе­ци­аль­но­сти, а то и вовсе пола­га­ют­ся цели­ком на свои силы и дру­зей. В соц­се­тях сплошь и рядом объ­яв­ле­ния: мест­ные ищут рабо­ту для зна­ко­мых из Луган­ска или Донец­ка. Рекла­ми­ру­ют, ска­жем, так­си­стов — «меня вез парень из Кра­ма­тор­ска, он здесь с семьей, рабо­та­ет один; номер теле­фо­на такой-то, давай­те помо­жем зака­за­ми». Помогаем.

Еще зимой на Май­дане была созда­на обще­ствен­ная орга­ни­за­ция «Центр заня­то­сти сво­бод­ных людей». Изна­чаль­но основ­ной зада­чей цен­тра было тру­до­устрой­ство граж­дан, поте­ряв­ших рабо­ту из-за сво­их поли­ти­че­ских убеж­де­ний — десят­ки исто­рий о том, как людей уволь­ня­ли за одно при­сут­ствие на Май­дане, широ­ко извест­ны, об этом даже писа­ли в прес­се. Сей­час «Сво­бод­ные люди» зани­ма­ют­ся поис­ка­ми рабо­ты для бежен­цев: око­ло шести­де­ся­ти волон­те­ров сотруд­ни­ча­ют с сот­ня­ми орга­ни­за­ций, гото­вых взять спе­ци­а­ли­стов с Восто­ка. Так­же актив­но рабо­та­ют граж­дан­ские орга­ни­за­ции «Крым SOS», «Дон­басс SOS», «Луганск SOS» — они зани­ма­ют­ся все­сто­рон­ней под­держ­кой пере­се­лен­цев из соот­вет­ству­ю­щих регионов.

Рас­ска­зы­ва­ет работ­ник одно­го из киев­ских обще­ствен­ных центров:

— Сей­час, конеч­но, непро­сто с рабо­той даже для мест­ных, тут и эко­но­ми­че­ский кри­зис, и лето — тра­ди­ци­он­ный мерт­вый сезон. На этом фоне появ­ле­ние тысяч новых людей толь­ко повы­ша­ет уро­вень без­ра­бо­ти­цы. А госу­дар­ствен­ные цен­тры заня­то­сти, в основ­ном, могут пред­ло­жить места рабо­чим, в луч­шем слу­чае — тре­бу­ют­ся сек­ре­та­ри, офис-мене­дже­ры. Мы ста­ра­ем­ся искать людям рабо­ту по спе­ци­аль­но­сти, с нор­маль­ной зар­пла­той. Мно­гие фир­мы гото­вы брать сотруд­ни­ков из бежен­цев, пото­му что это их вклад в общее дело — нор­ма­ли­за­цию обста­нов­ки в стране. Дру­гой вопрос, что боль­шин­ство при­е­хав­ших соби­ра­ют­ся при пер­вой же воз­мож­но­сти вер­нуть­ся домой — ведь у них там квар­ти­ры, хозяй­ство, часто и род­ствен­ни­ки. Поэто­му мы сра­зу пре­ду­пре­жда­ем рабо­то­да­те­лей, на какое вре­мя они могут рас­счи­ты­вать. Конеч­но, это все очень при­бли­зи­тель­но. Ино­гда полу­ча­ет­ся так, что один чело­век уволь­ня­ет­ся и уез­жа­ет на роди­ну, а мы на его место тут же подыс­ки­ва­ем сле­ду­ю­ще­го кандидата. 

Самое инте­рес­ное и при­ят­ное — вза­и­мо­по­мощь меж­ду бежен­ца­ми. Уди­ви­тель­но, когда чело­век толь­ко немно­го выби­ра­ет­ся из беды и тут же начи­на­ет помо­гать дру­гим таким же. Это ведь не толь­ко день­ги и вещи, люди разыс­ки­ва­ют жилье, бега­ют вме­сте с новень­ки­ми по гос­учре­жде­ни­ям, что­бы вос­ста­но­вить доку­мен­ты, рас­про­стра­ня­ют полез­ную инфор­ма­цию, орга­ни­зу­ют­ся. Полу­ча­ет­ся, что самые актив­ные волон­те­ры — пере­се­лен­цы. Такое вот спа­се­ние уто­па­ю­щих в его клас­си­че­ском виде.