Майкл, хороший работник

Как мы позна­ко­ми­лись с Май­к­лом: он позво­нил в мою дверь. Точ­нее, в домо­фон. Не хоте­лось бы обоб­щать, но сей­час вре­мя трень­ка­ю­щих домо­фо­нов, а не откры­тых две­рей. Так вот, Май­кл появил­ся осен­ним утром око­ло вось­ми часов и про­кри­чал в домофон:

– Здрав­ствуй­те! Открой­те, пожа­луй­ста, я Май­кл, ваш курьер!

– Да? – спро­си­ла я, то есть сна­ча­ла я спа­ла, потом в ужа­се просну­лась от завы­ва­ния домо­фо­на, потом сполз­ла с кро­ва­ти, потом как из огня сорва­ла труб­ку и уже туда говорила:

– Да?

Кот сто­нал рядом и тре­бо­ва­ла еды. Соби­рал­ся упасть в обмо­рок от голода.

– Я вот пере­го­во­рить хочу, – ска­зал Май­кл, – вы отка­за­лись от наших услуг и або­нент­ско­го обслу­жи­ва­ния, а зря. Я при­шел убе­дить вас, что вы были непра­вы. Открой­те, пожа­луй­ста, дверь.

Так он попро­сил, вполне веж­ли­во. А чего он тащит­ся имен­но ко мне – а пото­му что дого­вор с ними заклю­ча­ла я, на уста­нов­ку две­ри, изна­чаль­но, ров­но мил­ли­он лет назад, но кого это волнует.

– Пони­ма­е­те, – ска­за­ла я, – это жиль­цы общим собра­ни­ем поста­но­ви­ли, что не хотят або­нент­ско­го обслуживания.

Кот тол­кал меня лбом и ярост­но орал. Он не пони­ма­ет, когда люди уже просну­лись, а он ещё не кормлен.

– Да я понял, – ска­зал Май­кл, – жиль­цы. Но пого­во­рить-то мы можем?

– Смыс­ла нет, – ска­за­ла я, обе­щая коту немед­лен­но отпу­стить пищи.

– Ну хоро­шо, – оби­дел­ся Май­кл. И вро­де бы ушел. Но вер­нул­ся. Через при­мер­но час. Где-то бро­дил? Гулял по набе­реж­ной? Шур­шал жел­ты­ми листья­ми? Совер­шал заплы­вы? Обхо­дил все окрест­ные дома с домо­фо­на­ми? Куда сту­па­ла его натру­жен­ная сту­па курьера?

– Здрав­ствуй­те! – вновь поздо­ро­вал­ся он, – это Май­кл, ваш курьер. Забыл пред­ло­жить. У нас сей­час акция. Уста­но­вив­шим домо­фон Визит-РГДН-205–3‑Ф – год бес­плат­но­го обслу­жи­ва­ния. Год!

– Так у нас есть домо­фон. Вы в него раз­го­ва­ри­ва­ет сей­час, – напом­ни­ла я.

– Поду­ма­ешь, ерун­да какая, – успо­ко­ил меня Май­кл, – этот демон­ти­ру­ем. Новый поста­вим. Я под­счи­тал, у вас с квар­ти­ры при­мер­но по три тыся­чи руб­лей полу­чит­ся. Или чуть боль­ше. Ну, это в зави­си­мо­сти от. Берете?

– Зна­е­те, что? – ска­за­ла я, – давай­те, я пред­ло­жу жиль­цам. Уж как они сами. А вы мне позво­ни­те. Потом. Хотя это стран­но, конеч­но, менять домо­фо­ны друг на друга.

– Или нет! – пере­бил меня курьер, – или мы вам дверь заме­ним! Цели­ком! Доро­же, конеч­но, полу­чит­ся, но уж брать так брать!

Май­кл помол­чал и сла­до­страст­но добавил:

– Намно­го доро­же. – И сно­ва замол­чал, буд­то выдохся.

Тут мне ста­ло неудоб­но, что он обре­та­ет­ся на ули­це и почти под дождем, откры­ла неза­ме­нен­ную пока дверь, курьер немед­лен­но под­нял­ся. Невы­со­кий худо­ща­вый муж­чи­на сред­них лет, в полу­паль­то цве­та чай­ной розы и высо­ких ботин­ках со шну­ров­кой. Осмот­рел меня в сви­те­ре и пле­ши­вых спор­тив­ных шта­нах. Кота рядом. Кот опять был голо­ден. Май­кл нахму­рил­ся. Не одоб­рил. Навер­ное, к мое­му голо­су он при­ло­жил кар­тин­ку из домох­зяй­ки 50‑х на шпиль­ках с пом­по­на­ми, стиль пин-ап.

– Дверь новую! – повто­рил как-то без­на­деж­но, – отлич­ную. Почти бро­ни­ро­ван­ную. Как авто­мо­биль губер­на­то­ра. Все будет.

– Вы мне дай­те свои пред­ло­же­ния в каком-нибудь пись­мен­ном виде, – при­ду­ма­ла я, – что­бы озна­ко­мить жиль­цов. Пото­му что ина­че-то никак. И насчет губер­на­то­ра не забудь­те. Мои сосе­ди любят оста­вать­ся с ним на связи.

– Нет, – совсем погруст­нел Май­кл, – нет. Я так не могу. Что­бы в пись­мен­ном про губер­на­то­ра. Для меня глав­ное – это кон­такт. Вот я сей­час посмот­рел и понял, что вы ничем из мое­го ассор­ти­мен­та не заин­те­ре­су­е­тесь. К сожа­ле­нию. Мож­но я хоть позво­ню от вас? А то у меня мобиль­ник раз­ря­дил­ся. При­чем два сразу.

Он зачем-то достал из кар­ма­на две чер­ные труб­ки, обхва­тил пра­вой рукой и немно­го пома­хал ими вдоль тела, буд­то свя­щен­но­слу­жи­тель кадилом.

Вынес­ла теле­фон. Май­кл энер­гич­но подви­гал кожей на лбу. Набрал номер. Сра­зу стал кричать:

– Танеч­ка! Танеч­ка! Не жди меня! Не жди! Да! Да! Да, да. И зав­тра тоже!

Потом набрал сле­ду­ю­щий номер, тоже длин­ный, и тоже наизусть. Сно­ва покричал:

– Мусень­ка! Мару­сень­ка моя! Я буду в восемь! Девоч­ка моя!

Улыб­нул­ся с каким-то облег­че­ни­ем. Побла­го­да­рил. Попро­щал­ся. Спу­стил­ся неболь­ши­ми, мет­ки­ми прыж­ка­ми. Май­кл, курьер домо­фон­ной ком­па­нии, хоро­ший работ­ник. Мне ста­ло жаль, что я так мало о нем узна­ла. Но основ­ной мес­сидж, про­сти­те мне это нику­дыш­ное слов­цо, счи­ты­вал­ся сра­зу: Май­кл, как и все мы, хочет жить и рабо­тать, видан­ное ли дело.