Опыт соседей:

как Казань готовится принимать большие спортивные события

Казань – ред­кий при­мер волж­ско­го горо­да, к кото­ро­му инте­рес­нее подъ­ез­жать на поез­де, чем под­хо­дить водой. Сна­ча­ла сре­ди част­но­го сек­то­ра око­ло желез­но­до­рож­но­го полот­на встре­ча­ют безум­ные крас­ные баш­ни Хра­ма всех рели­гий. Потом вид­ны огром­ные белые дали замёрз­ших аква­то­рий Вол­ги с одной сто­ро­ны желез­но­до­рож­но­го полот­на и Казан­ки – с дру­гой. Буд­то бы пря­мо изо льда реки вырас­та­ет уди­ви­тель­ная цер­ковь Спа­са Неру­ко­твор­но­го при­чуд­ли­вой пира­ми­даль­ной фор­мы, а даль­ше откры­ва­ет­ся вид на Кремль. Зимой изда­ле­ка кажет­ся, что его белые сте­ны вылеп­ле­ны из сне­га. Когда гля­дишь на город из окна ваго­на, скла­ды­ва­ет­ся ощу­ще­ние, что мало что в этом горо­де изме­ни­лось за минув­шее деся­ти­ле­тие. Но оно обман­чи­во. Казань пере­жи­ла боль­шие строй­ки. Сна­ча­ла свя­зан­ные с празд­но­ва­ни­ем 1000-летия горо­да в 2005. Теперь она гото­вит­ся к при­ня­тию Уни­вер­си­а­ды-2013. А там не за гора­ми и чем­пи­о­нат мира по фут­бо­лу 2018 года. Вдвойне инте­рес­нее смот­реть на эти пере­ме­ны, зная, что Сама­ре тоже ско­ро пред­сто­ит стре­ми­тель­но менять­ся, гото­вясь к мундиалю…

На желез­но­до­рож­ном вок­за­ле какой-то стран­ный покой. Не вид­но без­дом­ных, не чув­ству­ет­ся, что на транс­порт­ных узлах стра­ны идёт оче­ред­ная вой­на с тер­ро­ром. Выход из зда­ния вок­за­ла охра­ня­ют бело­снеж­ные бар­сы, а не мили­ци­о­не­ры с рам­кой. На при­вок­заль­ной пло­ща­ди кто-то кри­чит: «Эй, оле­ни!» Это не нам. Кто-то таким необыч­ным обра­зом при­вет­ству­ет сво­их при­быв­ших дру­зей. Нас тоже встре­ча­ют дру­зья. Но в более тра­ди­ци­он­ной фор­ме. И мы едем смот­реть на то, как пере­ме­нил­ся город. За бор­том маши­ны ‑28. Не самая луч­шая пого­да для созер­ца­ния. Зато яркое зим­нее солн­це дела­ет Казань живописнее.

Впер­вые я ока­зал­ся в Каза­ни 9 лет назад, и при­ле­га­ю­щие к вок­за­лу рай­о­ны были похо­жи на Ста­лин­град после бом­бё­жек. Вокруг пустых глаз­ниц окон доре­во­лю­ци­он­ных домов были рас­кле­е­ны объ­яв­ле­ния об интим-услугах.

К празд­но­ва­нию 1000-летия горо­да часть этих домов снес­ли, мень­шую – вос­ста­но­ви­ли. Неко­то­рые рай­о­ны доре­во­лю­ци­он­ной Каза­ни уни­что­же­ны прак­ти­че­ски под­чи­стую. О Сукон­ной сло­бо­де напо­ми­на­ет раз­ве что назва­ние стан­ции мет­ро. И сно­сить про­дол­жа­ют. Да и вооб­ще дере­вян­ной Каза­ни прак­ти­че­ски не осталось.

Мы едем на строй­ку, раз­вер­нув­шу­ю­ся на месте быв­ших номе­ров «Бул­гар», в кото­рых жил, пожа­луй, самый люби­мый тата­ра­ми наци­о­наль­ный поэт Габ­дул­ла Тукай. Этот факт не оста­но­вил застрой­щи­ков. Под белы­ми мина­ре­та­ми мече­ти «Нурул­ла» кипит строй­ка. Ини­ци­а­то­ры сно­са обе­ща­ли зано­во выстро­ить номе­ра «Бул­гар» луч­ше преж­не­го и теперь торопятся.

Но глав­ный сим­вол ухо­дя­ще­го ста­ро­го горо­да, зна­ко­мый всем, кто когда-либо при­ез­жал сюда, это руи­ны гости­ни­цы «Казань». Они как бель­мо на гла­зу пор­тят пре­крас­ное лицо пеше­ход­ной ули­цы Бау­ма­на. Сне­сти такой памят­ник архи­тек­ту­ры в столь ожив­лён­ном месте ни у кого не под­ни­ма­ет­ся рука. Гости­ни­цу соби­ра­лись вос­ста­но­вить ещё к 1000-летию. Теперь, судя по все­му, не успе­ют даже к Уни­вер­сиа­де. Может быть, «Каза­ни» пове­зёт, и она хотя бы при­мет гостей мундиаля?..

Впро­чем, нель­зя не обра­тить вни­ма­ние и на то, как рази­тель­но отли­ча­ет­ся состо­я­ние мно­гих доре­во­лю­ци­он­ных зда­ний Каза­ни от ана­ло­гич­ных постро­ек в сосед­них реги­о­нах. Отре­ста­ври­ро­ван­ные дома по боль­шей части не выгля­дят бута­фор­ски­ми «встрой­ка­ми» в совре­мен­ные стро­е­ния. Ника­ких стек­лян­ных кубов на кры­шах, ника­ких лиш­них трёх-четы­рёх эта­жей. У мно­гих зда­ний остав­ля­ют толь­ко фаса­ды, а сами их выстра­и­ва­ют зано­во. Но луч­ше так сохра­нять лицо горо­да, чем дожи­дать­ся, когда эти дома рух­нут от вет­хо­сти, что­бы постро­ить на их месте мно­го­этаж­ные коробки.

Мы выез­жа­ем из цен­тра по мосту через Казан­ку. Транс­порт­ное сооб­ще­ние меж­ду дву­мя бере­га­ми реки – одно из самых сла­бых мест казан­ской инфра­струк­ту­ры. Казан­ка делит город на две рав­ные части. И в час пик на всех мостах через реку обра­зу­ют­ся проб­ки почти сто­лич­но­го мас­шта­ба. Неда­ром Казань недав­но офи­ци­аль­но заре­ги­стри­ро­ва­ла зва­ние «тре­тья сто­ли­ца». Мино­вав мост, мы вста­ём в ещё одной проб­ке, свя­зан­ной со стро­и­тель­ством выхо­дов из новой стан­ции мет­ро, открыв­шей­ся под Новый год. Но казан­цы отно­сят­ся к этой проб­ке снис­хо­ди­тель­но. Стан­ция «Козья сло­бо­да» как воз­дух необ­хо­ди­ма горо­ду. Ради неё мож­но и потер­петь. Несмот­ря на все финан­со­вые труд­но­сти, всё же уда­лось свя­зать два бере­га реки лини­ей мет­ро. Теперь не обя­за­тель­но сто­ять в проб­ке, что­бы попасть с пра­во­го бере­га Казан­ки в центр. Транс­порт­ная жизнь горо­да явно налаживается.

Выбрав­шись из зато­ра, едем смот­реть на стро­и­тель­ство ново­го фут­боль­но­го ста­ди­о­на. По доро­ге мину­ем ещё одно недав­нее при­об­ре­те­ние казан­ской инфра­струк­ту­ры – ледо­вый дво­рец «Тат­нефть-Аре­на». Это домаш­няя пло­щад­ка побе­ди­те­лей чем­пи­о­на­та Рос­сии по хок­кею 2009 и 2010 годов клу­ба «Ак Барс». Рань­ше ледо­вый дво­рец и ста­ди­он нахо­ди­лись пря­мо под Крем­лём. Теперь же они ста­нут цен­тром новых рай­о­нов на бере­гу Казан­ки. Дома в этой части горо­да рас­тут как грибы.

Нако­нец, прак­ти­че­ски на город­ской окра­ине, мы видим огром­ную строй­ку фут­боль­но­го ста­ди­о­на. В про­шлом году я уви­дел, как стро­ят фут­боль­ный ста­ди­он к чем­пи­о­на­ту Евро­пы в Вар­ша­ве. Чув­ству­ет­ся, что здесь раз­мах будет не мень­ший. Охран­ник сра­зу же раз­ре­ша­ет мне сфо­то­гра­фи­ро­вать пло­щад­ку, на кото­рой ведёт­ся стро­и­тель­ство. В его гла­зах вид­на гор­дость за то, что я про­яв­ляю живой инте­рес к важ­но­му делу, к кото­ро­му он чув­ству­ет себя причастным.

С одной сто­ро­ны от ста­ди­о­на сто­ит длин­ный мно­го­этаж­ный жилой дом, сте­ны кото­ро­го укра­ше­ны восточ­ным орна­мен­том. На нём бирю­зо­вые купо­ла, фор­мой напо­ми­на­ю­щие кры­ши мече­тей или восточ­ные мав­зо­леи. За ним рас­тёт 26-этаж­ное стро­е­ние, про­ект кото­ро­го чем-то напо­ми­на­ет печаль­но извест­ный «Дом на Мос­филь­мов­ской». Доволь­но акту­аль­ная сто­лич­ная архи­тек­ту­ра. Толь­ко назва­ние под­ка­ча­ло – «Синяя пти­ца». За ста­ди­о­ном, за льдом Казан­ки откры­ва­ет­ся вид на огром­ный дво­рец из крас­но­го кир­пи­ча татар­ско­го «молоч­но­го коро­ля» Ваги­за Мин­га­зо­ва. Дума­ет­ся, что, когда на ста­ди­оне нач­нут­ся игры, о нём заго­во­рят даже фут­боль­ные комментаторы. 

Наша экс­кур­сия закан­чи­ва­ет­ся в цен­тре у недав­но постро­ен­но­го Двор­ца зем­ле­дель­цев, кото­рый Арте­мий Тро­иц­кий назвал самым ужас­ным зда­ни­ем в мире. Музы­каль­ный кри­тик явно сгу­стил крас­ки. Да, Дво­рец зем­ле­дель­цев — без­вку­си­ца и китч, но в Москве я видел дома и постраш­нее. Дво­рец как бы оли­це­тво­ря­ет тос­ку быв­ше­го пре­зи­ден­та Татар­ста­на, вырос­ше­го в деревне, а потом нема­ло повли­яв­ше­го на облик совре­мен­ной Каза­ни, по далё­кой куль­тур­ной Евро­пе. И пусть это виде­ние доволь­но свое­об­раз­но, но факт оста­ёт­ся фак­том: Казань — город с восточ­ным коло­ри­том, кото­рый при­об­ре­та­ет евро­пей­ский облик куда более быст­ры­ми тем­па­ми, чем боль­шин­ство дру­гих рос­сий­ских круп­ных городов.

Казань нема­ло настра­да­лась от пере­крой­ки соб­ствен­ной исто­ри­че­ской тка­ни, бес­ко­неч­ных рекон­струк­ций и стро­и­тель­ства новых объ­ек­тов в её жиз­нен­но важ­ных точ­ках. Настра­да­лась ещё перед празд­но­ва­ни­ем 1000-летия. Теперь стра­да­ет перед Уни­вер­си­а­дой. Зато мун­ди­аль она при­мет во все­ору­жии. Сама­ре же ещё толь­ко пред­сто­ят гло­баль­ные строй­ки и пере­ме­ны. Наде­ем­ся, мы пере­жи­вём их сто­и­че­ски, с мини­маль­ны­ми поте­ря­ми. Нам есть на чьих ошиб­ках учиться.