МИНИСТР СОВРЕМЕННОЙ КУЛЬТУРЫ

Так назвал Мара­та Гель­ма­на поэт и теле­ве­ду­щий Сер­гей Лей­б­град. Зна­ме­ни­то­го гале­ри­ста Сама­ра жда­ла дол­го. Даже слиш­ком дол­го. Гель­ман при­е­хал рас­ска­зать о нашу­мев­шем пре­зи­дент­ским про­ек­те «Куль­тур­ный аль­янс», посе­тил меро­при­я­тия, про­хо­дя­щие под эги­дой про­ек­та, попа­рил­ся (судя по твит­те­ру) в бане, а так­же пооб­щал­ся с самар­ски­ми цени­те­ля­ми совре­мен­но­го искус­ства. Модер­ни­за­ция куль­ту­ры, раз­ру­ше­ние мифа о том, что актив­ная и насы­щен­ная куль­тур­ная жизнь воз­мож­на толь­ко в сто­ли­це – два основ­ных пунк­та, на кото­рые сде­лал акцент глав­ный искус­ство­вед страны.

Гель­ман про­был в Сама­ре 2 дня. Вальяж­ный борец с «тер­ри­то­ри­аль­ной депрес­си­ей» посред­ством искус­ства посе­тил выстав­ку тольят­тин­ско­го худож­ни­ка Миха­и­ла Лези­на, на кото­рой впер­вые пред­стал перед обще­ствен­но­стью и сто­и­че­ски выдер­жал обще­ние с мало­чис­лен­ны­ми пред­ста­ви­те­ля­ми самар­ской арт- диас­по­ры. Судя по коли­че­ству при­шед­ших на откры­тие выстав­ки (а их было, к сожа­ле­нию, не так мно­го), опа­се­ния кри­ти­ка Ека­те­ри­ны Деготь оправ­да­лись: совре­мен­ное искус­ство – язык настоль­ко эзо­те­ри­че­ский, настоль­ко непо­нят­ный и стран­ный, что гово­рить о мас­со­во­сти явле­ния contemporary art в реги­о­нах пока рановато. 

После того как Марат поки­нул зда­ние «Арт-про­па­ган­ды», быв­ший полит­тех­но­лог напра­вил­ся на сов­мест­ный кон­церт двух луч­ших самар­ских групп «BAJINDA BEHIND THE ENEMY LINES» и «Cheese People» в ноч­ной клуб «Звез­да», про­хо­дя­щий под эги­дой «Куль­тур­но­го аль­ян­са». На кон­цер­те гос­по­дин Гель­ман опу­стил­ся на диван в мяг­кой зоне и прак­ти­че­ски не вста­вал с него на про­тя­же­нии все­го кон­цер­та. Когда высту­па­ла одна из его люби­мых групп «Cheese People», он что-то без оста­нов­ки писал на сво­ем белом Ipad 2, лишь изред­ка кивая голо­вой в такт музыке.

На сле­ду­ю­щее утро Марат Гель­ман про­гу­лял­ся по худо­же­ствен­но­му музею и к 4‑ем часам дня напра­вил­ся на встре­чу со сво­и­ми слу­ша­те­ля­ми в «Арт-про­па­ган­ду». Ситу­а­ция с коли­че­ством при­шед­ших посмот­реть на луч­ше­го в стране мене­дже­ра в сфе­ре куль­ту­ры, при­ят­но уди­ви­ла. На встре­чу при­шло боль­ше 100 чело­век. Гале­рист без оста­нов­ки кру­тил в руках пач­ку лег­ко­го «Пар­ла­мен­та», ред­ко злил­ся на глу­пые вопро­сы и даже пару раз отчи­тал вла­дель­цев сото­вых теле­фо­нов, кото­рые забы­ли отклю­чить звук на сво­их аппа­ра­тах. Гель­ман негром­ко рас­ска­зал самар­цам о ситу­а­ции с contemporary art в стране, а так­же пове­дал о том, что совре­мен­ное искус­ство не явля­ет­ся осо­бой непо­нят­ной сфе­рой, типа кван­то­вой физи­ки или выс­шей математики.

«Куль­тур­ный аль­янс» – насто­я­щая «отте­пель» для Сама­ры. Без­услов­но, такой «враг» как цен­зу­ра, вос­при­ни­ма­е­мый, по сло­вам уже упо­мя­ну­той Ека­те­ри­ны Деготь, «как некий акт внеш­не­го наси­лия», еще не повер­жен. Но поло­жи­тель­ная симп­то­ма­ти­ка нали­цо – мы видим явный пози­тив­ный жест со сто­ро­ны госу­дар­ства. Пре­зи­дент Рос­сий­ской Феде­ра­ции, воору­жен­ный Ipad, вне­зап­но заяв­ля­ет: «совре­мен­ное искус­ство – совре­мен­ные моз­ги». 11 нояб­ря в Пер­ми стар­ту­ет Пер­вый Все­рос­сий­ский форум «Куль­тур­ный Аль­янс», на кото­рый отправ­ля­ет­ся целая деле­га­ция самар­ских куль­тур­ных дея­те­лей. Форум пла­ни­ру­ет посе­тить Дмит­рий Ана­то­лье­вич Мед­ве­дев. О чем это гово­рит? Вполне воз­мож­но, что ско­ро мы ста­нем сви­де­те­ля­ми рево­лю­ции дале­ко не локаль­но­го уров­ня. Пока област­ное мини­стер­ство куль­ту­ры видит в фигу­ре Гель­ма­на вра­га, авто­кра­ти­че­ская власть зазуб­ри­ла сло­во модер­ни­за­ция и к куль­тур­ным инно­ва­ци­ям отно­сит­ся с боль­шой сим­па­ти­ей. Спе­ци­аль­ный про­ект для Сама­ры – малень­кая тай­на, кото­рую Марат Алек­сан­дро­вич пока решил не раскрывать.

«Мы бы хоте­ли сде­лать так, что­бы Сама­ра для «Куль­тур­но­го аль­ян­са» ста­ла клю­че­вым горо­дом. Про­ект, кото­рый мы будем делать для горо­да, даже не рос­сий­ско­го мас­шта­ба. Ско­рее миро­во­го. Будем ста­рать­ся. Вооб­ще, у нас в стране все очень слож­но. Мало, что заду­ма­но, дей­стви­тель­но рабо­та­ет. Когда ты пред­ла­га­ешь услов­но­му губер­на­то­ру инстру­мент, кото­рый дей­стви­тель­но помо­жет ему решить его зада­чи, согла­си­тесь, что ни один вме­ня­е­мый чело­век от тако­го инстру­мен­та не отка­жет­ся. Имен­но так и надо общать­ся с орга­на­ми вла­сти – гово­рить о том, как мы будем решать их зада­чи. По-дру­го­му ниче­го не полу­чит­ся. Для реги­о­нов искус­ство бес­цен­но. Но боль­шая про­бле­ма в том, что вся наша сре­да – не для жиз­ни. В совет­ское вре­мя это мало кого инте­ре­со­ва­ло. Есть место рабо­ты, а есть част­ное про­стран­ство. Част­ное про­стран­ство ты обу­стра­и­ва­ешь, как хочешь. Все осталь­ное – не адап­ти­ро­ва­но для нор­маль­но­го суще­ство­ва­ния. Вла­стям необ­хо­ди­мо это объ­яс­нить – город, в кото­ром мы живем, был создан для дру­гой жиз­ни. Пере­при­спо­соб­ле­ние, если мож­но так ска­зать, тер­ри­то­рии для дру­гой жиз­ни – важ­ней­шая зада­ча. Если ее не решить, то жите­ли из это­го горо­да про­сто эми­гри­ру­ют в дру­гое место. Это тоже необ­хо­ди­мо объ­яс­нить власт­ным струк­ту­рам. Но, без­услов­но, вза­и­мо­дей­ствие с вла­стью – это все­гда боль­шой риск. Сей­час при­ве­ду при­мер. Допу­стим, на ули­це голо­лед. Садить­ся за руль – опас­но. Неко­то­рые люди остав­ля­ют маши­ну и доби­ра­ют­ся до рабо­ты сво­им ходом. Неко­то­рые же сбав­ля­ют ско­рость и все рав­но едут. Я с 95 года вза­и­мо­дей­ствую с вла­стью. Это очень слож­но. Без­услов­но, надо быть все­гда на сто­ро­же. Необ­хо­ди­мо посто­ян­но чув­ство­вать пря­мую угро­зу. Но это вопрос тех­ни­ки. Люди искус­ства, с кото­ры­ми я рабо­таю, нико­гда не попа­да­ли в ситу­а­ции, за кото­рые мне и им было бы нелов­ко. Мы ездим по обле­де­не­лым и скольз­ким доро­гам вза­и­мо­от­но­ше­ний с вла­стью. Неко­то­рые пред­по­чи­та­ют мет­ро, но это явно не про меня».