Танин день

Тот день, когда он дол­жен был при­е­хать, выпа­дал на пят­ни­цу, а в чет­верг вече­ром у Тани раз­бо­лел­ся живот. Она удив­лен­но отме­ти­ла недо­мо­га­ние, при­вык­ла чув­ство­вать себя хоро­шо, и выпи­ла две таб­лет­ки но-шпы, кото­рые заня­ла у сосед­ки. В доме не нашлось ни одной под­хо­дя­щей таб­лет­ки, вот и гор­дись после это­го отмен­ным здо­ро­вьем, вор­ча­ла Таня. Одной рукой она нали­ва­ла воды из чай­ни­ка, а дру­гую плот­но при­жи­ма­ла к пуп­ку, так надежнее.

Мимо про­шел Саша, в чер­ных узких джин­сах и боси­ком. На его пле­че сине­ла тату­и­ров­ка, когда-то Саша нанес её, потом в тату­и­ров­ке разо­ча­ро­вал­ся, пытал­ся изба­вить­ся, изба­вить­ся окон­ча­тель­но не полу­чи­лось, и теперь вме­сто кра­са­ви­цы-русал­ки на его коже раз­ме­ща­лось нечто, напо­ми­на­ю­щее силу­этом уни­таз-ком­пакт. Сашу этот факт силь­но раз­дра­жал. Таню тоже, но при­чи­ны раз­ни­лись: дело в том, что когда-то она вышла замуж за Сашу, потом в бра­ке разо­ча­ро­ва­лась, пыта­лась изба­вить­ся, изба­вить­ся окон­ча­тель­но не полу­чи­лось, и теперь вме­сто сою­за двух сер­дец в ее квар­ти­ре раз­ме­ща­лось нечто, напо­ми­на­ю­щее по сути унитаз-компакт.

- Тань­ка, — ска­зал Саша.
— Да, — ска­за­ла Таня, проглотив.
— Мы ужи­нать будем? – спро­сил Саша.
— Кот­ле­ты на ско­во­ро­де, — ска­за­ла Таня.

Живот болел силь­нее. По шка­ле от одно­го до деся­ти она выста­ви­ла бы интен­сив­но­сти боли оцен­ку – семь. Иди восемь. Высо­кую. Чуть согнув­шись, она попле­лась к кро­ва­ти, при­хва­тив по пути тазик. В тази­ке она ино­гда сти­ра­ла что-то вруч­ную, напри­мер, Сашин сви­тер из каше­ми­ра или шел­ко­вое чер­ное пла­тье — свое. Сей­час она подо­зре­ва­ла у себя тош­но­ту, а тази­ки неза­ме­ни­мы при тош­но­те. Лег­ла, чуть све­сив голо­ву вниз и под­ло­жив уже обе руки под живот. Вро­де бы ста­ло лег­че. Опять семь бал­лов. Поло­жи­тель­ная дина­ми­ка, поду­ма­ла Таня радост­но, и ста­ла меч­тать, как уви­дит зав­тра одно­го человека.

Он при­ле­тит око­ло полу­дня, встре­тят­ся они в четы­ре, и будут вме­сте до девя­ти, и на сле­ду­ю­щий день тоже, а еще через неде­лю они ска­жут опре­де­лен­ным людям пра­виль­ные сло­ва, и сло­ва будут настоль­ко пра­виль­ны­ми, что нико­го не оби­дят. И совер­шен­но непо­нят­но, как она про­жи­ла без него два меся­ца, как не свих­ну­лась, а может быть, и свих­ну­лась слег­ка, ведь выре­за­ла же она соб­ствен­но­руч­но на внут­рен­ней сто­роне бед­ра первую бук­ву его име­ни, выре­за­ла малень­ким лез­ви­ем для педи­кюр­но­го ста­ноч­ка, и как хоро­шо, что боль­ше не надо еже­днев­но уве­ли­чи­вать кон­ту­ры этой бук­вы и на серд­це тоже.

Дале­ко на кухне про­зво­нил ее телефон.

- Тань­ка! – закри­чал Саша, — тебе какой-то Про­хо­ди­мец зво­нит. Что блин за имя?

Таня пере­ста­ла дышать. Весь при­ступ боли она хоро­шо и глу­бо­ко дыша­ла, это отвле­ка­ло и дава­ло ощу­ще­ние кон­тро­ля над ситу­а­ци­ей, но Про­хо­ди­мец – это услов­ное обо­зна­че­ние того само­го чело­ве­ка, что при­е­дет зав­тра. Его фами­лия риф­мо­ва­лась, ниче­го лич­но­го, и зво­нить он никак не мог — в вечер­нее вре­мя, в гущу Тани­ной семей­ной жизни.

Таня вско­чи­ла, не раз­мы­кая объ­я­тий вокруг соб­ствен­но­го живо­та, по воз­мож­но­сти быст­ро про­бе­жа­ла на кух­ню, тазик отле­тел и пере­вер­нул­ся — удач­но, что был пуст. Таня отве­ти­ла на зво­нок, дро­жа и заи­ка­ясь от страха:

- Д‑да?!

Сна­ча­ла отве­та не было. Потом ей пока­за­лось, она раз­го­ва­ри­ва­ет с Тем све­том, так далек и бес­те­ле­сен был голос в трубке:

- Таня, при­вет. Про­сти, пожа­луй­ста, что бес­по­кою тебя, но я зав­тра не при­еду. Тут такая ситу­а­ция. У жены вро­де бы был при­ступ аппен­ди­ци­та, но ока­за­лось – вовсе не аппен­ди­ци­та, и пока неяс­но – что. Живот, в общем, невы­но­си­мо как-то болел, отвез ее в хирур­гию. Сей­час все вро­де бы непло­хо, но при­дет­ся с ней остать­ся. Ты про­сти. Ты пой­ми. Ты ведь всё понимаешь?

И он разъ­еди­нил­ся, нажал на крас­ный теле­фон­чик у себя там, Таня выпря­ми­лась у себя здесь, и ниче­го не боле­ло. Она всё пони­ма­ла, и это, пожа­луй, было самое плохое.

- Саша, — ска­за­ла она, — а не хлоп­нуть ли нам по рюмашке.

Саша рас­сме­ял­ся. Он знал, что это из како­го-то весе­ло­го филь­ма, но не был уве­рен, какая имен­но репли­ка долж­на сле­до­вать в ответ.

Худож­ник Евге­ния Гапчинская

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.