Григорий Оганезов: «Левый фронт» нуждается в срочном обновлении»

Кор­ре­спон­дент «Новой в Повол­жье» пого­во­рил с самым моло­дым марк­си­стом в Самар­ской обла­сти, коор­ди­на­то­ром мест­но­го «Лево­го фрон­та» Гри­го­ри­ем Ога­не­зо­вым про его мос­ков­ское про­шлое, «Болот­ное дело», «Ана­то­мию про­те­ста», Удаль­цо­ва, Урган­та и, конеч­но же, про состо­я­ние лево­го дви­же­ния в России. 

Гри­ша, тебе 18 лет, а ты увле­ка­ешь­ся марк­сист­ской идео­ло­ги­ей. Для XX века это абсо­лют­но нор­маль­но, но в XXI веке быть моло­дым марк­си­стом как мини­му­му стран­но. Поче­му тебя заин­те­ре­со­ва­ло имен­но левое движение? 

- Начал увле­кать­ся поли­ти­кой лет в 13. Тогда при­дер­жи­вал­ся соци­аль­но-либе­раль­ных взгля­дов. Но не был либе­ра­лом в клас­си­че­ском пони­ма­нии. Высту­пал за раз­ные сво­бо­ды, но хотел госу­дар­ство, кото­рое кон­тро­ли­ру­ет экономику. 

Лет в 15 лет увлёк­ся рабо­та­ми Марк­са, Баку­ни­на, Кро­пот­ки­на. Мне тогда ещё очень понра­ви­лась кни­га Андрея Ман­чу­ка [дея­тель лево­го дви­же­ния в Кие­ве, один из созда­те­лей ком­му­ни­сти­че­ско­го объ­еди­не­ния «Бороть­ба» на Укра­ине – прим. авт.] «Наслед­ни­ки Че Гева­ры». Она меня к марк­сиз­му и подвиг­ла. Прав­да, в таком воз­расте тяже­ло Марк­са читать, поэто­му я взял­ся за Ленина. 

После всех этих книг понял, что рево­лю­ци­он­ная идея ком­му­низ­ма, кото­рую вну­ша­ли наро­ду со вре­мён Ста­ли­на и до раз­ва­ла СССР, ниче­го обще­го с уче­ни­я­ми Лени­на, Марк­са и Энгель­са не име­ет. И пусть у Лени­на тоже были пере­ги­бы, но он очень пра­виль­но заме­тил, что к соци­а­ли­сти­че­ской рево­лю­ции нуж­но идти через бур­жу­аз­но-демо­кра­ти­че­ские реформы. 

От тео­рии я решил пере­хо­дить к прак­ти­ке. Всту­пил в «Левый фронт». Это было при­мер­но в 2012 году. Жил я тогда в Москве, поэто­му мог напря­мую общать­ся с феде­раль­ны­ми лиде­ра­ми оппо­зи­ци­он­ных орга­ни­за­ций. Пона­ча­лу мне в «Левом фрон­те» не понра­ви­лось. Тогда мно­гие при­хо­ди­ли туда толь­ко пото­му, что в нём состо­ял Сер­гей Удаль­цов [один из лиде­ров про­тестно­го дви­же­ния в Рос­сии 2011–2013 годов – прим. авт.]. Это неве­ро­ят­но смеш­но: целая груп­па людей всту­пи­ла в поли­ти­че­скую орга­ни­за­цию из-за медий­но­сти одно из её членов. 

А в нача­ле 2013 года в «Левом фрон­те» про­изо­шёл рас­кол. Из-за раз­но­гла­сий в орга­ни­за­ци­он­ных момен­тах, груп­па това­ри­щей орга­ни­зо­ва­ла «Левую плат­фор­му» внут­ри «Лево­го фрон­та». Я всту­пил в ново­ис­пе­чён­ное объ­еди­не­ние и сра­зу взял­ся за рабо­ту: рас­про­стра­не­ние газет, сбор денег для полит­зе­ков на митин­гах, уча­стие в мир­ных несо­гла­со­ван­ных акци­ях. Пом­ню, как ко мне подо­шёл Дима Рука­виш­ни­ков [быв­ший коор­ди­на­тор ива­нов­ско­го отде­ле­ния «Лево­го фрон­та», сидел по «Болот­но­му делу», амни­сти­ро­ван – прим. авт.] и ска­зал, что я внёс све­жую струю в нашу поли­ти­че­скую организацию. 

Участ­во­вал в каких-нибудь акци­ях в Москве? 

- Да, конеч­но! Мно­го было улич­ных выступ­ле­ний. Пом­ню, как в 2013 году меня попро­си­ли про­ве­сти акцию в под­держ­ку Вла­ди­ми­ра Аки­мен­ко­ва [акти­вист «Лево­го фрон­та», сидел по «Болот­но­му делу», амни­сти­ро­ван – прим. авт.]. Набрал людей из РСД [Рос­сий­ское соци­а­ли­сти­че­ское дви­же­ние – прим. авт.], «Лево­го фрон­та», позвал анти­фа­ши­стов, мы при­ко­ва­ли себя наруч­ни­ка­ми к зда­нию глав­но­го управ­ле­ния След­ствен­но­го коми­те­та РФ. 

Всех задер­жа­ли. Офор­ми­ли по ста­тье 20.2 КоАП (нару­ше­ние уста­нов­лен­но­го поряд­ка орга­ни­за­ции либо про­ве­де­ния собра­ния, митин­га, демон­стра­ции, шествия или пике­ти­ро­ва­ния). Каж­до­го допра­ши­ва­ли. Меня спро­си­ли, зачем я это сде­лал. Отве­тил, что не могу тер­петь неспра­вед­ли­вость. Ведь в мае на Болот­ной пло­ща­ди был мир­ный про­тест, кон­фликт спро­во­ци­ро­ва­ли поли­цей­ские, а теперь ни в чём непо­вин­ных людей сажа­ют в тюрь­му по «Болот­но­му делу». Мне в ито­ге штраф выпи­са­ли, поста­ви­ли на учёт по делам несо­вер­шен­но­лет­них. Но потом суд все обви­не­ния с меня снял, и штраф я не выплачивал. 

Всё это вре­мя ты учил­ся в шко­ле. Там не мог­ли не знать о тво­их взгля­дах и актив­ной обще­ствен­ной пози­ции. Как одно­класс­ни­ки, учи­те­ля к тебе относились? 

- Учи­те­ля часто упре­ка­ли. Но это отно­си­лось, ско­рее, к пове­де­нию. Ведь я на уро­ках мате­ма­ти­ки, совер­шен­но не стес­ня­ясь, читал «Пер­ма­нент­ную рево­лю­цию» Троц­ко­го. Меня пре­по­да­ва­те­ли потом назы­ва­ли фило­со­фом и мыслителем. 

Дово­ди­лось драть­ся со сверст­ни­ка­ми в шко­ле за свои убеж­де­ния. В част­но­сти, за анти­фа­шизм. Один парень носил фут­бол­ку с откро­вен­но нацист­ски­ми сим­во­ла­ми. Меня это воз­му­ти­ло. Одна­жды подо­шёл к нему, подра­лись. Фут­бол­ку эту я у него всё-таки отжал. 

Раз в Москве у тебя так всё хоро­шо скла­ды­ва­лось: под­держ­ка одно­пар­тий­цев, сня­тие обви­не­ний, силь­ная пози­ция сре­ди сверст­ни­ков – поче­му в Сама­ру переехал? 

- По семей­ным обсто­я­тель­ствам. Конеч­но, поки­дать Моск­ву я не хотел. Но раз в Сама­ру уез­жа­ют роди­те­ли, зна­чит, я дол­жен поехать с ними. Пер­вое вре­мя на новом месте я про­сто не пони­мал, что делать. Ведь я при­вык, что в Москве каж­дую суб­бо­ту собра­ния, раз­ные акции, кон­цер­ты. А здесь тиши­на. Начал под­ни­мать в Сама­ре «Левый фронт». Стал одним из коор­ди­на­то­ров движения. 

В Сама­ру ты пере­ехал в нача­ле лета 2014 года. Гово­ришь, начал актив­но воз­рож­дать мест­ный «Левый фронт». А в июле тебя уже задер­жа­ли сотруд­ни­ки поли­ции для так назы­ва­е­мой «про­фи­лак­ти­че­ской бесе­ды». Рас­ска­жи, пожа­луй­ста, об этом случае. 

- Мы с дру­зья­ми отме­ча­ли впис­ку на квар­ти­ре. Утром я вышел из подъ­ез­да поку­рить. Смот­рю воз­ле дома оши­ва­ет­ся какой-то стран­ный тип. Вдруг он под­хо­дит ко мне, потом ещё несколь­ко чело­век под­клю­ча­ет­ся, и меня заби­ра­ют для «про­фи­лак­ти­че­ской бесе­ды». В отде­ле­нии поли­ции со мной раз­го­ва­ри­вал сотруд­ник цен­тра по про­ти­во­дей­ствию экс­тре­миз­му. Он объ­яс­нил, что сего­дня в Тольят­ти на Авто­ВАЗ при­ез­жа­ет Вла­ди­мир Путин. Его инте­ре­со­ва­ло, не соби­ра­юсь ли я про­во­дить какие-нибудь пуб­лич­ные акции и пор­тить настро­е­ние пре­зи­ден­ту. Ника­ких акций я в этот день, конеч­но, не пла­ни­ро­вал. Да и как 17-ти лет­ний пацан может испор­тить настро­е­ние гла­ве государства?! 

Еще спро­си­ли, зачем я рас­про­стра­нял «листов­ки» через чат в «Вкон­так­те» с тольят­тин­ски­ми «лево­ка­ми». Я отве­тил, что в стране у нас сво­бо­да сло­ва и мож­но рас­про­стра­нять листов­ки подоб­но­го рода. Меня ещё немно­го пому­ры­жи­ли и отпу­сти­ли, попро­сив не хулиганить. 

Тебя, кста­ти, задер­жа­ли нака­нуне аре­ста Удаль­цо­ва. Его при­го­во­ри­ли к 4,5 годам обще­го режи­ма за орга­ни­за­цию, яко­бы, бес­по­ряд­ков 6 мая 2012 года на Болот­ной пло­ща­ди. Как ты к этой ново­сти отнёсся? 

- Раз­но­гла­сия у меня, конеч­но, с Удаль­цо­вым были, но я пони­мал, что нель­зя сажать чело­ве­ка в тюрь­му за раз­го­во­ры в Мин­ске [во вто­рой поло­вине июня 2012 в Мин­ске состо­я­лась встре­ча гла­вы коми­те­та пар­ла­мен­та Гру­зии по обо­роне и без­опас­но­сти Гиви Тар­га­мад­зе, кон­су­ла Гру­зии в Мол­да­вии Миха­ил Иашви­ли с Сер­ге­ем Удаль­цо­вым, Кон­стан­ти­ном Лебе­де­вым и Лео­нид Раз­воз­жа­е­вым, где речь шла о финан­си­ро­ва­нии про­тестно­го дви­же­ния из-за рубе­жа, под­го­тов­ке в Рос­сии мас­со­вых бес­по­ряд­ков – прим. авт.]. Я лич­но не знаю, была ли встре­ча с Тар­га­мад­зе. Я не хотел бы обсуж­дать полит­зе­ка. Так как полит­зек есть полит­зек. Либо хоро­шо, либо никак. Сер­гей дер­жит­ся в заклю­че­нии нор­маль­но. Все раз­но­гла­сия в идео­ло­ги­че­ских и орга­ни­за­ци­он­ных момен­тах будут обсуж­дать­ся после освобождения. 

Вер­нём­ся к Сама­ре. Тебя, бла­го, никто упе­кать в тюрь­му не соби­ра­ет­ся, но всё рав­но про­ис­хо­дят непри­ят­ные вещи. Так, в авгу­сте 2015 года на тебя напа­ли «пат­ри­о­ты», кото­рым не нра­вят­ся твои поли­ти­че­ские взгля­ды. Пояс­ни, что там произошло. 

- Шёл с дру­зья­ми в бар смот­реть фут­бол. На вхо­де нас встре­ти­ли два пар­ня (один наци­о­на­лист, вто­рой из «Моло­дой гвар­дии»). Они меня узна­ли. Ста­ли про­во­ци­ро­вать на дра­ку. При­чи­на? Им не нра­вит­ся, что я под­дер­жи­ваю анти­фа­ши­стов. Нача­лась дра­ка, при­е­ха­ли поли­цей­ские, всех задер­жа­ли. При­вез­ли в ОП №6, дол­го там допра­ши­ва­ли и отпу­сти­ли толь­ко пото­му, что за нас похо­да­тай­ство­ва­ли кан­ди­дат в депу­та­ты гор­ду­мы Сама­ры и жур­на­ли­сты мест­но­го «Эха Москвы». 

Выхо­дит, что у «Лево­го фрон­та» в Сама­ре есть союзники? 

- Есть отдель­ные люди из КПРФ. Они нас часто вытас­ки­ва­ли из раз­ных отде­ле­ний поли­ции. Ещё нас под­дер­жи­ва­ют чле­ны тольят­тин­ско­го РСД. Вот, по сути, и всё. А вооб­ще я счи­таю, что боль­шин­ство оппо­зи­ци­о­не­ров в Самар­ской обла­сти – это либе­ра­лы, кото­рые не хотят изме­нить систе­му, а хотят про­сто сме­нить власть. 

Союз­ни­ков у реги­о­наль­но­го «Лево­го фрон­та» очень мало. Боль­шин­ство мест­ных оппо­зи­ци­о­не­ров вы отвер­га­е­те. Жиз­не­спо­со­бен ли в таких усло­ви­ях самар­ский «Левый фронт»? 

- «Левый фронт» жиз­не­спо­со­бен, но необ­хо­дим дру­гой формат. 

В каком плане нам ожи­дать обновлений? 

- Сей­час часть това­ри­щей из «Лево­го фрон­та» реши­ла вер­нуть­ся к исто­кам дви­же­ния. Так появил­ся про­ект «Лево­го бло­ка». Он никак не про­ти­во­ре­чит «Лево­му Фрон­ту». Это будет новый фор­мат орга­ни­за­ции, где все левые смо­гут вза­и­мо­дей­ство­вать для коор­ди­на­ции общих дей­ствий. У каж­до­го будут рав­ные пра­ва. Уже есть и в реги­о­нах опыт таких бло­ков. Напри­мер, в Том­ске, где крас­ные и анар­хи­сты про­во­дят общие акции, аги­та­ци­он­ную рабо­ту. Так­же есть штаб в Москве, где акти­ви­сты «Лево­го бло­ка» про­во­дят тео­ре­ти­че­скую рабо­ту, устра­и­ва­ют куль­тур­ные меро­при­я­тия. Так­же есть пла­ны открыть спорт­клуб внут­ри «бло­ка». Ведь левые в этом плане очень сла­бы. Напри­мер, пра­вые посто­ян­но спор­том зани­ма­ют­ся и чаще все­го в улич­ных боях одер­жи­ва­ют победу. 

Могу толь­ко поже­лать уда­чи в начи­на­ни­ях. Но если если гово­рить о вашем веч­ном и незыб­ле­мом — Ленине — как отно­сишь­ся к недав­ней шут­ке Ива­на Урган­та про отре­ста­ври­ро­ван­ный памят­ник Ильичу? 

- Слы­шал про эту ситу­а­цию. В Крас­но­дар­ском крае отре­ста­ври­ро­ва­ли памят­ник Лени­ну. Рестав­ра­то­ры убра­ли зна­ме­ни­тую усы и бород­ку с лица Ильи­ча, плюс – сде­ла­ли стран­ную фор­му губ. Но я вни­ма­ние на это не обра­тил. Ведь Ленин был про­тив куль­та лич­но­сти. Я тоже про­тив куль­та лич­но­сти. Ну, посме­ял­ся Ургант над памят­ни­ком. Ну и что? А те, кто обра­ща­ет на это вни­ма­ние, стра­да­ют фетишизмом. 

Фетиш воз­ни­ка­ет от недо­стат­ка зна­ний. Я все­гда гово­рю, если всту­па­ешь в ком­пар­тию, обя­за­тель­но изу­чай Лени­на, Троц­ко­го, Марк­са и Энгель­са. Тогда узна­ешь не толь­ко тот факт, что Ильич был про­тив куль­та лич­но­сти, но и пой­мёшь, что ника­ко­го соци­а­лиз­ма после Лени­на не было. Это было госка­пи­та­ли­сти­че­ское госу­дар­ство, кото­рое экс­плу­а­ти­ро­ва­ло рабочих. 

Ты, понят­ное дело, читал нуж­ную лите­ра­ту­ру. Зна­ешь, что и как нуж­но делать. Давай тогда, напо­сле­док, нари­суй иде­ал соци­а­ли­сти­че­ско­го госу­дар­ства XXI века. 

- Сей­час в нашей стране постро­ить такое госу­дар­ство невоз­мож­но. Наши люди не уме­ют само­ор­га­ни­зо­вы­вать­ся. Вот, напри­мер, води­тель авто­бу­са. Ему по мини­му­му нуж­но поесть, попить, поку­рить, день­ги полу­чить и домой поспать. Конеч­но, ему хочет­ся боль­ше. Но этот води­тель пони­ма­ет, что если он обра­тить­ся в проф­со­юз с пре­тен­зи­я­ми, его уво­лят. Поэто­му он, ниче­го не меняя, про­дол­жа­ет жить как преж­де. Хотя мож­но собрать­ся с кол­ле­га­ми и высту­пить про­тив проф­со­ю­за. А потом мож­но сбро­сить началь­ни­ка, кото­рый с каж­дым годом пла­тит всё мень­ше и мень­ше. Затем обра­зо­вать рабо­чий совет, само­сто­я­тель­но назна­чать дни и часы рабо­ты, раз­мер опла­ты. То есть, самим руко­во­дить сво­ей жиз­нью. Но ведь никто это­го не делает. 

Хоро­ший, кста­ти, при­мер само­ор­га­ни­за­ции про­де­мон­стри­ро­ва­ли даль­но­бой­щи­ки. Орга­ни­зо­ва­ли заба­стов­ку, созда­ли проф­со­юз без поли­ти­че­ских и медий­ных дея­те­лей. И потом уже их ста­ли под­дер­жи­вать мно­гие проф­со­юз­ные объ­еди­не­ния и ком­му­ни­сти­че­ские организации. 

Поэто­му я верю, что если людей вос­пи­тать, то они смо­гут постро­ить такое госу­дар­ство. Когда созда­ва­ли «Искру» Лени­на слу­ша­ло 6 чело­век. А потом сам зна­ешь, сколь­ко людей при­слу­ши­ва­лось к его сло­вам. Рано или позд­но люди пой­мут, что надо действовать.