Удивительное рядом

Вче­ра по пути за про­дук­та­ми слу­ша­ла в авто­мо­би­ле радио. Сна­ча­ла радио пело пес­ни, потом пере­да­ло сиг­на­лы точ­но­го вре­ме­ни, потом заго­во­ри­ло дик­тор­ски­ми голо­са­ми и рас­ска­за­ло неве­ро­ят­ное. В Перм­ской обла­сти испек­ли самый круп­ный в мире чер­нич­ный пирог, на кото­рый пошло пять­сот шест­на­дцать яиц, а у англий­ской девуш­ки англий­ские вра­чи обна­ру­жи­ли аллер­гию на воду.

Не исклю­че­но, что радио назы­ва­ло девуш­ку «бри­тан­ской» и вра­чей, соот­вет­ствен­но, тоже. Про­жи­вая боль­шую часть жизнь вда­ли от Вели­ко­бри­та­нии, неиз­мен­но назы­ва­ешь ее Англи­ей, что невер­но с точ­ки зре­ния геополитики.

Чер­нич­ный пирог в Перм­ской обла­сти немед­лен­но съе­ли, а с девуш­кой все доволь­но туман­но: когда при­ни­ма­ет душ, то нано­сит на все тело спе­ци­аль­ные сред­ства, оче­вид­но — анти­ги­ста­мин­ные. В авто­мо­би­ле мы нахо­ди­лись с мужем и доче­рью, я спро­си­ла их в лег­ком недоумении:

- Или чело­век состо­ит на семь­де­сят про­цен­тов из воды, или я не пом­ню курс природоведения.

- Не без это­го, — согла­си­лись родственники.

Потом мы еха­ли обрат­но, и серд­це мое было с аллер­ги­че­ской девуш­кой. Вот это и назы­ва­ет­ся — не везет, дума­ла я, когда бри­тан­ские вра­чи диа­гно­сти­ру­ют у тебя аллер­гию на воду, кото­рой в тебе из деся­ти моле­кул — семь. Хуже это­го может быть толь­ко обна­ру­жен­ная бри­тан­ски­ми вра­ча­ми аллер­гия на воз­дух, хотя если ее обна­ру­жат рос­сий­ские спе­ци­а­ли­сты, то это отнюдь не испра­вит положения.

И я вспом­ни­ла исто­рию, очень стран­ную, я бы ска­за­ла: смеш­ную, но это слиш­ком жесто­ко. Пусть будет стран­ная. Рабо­та­ла я как-то в реклам­ном агент­стве, и при­бли­жа­лись име­ни­ны гене­раль­но­го дирек­то­ра. При­чем не про­сто име­ни­ны, а юби­лей. И к это­му все гото­ви­лись по мере воз­мож­но­стей, но не буду отхо­дить от сюжет­но­го стерж­ня. Мы с кол­ле­га­ми дол­го обсуж­да­ли, что будет умест­но вру­чить руко­во­ди­те­лю, и оста­но­ви­лись на огром­ной кор­зине с цве­та­ми. Уже не пом­ню поче­му. Любил ли руко­во­ди­тель цве­ты? Меч­тал ли об огром­ной кор­зине, запол­нен­ной раз­но­об­раз­ны­ми рас­те­ни­я­ми и бле­стя­щи­ми бан­та­ми? Не знаю, но заказ мы офор­ми­ли, езди­ли в какие-то теп­ли­цы и оран­же­реи за горо­дом, там было непри­ят­но теп­ло, пах­ло мок­рой зем­лей и шны­ря­ли полу­го­лые кра­са­ви­цы восточ­но­го типа, но име­лась служ­ба доставки.

И вот в назна­чен­ный день все бук­валь­но ни мину­ты не рабо­та­ли, а тол­пи­лись в раз­ных местах офи­са, ожи­дая достав­ки подар­ка. Мы соби­ра­лись тор­же­ствен­но вру­чить его, с шут­ка­ми и при­ба­ут­ка­ми. Шут­ки и при­ба­ут­ки были отре­пе­ти­ро­ва­ны, жен­ские голо­вы при­че­са­ны, муж­ские пле­чи рас­прав­ле­ны, чул­ки под­тя­ну­ты, ботин­ки начи­ще­ны — мож­но начинать.

И при­шел курьер. Курье­ром ока­зал­ся маль­чик лет восем­на­дца­ти, очень худой. На нем был тре­ни­ро­воч­ный костюм, кожа­ная курт­ка-косу­ха, вяза­ная шапоч­ка и кеды совет­ско­го образ­ца. Маль­чик изве­стил о сво­ем появ­ле­нии бес­пре­рыв­ным чиха­ньем. Оно слы­ша­лось за несколь­ко лест­нич­ных про­ле­тов. Когда маль­чик достиг нуж­но­го эта­жа (чет­вер­то­го), он чих­нул раз трид­цать-трид­цать пять. Это было эффект­но. Мы, взвол­но­ван­ные сотруд­ни­ки, сгруп­пи­ро­ва­лись на пло­щад­ке и нерв­но сме­я­лись. Навер­ное, все же не были вполне уве­ре­ны в жела­нии руко­во­ди­те­ля овла­деть огром­ной цве­точ­ной кор­зи­ной, уви­той лентами.

И вот маль­чик, курьер. Воз­ник перед нами и меж­ду дву­мя чиха­ми про­тя­нул для под­пи­си какие-то бума­ги. Руки его дро­жа­ли. Из-под шапоч­ки тор­ча­ли бед­ные воло­сы. Глав­ный бух­гал­тер при­выч­но нача­ла рас­пи­сы­вать­ся во всех ука­зан­ных местах, курьер смор­кал­ся в истер­зан­ный беле­сый пла­ток и чихал снова.

- Про­сту­да? — сочув­ствен­но спро­си­ла одна из реклам­ных агентш, очень красивая.

- Нет, — высморк­нул­ся курьер, — аллергия.

- Да неуже­ли, — ахну­ла кра­си­вая девоч­ка, — у моей мамы тоже очень-очень силь­ная аллер­гия. На мед. Или на пчел. Или на воск в сотах. В общем, ей ниче­го-ниче­го нель­зя из это­го. Послед­ний при­ступ был неве­ро­ят­но тяже­лым. Она про­сто поси­не­ла! А потом покрас­не­ла. А потом…

- Ага, — не дослу­шал курьер, — а у меня на пыль­цу растений.

- А чего же ты в цве­точ­ном мага­зине-то рабо­та­ешь, сер­деч­ный? — цинич­но поин­те­ре­со­вал­ся один из ком­пью­тер­ных дизайнеров.

- А где ж еще рабо­тать? — уди­вил­ся курьер, ути­рая сле­зя­щи­е­ся глаза.

- Да где угод­но, — один из ком­пью­тер­ных дизай­не­ров вальяж­но заку­рил и при­щу­рил­ся бла­жен­но, — курье­ром в любом дру­гом месте. Раз­нос­чи­ком пиц­цы, например.

- Я как-то не думал, — при­знал­ся курьер, — что мож­но перей­ти на достав­ку пиццы.

Пока­чал голо­вой оше­лом­лен­но. Забрал свои кви­тан­ции и ушел в глу­бо­кой задум­чи­во­сти. Мы потом дол­го в кол­лек­ти­ве обсуж­да­ли, что это был не про­сто курьер, а герой насто­я­щей прит­чи, воз­мож­но – китай­ской. С тон­ко выве­ден­ной мора­лью о том, что вот люди под­час не видят оче­вид­ных вещей и им тре­бу­ет­ся незна­чи­тель­ная под­сказ­ка, дру­же­ский совет, синень­кий ука­за­тель на вер­ную доро­гу. И тогда все у них пой­дет по-ново­му, хоро­шо и бод­ро. Тон­ко выве­ден­ную мораль немно­го омра­чил тот факт, что маль­чик так и про­дол­жал тру­дить­ся курье­ром в цве­точ­ном мага­зине, чихая и смор­ка­ясь (виде­ли его там), и на вер­ную доро­гу так и не ступил.

А у бри­тан­ской девуш­ки и аль­тер­на­ти­вы-то нет, если разо­брать­ся. Сидит, бед­ная, избе­га­ет вся­че­ски воды. Даже не хочу думать, как у нее про­хо­дит тра­ди­ци­он­ное пяти­ча­со­вое чаепитие.