Борис Грачевский: мы живем в ситуации сплошного перекоса в глупость

Осно­ва­тель и бес­смен­ный худо­же­ствен­ный руко­во­ди­тель дет­ско­го юмо­ри­сти­че­ско­го кино­жур­на­ла «Ера­лаш» Борис Гра­чев­ский при­ез­жал в Сама­ру с твор­че­ским вече­ром, пово­дом для кото­ро­го стал гря­ду­щий соро­ка­лет­ний юби­лей кино­жур­на­ла. С мэтром бесе­до­вал Илья Поляков.

- Что гото­ви­те к юбилею?

- В этом году у меня само­го нечто вро­де как полу­ю­би­лей – 65 лет, но несмот­ря на пре­клон­ный воз­раст, я в хоро­шем настро­е­нии и в ожи­да­нии чего-то при­ят­но­го, мило­го, доб­ро­го. Я наде­юсь, что вес­ной я все-таки запу­щусь с пол­но­мет­раж­ной кар­ти­ной. А воз­мож­но эта лен­та в ито­ге полу­чит­ся четырь­мя сери­я­ми, но я пока не решил – и буду сни­мать и так, и так. Фильм я заду­мал еще 10 лет назад, дол­го шел к нему, для меня это важ­ная тема. Там будет любов­ная исто­рия — чистая, красивая.

- Если пред­ста­вить «Ера­лаш» в чело­ве­че­ском обли­чии, эда­ким муж­чи­ной на поро­ге соро­ка­ле­тия, нет ли сожа­ле­ний об ушед­шей юности?

- Точ­но нет. Пото­му что «Ера­лаш», как и я, остал­ся две­на­дца­ти­лет­ним паца­ном. Во мне, в этом смор­щен­ном дядь­ке, кото­ро­му ско­ро стук­нет шесть­де­сят пять лет, все рав­но внут­ри сидит еще маль­чиш­ка. Кото­рый обо­жа­ет посме­ять­ся, кото­рый сбе­жал из шко­лы и от это­го кай­фу­ет и бал­де­ет. Он все зна­ет и все пони­ма­ет – и это мой глав­ный совет­чик в том, что и когда нуж­но для «Ера­ла­ша».

- Мож­но ска­зать, что «Ера­лаш» — это опре­де­лен­ное мировоззрение?

- Конеч­но, у нас есть фило­со­фия, и мы ее пря­чем. Она завер­ну­та в инте­рес­ные и яркие бумаж­ки, ино­гда про­стей­шие, ино­гда кажу­щи­е­ся откро­вен­но цир­ко­вы­ми и бала­ган­ны­ми – и кажет­ся что там, под упа­ков­кой боль­ше ниче­го нет. Но тон­кие и вни­ма­тель­ные люди видят, что мы все вре­мя посы­ла­ем какие-то сиг­на­лы чело­ве­че­ству и зри­те­лям. И вот эти посла­ния, кото­рые мы остав­ля­ем по углам сюже­тов – они для меня очень важ­ны, осо­бен­но когда уда­ет­ся уйти от анек­до­та в прит­чу, то я счастлив. 

- В рабо­те с детьми вы навер­ня­ка стал­ки­ва­е­тесь и с дет­ски­ми обидами?

- Ну, конеч­но, ведь это жизнь. Но ребе­нок может и надуть­ся от того, что не смог допрыг­нуть до какой-то там сту­пень­ки на съем­ках. Взять и оби­деть­ся на нас, взрос­лых, раз­вер­нуть­ся и уйти. Как буд­то мы пры­га­ем вме­сто него! Тут глав­ное отно­сит­ся ко все­му спо­кой­но. Я все­гда повто­ряю: будь­те любез­ны, ува­жай­те инте­ре­сы ребен­ка. Но не давай­те ему садить­ся на шею. Пото­му что как толь­ко он видит воз­мож­ность, то сра­зу запры­ги­ва­ет туда и све­ши­ва­ет нож­ки. Это же стад­ное чув­ство, ребе­нок мгно­вен­но пере­хва­ты­ва­ет ини­ци­а­ти­ву и… ста­но­вит­ся вожа­ком стаи. А вожа­ком он пока по воз­рас­ту не име­ет пра­ва быть! Но… у ребен­ка есть свои инте­ре­сы, и их надо уважать. 

- Какой послед­ний фильм, кото­рый вам понра­вил­ся как зрителю?

- «Гео­граф гло­бус про­пил». Очень хоро­шая кар­ти­на, на тему, как когда-то гово­ри­ли, «лиш­них людей». Мне кажет­ся, фильм полу­чил­ся на уровне лен­ты «Поле­ты во сне и наяву». К тому же мне очень нра­вит­ся кни­га Алек­сея Ива­но­ва по кото­рой сни­ма­ли. И очень здо­ро­во, что в филь­ме оста­лась важ­ней­шая мысль рома­на, что глав­ный герой Служ­кин, этот раз­дол­бай и пья­ни­ца, попав к детям, вдруг пере­осмыс­ли­ва­ет свою жизнь. 

- Есть место, куда Вы люби­те возвращаться?

- Это Под­мос­ко­вье, я там родил­ся, я там вырос. Боль­ше все­го люб­лю бывать там летом. Всю жизнь тер­петь не могу зиму, это белое без­мол­вие. Была бы моя воля, то все бы холод­ные меся­цы про­во­дил где-нибудь в теп­лых стра­нах. Но пока толь­ко уда­ет­ся на Новый год назло всем уез­жать куда-то в жар­кие места. Для меня ниче­го нет луч­ше солнца.

- Вы пере­смат­ри­ва­е­те сей­час ста­рые выпус­ки «Ера­ла­ша», кото­рые отсня­ты 40, или 30, или 20 лет назад?

- Конеч­но, тем более мы в послед­нее вре­мя дела­ем пол­ную рестав­ра­цию всех ста­рых серий. И сей­час выпус­ка­ем на экран такие чистые-чистые вер­сии по цве­то­во­му каче­ству, каки­ми они и тогда сорок лет назад не были, как сей­час. Но в прин­ци­пе, мне и пере­смат­ри­вать не надо, я все выпус­ки пом­ню наизусть. Поло­ви­на из все­го, что мы насни­ма­ли – штук сто сорок серий пом­ню, даже со все­ми диалогами.

- А вы ана­ли­зи­ро­ва­ли – поче­му сей­час неко­то­рые серии так и оста­лись смеш­ны­ми, а какие-то явно уста­ре­ли и не понят­ны совре­мен­но­му зрителю?

- Огром­ное коли­че­ство, при­мер­но про­цен­тов трид­цать серий, вооб­ще бы луч­ше выбро­сить. Где-то юмо­ра уже не хва­та­ет уже сего­дняш­не­го, где-то не хва­та­ет сего­дняш­ней глу­би­ны. Но есть какие-то уди­ви­тель­ные вещи, кото­рые живы веч­но. Я не знаю в чем сек­рет – какие-то сюже­ты оста­лись акту­аль­ны, пото­му что о веч­ных темах. О тех, кото­рые ника­кие силы, ни какие гад­же­ты, ника­кие кри­зи­сы не заме­нят и не поко­леб­лют. Все рав­но люди влюб­ля­ют­ся. И дети уж тем более. И если мы сни­ма­ем это с мяг­кой иро­ни­ей, то полу­ча­ет­ся хоро­шая и доб­рая исто­рия, кото­рая не может соста­рить­ся. Основ­ные темы будут веч­ны – влюб­лен­ность или жад­ность … А помни­те серию про, где два млад­ше­класс­ни­ка сидят в школь­ном кори­до­ре на под­окон­ни­ке и пух­лень­кий жрет апель­син, а в худень­кий с голод­ным видом гово­рит: «Если бы у меня был ман­да­рин, то я бы с тобой поде­лил­ся», и в кон­це обжо­ра отве­ча­ет: «Жаль, что у тебя нет ман­да­ри­на!»? Этот сце­на­рий напи­сал уди­ви­тель­ный поэт и писа­тель Олег Гри­го­рьев. Мы его в «Ера­ла­ше» откры­ли как сце­на­ри­ста! Это стран­ный чело­век, кото­рый очень любил играть сло­ва­ми, и в каком-то смыс­ле пошел в твор­че­стве даже куда-то даже чуть даль­ше Дани­и­ла Харм­са. У меня есть люби­мое сти­хо­тво­ре­ние Гри­го­рье­ва: «Ну, как тебе на вет­ке? Спро­си­ла пти­ца в клет­ке. На вет­ке — как и в клет­ке, Толь­ко пру­тья ред­ки». Или вот его дру­гое, совсем недет­ское, но смеш­ное: «В кустах лежа­ла девуш­ка нагой, Дру­гой бы изна­си­ло­вал, а я лишь пнул ногой…» Олег Гри­го­рьев был с очень слож­ной судь­бой. И сде­лал для «Ера­ла­ша» все­го две серии, но они ста­ли хита­ми и визит­ны­ми кар­точ­ка­ми киножурнала. 

- Чем кино­жур­нал сего­дняш­ний отли­ча­ет­ся от 20-ти или 30-ти лет­ней давности?

- Мы ста­ра­ем­ся раз­го­ва­ри­вать со зри­те­лем на язы­ке, на кото­ром сего­дня обща­ют­ся дети. 

- При­ро­да юмо­ра все-таки поменялась?

- Она уже­сто­чи­лась, и мы ниче­го с этим не можем сде­лать. Юмор стал жест­че, пото­му что весь мир стал таким. И волей-нево­лей и мы сле­ду­ем это­му направ­ле­нию, но пыта­ем­ся в сво­их рам­ках все сде­лать помяг­че и тонь­ше. Конеч­но, и нас упре­ка­ют ино­гда: мол, «Ера­лаш» уже не тот! Но ведь я не могу себе поз­во­лить в кино­жур­на­ле не менять­ся как… как в про­грам­ме «Спо­кой­ной ночи, малы­ши!» У ребен­ка сего­дня в руках куча 3D-игру­шек. Надо все вре­мя думать о том, что такое сего­дняш­ний ребе­нок? Какой он? Чего ему хочет­ся? Быва­ют ляпы, конеч­но. Когда по сце­на­рию малень­кая девоч­ка гово­рит при­я­те­лю «Сере­жа, ты такой инте­рес­ный собе­сед­ник!», я хотел убить режис­се­ра серии – меня трое дер­жа­ли. Я гово­рю, что ты напи­са­ла? Ты с ума сошла, какой ребе­нок в 12 лет ска­жет такое? Он же ска­жет «ты такой кле­вый!» или «у тебя такой при­кид чумо­вой!». Я все вре­мя ста­ра­юсь, что­бы от «Ера­ла­ша» не нес­ло нафталином! 

- Как Вы отно­си­тесь к недав­ним ини­ци­а­ти­вам зако­но­да­те­лей по «защи­те детей от инфор­ма­ции при­чи­ня­ю­щей вред их здоровью»?

- Основ­ной вред наши «слу­ги наро­да» сде­ла­ли, когда еще мно­го лет назад огра­ни­чи­ли рекла­му в дет­ских теле­пе­ре­да­чах. И сра­зу все кана­лы вытол­ка­ли из эфи­ра боль­шин­ство таких про­грамм из-за убы­точ­но­сти . А дети как смот­ре­ли по теле­ви­зо­ру рекла­му, так и продолжают!

- А что дума­е­те по про­шло­год­нем законе «о запре­те про­па­ган­ды нетра­ди­ци­он­ных сек­су­аль­ных отно­ше­ний сре­ди несовершеннолетних»?

- По этой теме меня пора­до­ва­ла ини­ци­а­ти­ва Марии Максаковой(прим. ред. – опер­ная певи­ца и депу­тат Гос­ду­мы), она ска­за­ла: давай­те из это­го пре­сло­ву­то­го зако­на о запре­те гей-про­па­ган­ды сре­ди детей сде­ла­ем закон о запре­те вооб­ще сек­су­аль­ной рекла­мы для несо­вер­шен­но­лет­них. Поче­му закон каса­ет­ся толь­ко геев, а про гете­ро­сек­су­аль­ные отно­ше­ния ниче­го не ска­за­но? Не надо что ли детей от это­го обе­ре­гать? Вооб­ще, я дву­мя рука­ми и тре­мя нога­ми за то, что бороть­ся надо не запре­щая, а откры­вая и воспитывая. 

- А что это по-Ваше­му со сто­ро­ны депу­та­тов – «глу­пость или предательство»?

- По-мое­му, про­сто колос­саль­ная глу­пость! Как и «закон Димы Яко­вле­ва», кото­рый запре­тил ино­стран­цам усы­нов­лять наших сирот. Вот что мы доби­лись в резуль­та­те? Когда нам тычут, что 12 детей погиб­ли, но забы­ва­ют ска­зать, что это из несколь­ких тысяч усы­нов­лен­ных – при­чем боль­шин­ство из них боль­ные или инва­ли­ды, кото­рых в Рос­сии никто не берет к себе. 

- А Вам не напо­ми­на­ет сего­дняш­няя ситу­а­ция с абсурд­ны­ми запре­та­ми в рос­сий­ской куль­ту­ре первую поло­ви­ну 80‑х годов про­шло­го века?

- Ох, я столь­ко видел, что меня уже ничем не уди­вишь. Очень люб­лю уже дав­ний анек­дот про быв­ше­го мэра Моск­вы Юрия Луж­ко­ва. Его спра­ши­ва­ют, может раз­ре­шить в сто­ли­це кон­церт груп­пы «Ленин­град»? Он спра­ши­ва­ет: «Это те ребя­та, что матом руга­ют­ся в пес­нях? Да ну их на…(известное трех­бук­вен­ное сло­во)». Вот вся ситу­а­ция в одном абзаце. 

- Вы — поли­ти­зи­ро­ван­ный чело­век? Вас захле­сты­ва­ют эмо­ции при про­смот­ре новостей?

- Нет, где-то я пере­жи­ваю, но в рам­ках разум­но­го. Но когда я вижу, что про­стей­шие веще не могут нор­маль­но делать, то руки опус­ка­ют­ся. Вот взять тех же «Пус­си Рай­от» — вме­сто того что­бы дать дев­чон­кам по попе мок­рой тряп­кой и забыть об этом, или оштра­фо­вать на тыся­чу руб­лей, вла­сти устро­и­ли бала­ган с судом, и сами себя высек­ли, как унтер-офи­цер­ская вдо­ва у Гого­ля… Или вот дер­жат «узни­ков Болот­ной» — ну что их муры­жить? Ну, хули­ган­ство шьют, пусть зна­чит хули­ган­ство – дай­те им обще­ствен­ные рабо­ты или штраф и отпу­сти­те. Поче­му их уже года­ми дер­жат и уни­жа­ют? Есть же про­стей­шие выхо­ды из любой про­бле­мы. Чаще полез­нее плю­нуть, и не обра­щать вни­ма­ния – это было бы полез­нее ска­зать «да и черт с ним». А мы живем в ситу­а­ции сплош­но­го пере­ко­са в глупость.

Фото предо­став­ле­но самар­ским фили­а­лом сту­дии «Ера­лаш».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.